— Наловил, только не стал обратно везти, — сказал Цянь Дун.
— Почему не привёз? — удивилась Ван Мэй.
— Показалось, что вся рыба какая-то некрасивая...
— Ты же в воду за рыбой лезешь, какая тебе разница, красивая она или нет?
— Короче, она некрасивая, не захотел везти!
Деревня Линьси расположена на юго-востоке Лунгу и славится изобилием рыбы: здесь водится кефаль, угорь, серебристый помфрет и множество других видов. Цянь Дун с детства рос у моря, ему не нужно было всматриваться в рыбу — стоило лишь протянуть руку в темноте, как он на ощупь безошибочно определял породу. Раньше его никогда не волновало, как выглядит улов, но сегодня, когда они вытаскивали сети в лунном свете, Чжао Сы тянул невод наверх и на ходу тяжело кашлял:
— Тяните быстрее, мы ведь после этого ещё пару раз закинуть успеем!
Цянь Дун стоял наискосок от Чжао Сы. В тот раз в их сети преобладал серебристый помфрет. После мутации эта рыба достигала полуметра в длину, а её торчащие наружу клыки выглядели крайне отталкивающе. Чжао Сы изо всех сил налёг на невод, и как раз в этот момент одна из рыбин подпрыгнула.
Мутировавший серебристый помфрет был чёрным и безобразным, но и сам Чжао Сы выглядел жутко: глаза глубоко запали, щёки неестественно провалились, взгляд безумный, а на лице играл какой-то неестественный, пугающий румянец...
В тот момент лунный свет как раз упал на лицо Чжао Сы.
У Цянь Дуна сердце ёкнуло — ему показалось, что Чжао Сы страшнее той рыбы в сети.
— Кхе-кхе, наконец-то вытащили! — Спустя десять минут троица обессиленно втащила сеть на лодку.
Обычно они всегда рыбачили вместе, а потом делили улов поровну.
Закончив с сетями, Чжао Сы плашмя рухнул на дощатый настил лодки, а из кармана у него выглядывала наполовину торчавшая пачка ибупрофена.
— Ты что, заболел? — спросил Цянь Дун.
— Небольшой жар, ничего страшного.
— С каких пор?
— Да дня три-четыре уже!
Доворив, Чжао Сы тяжело кашлянул пару раз, а затем выущил из корабельного рундука толстую ватную куффайку:
— Похолодало в последние дни, ужас как холодно! — С этими словами его еще и неестественно затрясло мелкой дрожью.
— И правда холодно! — поддакнул стоявший рядом Ван Пэн.
Цянь Дун заметил, что на лице Ван Пэна тоже проступил неестественный румянец, губы покрылись сухой, потрескавшейся коркой, и он лихорадочно шарил по лодке в поисках воды.
— Ты тоже слёг? — У Цянь Дуна мурашки побежали по коже. Внезапно он вспомнил недавнее собрание пару дней назад, когда молодой научный сотрудник вещал с трибуны:
— Это чрезвычайно смертоносный заразный вирус. Заражённые начинают страдать от лихорадки и жара, чувствуют слабость в конечностях, после чего у них краснеют глаза, пересыхает во рту, тело бьёт дрожь... В психическом плане может наблюдаться беспричинная возбудимость. Инкубационный период этого вируса составляет от семи до десяти дней, передаётся он воздушно-капельным путём. Соблюдайте меры предосторожности в повседневной жизни, а при обнаружении людей с подозрением на инфекцию обязательно докладывайте в сельский комитет...
Тогда Цянь Дун был раздражён и не в духе, но поскольку пользоваться телефоном не разрешалось, кое-что он всё-таки выслушал.
Теперь же, глядя на двоих товарищей с явными симптомами болезни, он через силу спросил:
— У нас в деревне каждый день температуру проверяют, вас что, не проверяли?
— Если перед проверкой выпить пару таблеток жаропонижающего, ничего не обнаружат. — В посёлке уже насчитывалось больше семи десятков больных с высокой температурой, и всех их свозили на карантин в поселковую амбулаторию.
Условия в поселковой амбулатории были хуже домашних, да и свободы передвижения никакой, поэтому, обнаружив у себя жар, они изо всех сил старались всё скрыть и замять.
— Да у кого сейчас голова не болит или температура не поднимается? Это же не какая-то неизлечимая болезнь. Все эти зарубежные СМИ только и твердят, что мы ограничиваем свободу граждан, а по мне, так это они её и ограничивают... — ворчал Чжао Сы, после чего возбуждённо уставился на Цянь Дуна: — Отдохнул? Давай дальше тянуть!
Цянь Дун перевёл взгляд на Ван Пэна.
Тот уже присосался к полуторалитровой бутыли с минералкой и, осушив её, посмотрел на Цянь Дуна:
— Продолжаем?
— У вас еще силы остались? — изумился Цянь Дун. Когда он сам болел, то валялся с помутнённым рассуждением и ватными ногами, какая уж тут рыбалка с огоньком.
— Мы парни крепкие, с чего нам быть такими неженками!
Цянь Дун подумал, что он просто накручивает себя. Но, взглянув на рыбу в сетях, а затем на этих двоих с явно нездоровым блеском в глазах, он свернул уже было готовые сорваться с языка слова:
— Твоя невестка только что звонила, велела возвращаться пораньше. Эту рыбу забирайте себе, я свою долю брать не буду...
Он чувствовал себя немного трусливо, но в душе шевелилось чёткое предчувствие: нужно быстрее бежать домой и держаться от этих двоих подальше!
Глава 11
На следующий день в пять часов вечера Цянь Дун проснулся с тяжёлой, ватной головой. На душе было неспокойно, и сон не принёс облегчения. Он лишь смутно помнил, как днем приходили из сельского комитета измерять температуру — тридцать шесть и восемь, всё в норме.
— Который час? — приподнявшись на локте, спросил Цянь Дун.
— Пятнадцать минут шестого, в обед тебя добудиться не могла, — ответила Ван Мэй, не отрывая глаз от телевизора.
— Поесть что-нибудь осталось?
— В кастрюле немного лапши есть.
Цянь Дун с аппетитом уплел две большие миски и спросил:
— А Цзяоцзяо где?
Цзяоцзяо была их дочкой, ей исполнилось пять лет.
— У мамы в комнате, в конструктор играет. — Сейчас в деревне установили строгие порядки, и большую часть времени они сидели по домам.
— Угу. — Цянь Дун кивнул и, уже собираясь выйти во двор прогуляться, похлопал себя по карманам: — А где мой браслет?
— Какой еще браслет?
— Который в прошлом году купил, к телефону подключается! — В прошлом году он за двести восемьдесят восемь юаней приобрёл фитнес-браслет, умевший считать шаги и отслеживать качество сна. Он не снимал его даже ночью, но сейчас на запястье ничего не было, а в карманах пусто.
— Понятия не имею, ты вчера как с реки пришёл, его уже не было.
Цянь Дун напряг память: возможно, обронил в лодке. Посомневавшись немного, он набрал номер Чжао Сы.
Спустя полминуты вызов прошёл:
— Чего тебе?
Голос Чжао Сы звучал так, будто он набил рот ватой, — ужасно хрипло.
— Я свой фитнес-браслет случайно в лодке не оставил? — напрямую спросил Цянь Дун.
— Ага, я вчера нашёл, давай тебе звонить, а у тебя телефон отключен. — Чжао Сы хрипло хохотнул, подшучивая: — Ты чего вчера учудил? Так сорвался и удрал.
— Я же говорил, невестка звала... — Наверное, сказалось дневное сонное состояние — Цянь Дуну показалось, что вчера он просто затупил. Ведь они с Ван Пэном и Чжао Сы росли вместе с пелёнок, чего ему бояться?
— Вещь пока у меня побудет, в следующий раз увидимся — отдам? — предложил Чжао Сы.
— Да я сам зайду, заберу, — ответил Цянь Дун, которому хотелось немного прогуляться.
http://bllate.org/book/30536/3722080
Готово:
