Гу Бай впервые путешествовал по Цзянху, и услышав о столь несправедливом деле, в нем всколыхнулось чувство долга и рыцарский задор:
— Брат Фу, давай тоже заглянем в город Хуанша! Учитель часто учил нас поступать по справедливости и защищать слабых. Поймаем этого разбойника и зададим ему хорошую взбучку, чтобы впредь неповадно было обижать простой народ!
— Разве твой учитель не учил тебя, что с твоими тремя кошачьими лапами не стоит лезть на рожон? — вмешался Мо Тинюй. — Какое тебе дело до чужих забот? Мало тебе того, что у твоего брата Фу и без того проблем по горло?
Фу Цинфэн уже хотел было ответить, как заметил, что на них кто-то пялится. Это были только что прибывшие посетители. Двое мужчин среднего роста и крепкого телосложения, чем-то похожие друг на друга — судя по всему, братья. Оба были с клинками: один — в белой одежде и белой обуви, другой — в черной одежде и черной обуви, выглядели они довольно странно. Не притрагиваясь к еде и питью, они бесцеремонно уставились на троих путников, время от времени о чем-то переговариваясь. Увидев это, Фу Цинфэн знаком указал Мо Тинюю на них:
— Эти двое тоже твои недруги?
— Словно бродячие актеры, откуда мне их знать? — Мо Тинюй бросил на них косой взгляд, с трудом припоминая хоть что-то, и покачал головой: — Я человек порядочный, откуда у меня столько врагов?
Фу Цинфэн не очень-то ему поверил: уж кто-кто, а Мо Тинюй со своим стилем поведения меньше всего страдал от недостатка врагов.
Заметив, что взгляды мужчин в конце концов устремились на Фу Цинфэна, Мо Тинюй внезапно с ухмылкой произнес:
— Гляди-ка, они уставились на тебя! Какие же это мои недруги, они явно пришли за тобой. Либо кровную месть затевают, либо ты им приглянулся — небось соображают, как бы тебя похитить.
Фу Цинфэн одарил его презрительным взглядом, не в силах понять, что за птицы эти двое. По идее, он, впервые ступивший на Северо-Запад после скитаний по Центральным Равнинам, не должен был наживать здесь врагов. К тому же, если не считать гибели Лю И, за все время в Цзянху он не совершал дурных поступков. Гу Бай чувствовал себя не в своей тарелке, и в его голосе прозвучала легкая робкость:
— Может, продолжим путь?
— Испугался от такой малости? С твоей-то смелостью только разбойников ловить, — Мо Тинюй за словом в карман не лез, но про себя подумал, что эти двое явно замышляют недоброе. Вместо того чтобы вступать в лобовое столкновение, лучше избежать неприятностей.
Мужчины неожиданно окружили их, и тот, что был в черном, густым, утробным голосом произнес:
— Вы ведь из Чжунъюаня?
— Истинная правда, это же Сяо Осеннего Ветра, — не дожидаясь ответа остальных, человек в белом уставился на оружие Гу Бая, и голос его прозвучал несколько резковато.
Фу Цинфэн заступил перед Гу Баем, а Мо Тинюй холодно произнес:
— Какая еще Осенняя или Весенняя Сяо? Вы кто такие?
— Раз это Меч Лошуй, значит, ты и есть Фу Цинфэн, — не обращая на него внимания, те оба перевели взгляд прямо на Фу Цинфэна. С этими словами человек в белом протянул руку, намереваясь коснуться меча за спиной Фу Цинфэна.
Фу Цинфэн не сдвинулся с места, лишь опустил плечи и, сжав левую руку в кулак, выбросил ее вперед, отгоняя наглеца. Человек в белом потерял бдительность и отступил на полшага, качнувшись. Заметив брешь, человек в черном тут же бросился вперед с ножом наперевес, но Фу Цинфэн отклонился назад и увернулся от удара. Видя, что человек в белом снова бросился в атаку с клинком, Мо Тинюй поспешно оттащил Гу Бая за руку в сторону, чтобы их не задело лезвием. Братья прекрасно дополняли друг друга в нападении и защите, действуя с поразительной слаженностью. Их огромные тесаки свистели рассекая воздух, а вспышки лезвий казались кольцом света, в самом центре которого оказался заперт Фу Цинфэн — от этого зрелища у наблюдающих сердце замирало в груди.
Гу Бай вырвался из хватки Мо Тинюя и вытащил Сяо Осеннего Ветра:
— Скорее поможем брату Фу!
— Не мешайся! Если ты сейчас бросишься туда сломя голову, ему станет только труднее драться! — прикрикнул Мо Тинюй, продолжая преграждать дорогу. — В тот день у стен города Янчжоу Цю Муцин и Лю Тяньци лишь чудом одолели Цинфэна, объединив усилия. Что за птицы эти двоих? И чего стоят их совместные атаки в сравнении с Цю и Лю? Сперва нужно разобраться в их боевом стиле, а уж потом помогать, не опоздаем.
У Гу Бая не было опыта боевых столкновений, поэтому ему оставалось лишь полагаться на решения Мо Тинюя, сгорая от нетерпения. Хозяева чайной лавки уже забыли о торговле, а прежние посетители перестали есть и пить — все они издавна наблюдали за схваткой со стороны. Кто-то из них бормотал:
— Уж не те ли это братья Хо, которых называют Черными и Белыми Парными Ножами?
— Черные и Белые Парные Ножи? — поспешно переспросил Гу Бай. — Откуда они взялись?
— Того, что в черном, зовут Хо Ган, а в белом — Хо Чэн. Они родные братья, известные в Цзянху храбрецы, чья благородность подобна облакам, а ненависть к злу не знает границ! Оба мастера владения клинками, говорят, они получали наставления от великого мастера и очень знамениты на Северо-Западе! — тот человек охотно и с воодушевлением рассказывал обо всем, не скупясь на похвалы братьям Хо. — Эти двое от природы наделены невероятной силой, их тесаки весят больше двадцати цзиней каждый, обычному человеку и то тяжело их удержать.
Ненависть к злу… Неужели они явились из-за смерти мастера Люйедао? Вот это уже неприятно! Мо Тинюй крикнул Фу Цинфэну:
— Хватит красоваться, до каких пор собираешься церемониться? Почему не обнажаешь меч?
Гу Бай в тревоге воскликнул:
— Дядя-наставник Ло запечатал меч брата Фу и запретил ему пользоваться Мечом Лошуй!
Услышав это, Мо Тинюй замер на секунду и, раздумывая, стоит ли ему вмешаться, неожиданно разгадал хитрый замысел Фу Цинфэна. Оказывается, Фу Цинфэн уже раскусил манеру боя братьев Хо: их оружие было слишком тяжелым, и какими бы сильными они ни были, им не выдержать подобных затрат энергии. Затяжной бой неизбежно привел бы к ошибкам, поэтому он сознательно перешел в глухую оборону, затягивая время. К счастью, мастерство и отвага Фу Цинфэна были на высоте, ведь любые другие на его месте уже давно пали бы под натиском противников.
Видя, что боевой дух братьев Хо постепенно угасает, Мо Тинюй потерял терпение. Заметив среди зевак человека с мечом на поясе, он стремительно подскочил и выхватил оружие:
— Уважаемый, одолжите меч на время!
Тот лишь почувствовал, как перед глазами мелькнула тень, и лишился своего клинка, покрывшись холодным потом. Выбрав удачный момент, Мо Тинюй швырнул оружие в гущу боя:
— Фу Цинфэн, лови!
С длинным мечом в руке Фу Цинфэн словно обрел крылья. Он не вступал с братьями Хо в жесткое противостояние, искусно используя мягкость для победы над твердостью. В вихре клинков и мечей толком никто не успел разглядеть его приемов, как вдруг раздался сдвоенный стон братьев Хо: Фу Цинфэн одним ударом меча распорол обоим правые руки, лишив их возможности удерживать тяжелые тесаки и продолжать бой.
Хо Ган, все тем же утробным голосом, произнес:
— Мастерством мы не вышли, готовы понести любое наказание!
Хо Чэн же воскликнул:
— Фу Цинфэн совершил злодеяние, поправ саму справедливость! Мы с братом до самой смерти не смиримся!
Мо Тинюй сразу все понял и холодно усмехнулся:
— Да даже сами участники распри в Цзянху не могут разобраться, кто прав, а кто виноват, какого черта вы, обитая на далеком Северо-Западе, суетесь в эту мутную воду?
Хо Ган ответил:
— Когда мы с братом путешествовали по Центральным Равнинам, старший современник Лю спас нам жизни, а затем наставил в искусстве владения клинком. Теперь же, когда старший современник Лю погиб насильственной смертью, мы просто обязаны отомстить за него!
Хо Чэн добавил:
— Старший современник Лю пал от руки Фу Цинфэна, об этом знает весь Цзянху. Мы с братом тоже сначала сомневались, но, к счастью, случайно встретили молодого господина Лю в городе Хуанша, и он лично указал на Фу Цинфэна. Разве это может быть ложью?! Сегодня мы встретили заклятого врага, но жаль, что не можем убить тебя и отомстить — даже умерев, мы не сомкнем глаз от обиды!
http://bllate.org/book/30763/3751508
Готово:
