Цзян И возмутился:
— Какую это гадость я сделал?
Гун Си со смешком ответил:
— Я бы тоже хотел узнать, какие гадости творил мой братец.
Бао На покосилась на Цзян И:
— Сам прекрасно знаешь, что́ натворил.
Цзян И ошеломленно вытаращил глаза:
— Чего это я сделал? Ну-ка выложи всё чётко, а то ведь потом и в Жёлтой реке не отмоюсь!
Ши Чуньюй, которой уже не терпилось узнать подробности, повернулась к Бао На:
— Да говори ты уже! Из-за недомолвок люди вообще-то умирают.
Когда все уставились на Бао На, та прямо выпалила:
— Ты же меня любишь! Пытался привлечь к себе внимание — думаешь, я не знаю? Специально насмехался над моей толстой талией, чтобы я обратила на тебя внимание. Ещё подговаривал Фу Цзихана пойти ублажать меня — на самом деле сам хотел, да кишка тонка была. Вечно цеплял меня ради шутки, заставляя гоняться за тобой и тумаки раздавать, — все эти детские фокусы только для того, чтобы я заметила тебя. Но я тебе так скажу, Цзян И: всё это бесполезно, потому что ты мне не нравишься!
Цзян И от такой речи Бао На лишился дар речи.
Ши Чуньюй и Лу Фэй покатились со смеху, согнувшись пополам.
— Цзян И любит Бао На, ахахаха… — сквозь смех выдала Ши Чуньюй.
— Я только сегодня об этом узнал, ха-ха-ха… — подхватил Лу Фэй.
Гун Си хохотал так, что чуть не задохнулся. Обняв Цзян И за плечи, он произвел:
— Брат, а у тебя, оказывается, специфические вкусы.
Цзян И от злости на Бао На даже рассмеялся. Он толкнул сидевшего рядом Фу Цзихана:
— Я ведь над её талией издевался и тебя подговаривал её ублажать с ведома и согласия свидетеля! Быстро объясни всё толком!
А этот негодяй Фу Цзихан смеялся так, что из глаз брызнули слёзы. Приподняв голову от стола и немного придя в себя, он подтвердил:
— Я готов подтвердить это дело.
Все перевели взгляд на Фу Цзихана. Уголки рта Цзян И взметнулись вверх — на лице застыло уверенное выражение человека, с которого вот-вот снимут все обвинения.
Фу Цзихан продолжил:
— Как-то раз один весьма выдающийся человек признался Цзян И в любви. Цзян И ему отказал… Оказывается, его сердце уже было занято, оказывается, он любит Бао На!
Цзян И ошеломленно повернулся к Фу Цзихану:
— Совесть тебя не грызет такое молоть, а?
Фу Цзихан, сдерживая смех, пожал плечами:
— Я тоже только сегодня узнал, что ты любишь Бао На.
— Любишь твою голову!
Цзян И замахнулся, намереваясь отвесить Фу Цзихану подзатыльник, но Бао На фыркнула:
— Любишь — так и признайся, зачем эти мелкие трюки? Дешёвка. Да я в жизни тебя не полюблю!
Занесший руку Цзян И: «……»
Весь стол зашлся в судорожном хохоте, Лу Фэй и вовсе свалился под стол.
В этот момент на шум вошли Лу Зао и Чжао Цзюньцзюнь.
У Лу Зао был зычный голос, так что стоило ему заговорить, как все обратили на него внимание:
— О чём это вы тут так весело болтаете? Я тоже хочу присоединиться к веселью.
Тут же подоспел официант и расставил на столе несколько тарелок с холодными закусками.
— Ничего особенного, не слушай их бредовые россказни, — сказал Цзян И. — Ты-то как здесь оказался? Неужели те, что в передней вип-кабине, решили, что ты слишком громко орешь, и выставили вон?
— Эх, после ухода Фу Цзихана в той кабине стало тихо хоть застрелись. Каждый уткнулся в свой телефон, скукотища смертная! То ли дело здесь — шумно и весело. Не ожидал, что отличник тоже сюда забредет.
Цзян И обратился к Фу Цзихану:
— Тебе не пора возвращаться? Первая вип-кабина ждёт своего героя.
Фу Цзихан ответил:
— Вернёшься со мной — и я вернусь.
Цзян И почувствовал себя так, будто в него молния ударила, и молниеносно отвернулся. Вот уж поистине — сам накликал беду.
Лу Зао не усмотрел в этих словах ничего предосудительного и лишь рассмеялся:
— Братец Хань просто испугался тех девчонок, ха-ха-ха…
Блюда продолжали подавать одно за другим, но алкоголя среди них не было. Разве Ши Чуньюй и Гун Си могли оставить всё как есть? Не прошло и нескольких минут, как они вернулись, притащив по два ящика пива.
— Народ, гуляем на полную катушку! Пиво сегодня за мой счёт, — заявил Гун Си.
Ши Чуньюй тут же возмутилась:
— Угощать договаривались вообще-то я! Какая еще твоя очередь? Не отнимай у меня это право.
— В прошлый раз собрание оплачивал ты, на этот раз — я.
— Вот именно, это моя обязанность, чего ты лезешь? Мне батя каждый месяц десятки тысяч переводит, мне их девать некуда.
Цзян И больше не мог на это смотреть:
— Хватит спорить! Ещё из-за трат грызться не хватало, чай, не деньги раздаем. Прекратите спор, это пиво оплачу я.
Ши Чуньюй и Гун Си переглянулись и одновременно прыснули со смеху.
— Говорит нам не спорить, а сам первый в бутылку лезет. Бессовестный какой, — усмехнулась Ши Чуньюй.
Гун Си молча вышел, а вернувшись через минуту с улыбкой, бросил:
— Я уже всё оплатил. Посмотрим, как вы теперь спорить будете.
Ши Чуньюй покачала головой:
— Мерзавец.
Фу Цзихан, уткнувшись в телефон, отвечал на сообщения в WeChat и молчал.
Цзян И подхватил палочки, сразу же закинул в рот кусок столетнего яйца и принялся за еду. Черт подери, проголодался.
В этот момент Ши Чуньюй прижала его палочку пальцем:
— Так просто есть неинтересно. Давайте сыграем в игру: выиграл — можешь съесть кусочек, проиграл — изволь выпить кружку пива. Как вам?
Цзян И окинул взглядом сидевшую за столом половину девчонок и спросил:
— Столько девчонок вокруг, а если они пить не умеют? И что, кто-то потом обязательно до умопомрачения упьётся?
Тогда Лу Зао громко объявил:
— Всё просто: те, кто проиграет и не сможет пить пиво, будут играть в правду или действие.
Цзян И отложил палочки:
— У меня нет возражений.
Ши Чуньюй повернулась к Фу Цзихану:
— Братец Хань, кажется, совсем не пьёт, тогда для него будет вариант с действием.
Фу Цзихан пожал плечами:
— Ещё бабушка надвое сказала, кто проиграет.
Ши Чуньюй рассмеялась:
— Тоже верно, отличник не похож на того, кто может проиграть. У остальных есть вопросы?
— Хватит тянуть кота за хвост, погнали! От голода уже помереть можно, — поторопил Гун Си.
— Тогда начнём с тебя, — предложила Ши Чуньюй. — Сыграем в игру цепочки из четырёх иероглифов. Например: неожиданный успех, горы и моря людей, до скончания веков и так далее.
Чжао Цзюньцзюнь уточнила:
— Обязательно использовать именно идиомы-чэнъюи?
На что Ши Чуньюй усмехнулась:
— Ты думаешь, с уровнем грамотности Цзян И он сегодня вообще сможет хоть кусок съесть, если усложнять?
Чжао Цзюньцзюнь прикрыла рот рукой и захихикала. Цзян И покачал головой:
— Ты и сама-то знаешь всего три эти идиомы, да и те только что в пример привела. Будь у тебя хоть каплю ума, назвала бы ещё хоть одну.
— ……Ума-то как раз и нет, — залилась смехом Ши Чуньюй.
http://bllate.org/book/30968/3774741
Готово:
