Они прислонились к кровати и с полчаса ковырялись в телефонах, подыскивая местные достопримечательности. Умывшись и сбросив номер, они вместе с Пэй Цзи вышли из отеля пообедать.
В самый разгар обеда пришло сообщение от той девушки: они договорились встретиться и собрать всех внизу.
Девушку звали Ван Лу, ей было двадцать пять лет, и работала она еще неполных два года.
То ли потому, что прошлой ночью ей посчастливилось выспаться, выглядела она неплохо. Увидев Пэй Цзи и Хэ Юя, она даже засияла от восторга:
— Боже мой, вживую вы еще красивее, чем на фото! Можно мы сделаем совместное селфи?
Она вскинула камеру, горя нетерпением.
Пэй Цзи перевел взгляд на Хэ Юя, и тот кивнул.
Ван Лу пришла в крайнее возбуждение: отключив фильтры красоты и совершенно не заботясь о том, что под таким углом ее лицо на снимке получится слегка искаженным, она щелкнула пару кадров.
По дороге к жилому комплексу Ван Лу рассказывала о недавних происшествиях:
— Всё началось примерно неделю назад. Я даже покупала в интернете красные нити и бумажные талисманы, но толку никакого. Здесь слишком дорогая аренда, и я с таким трудом отыскала вариант с таким прекрасным соотношением цены и качества, что переезжать совсем не хочется.
Тут она вздохнула и с некоторым сомнением окинула обоих оценивающим взглядом:
— А вы точно справитесь?
Вчера она согласилась на это на волне импульса, а теперь ей стало немного боязно: вдруг эти двое — мошенники?
В ее голове мгновенно всплыли все те короткие видеоролики, что она листала раньше, и мерещилось лишь одно: как только они зайдут внутрь и закроют дверь, зови не зови — никто не услышит.
Хэ Юй опасался как раз того, что она им не поверит, поэтому заранее приготовил реквизит. Он вытащил из кармана пачку талисманов, а заодно и то удостоверение даоса, которое раздобыл у старого жреца. Фотография на нем была еще из его детских лет. Он просто помахал им перед носом Ван Лу.
— Видела? У меня есть корочка, самая настоящая.
Только после этого Ван Лу слегка успокоилась.
Жила она в старом жилом комплексе, ценность которого заключалась исключительно в удачном расположении: у выхода сразу метро, да и квартира сама по себе неплохая — распашонка на обе стороны. Этаж, правда, высоковат, но ремонт отличный, совсем не похожий на убогую рухлядь в других старых домах.
Ван Лу провела их на пятый этаж и остановилась. Хэ Юй, побывав здесь вчера, уже знал об ощущении слабой Инь-ци.
Квартира была небольшой, стоя у входа, можно было разом окинуть взглядом всё жилище.
Хэ Юй замер на пороге и на мгновение умолк:
— Позвони-ка домой, расспроси мать.
Ван Лу крайне удивилась, но всё же решила довериться Хэ Юю. Она достала телефон и набрала домашний номер. Себя она всегда показывала родным исключительно с сильной стороны, делясь только хорошими новостями. За последнее время ничего радостного не происходило, так что на связь она не выходила, да и вообще они созванивались не каждый день.
Ван Лу пригласила обоих войти, но Хэ Юй и Пэй Цзи остались стоять у двери, не продвигаясь вглубь квартиры. Дома у Ван Лу было очень чисто.
Взгляд Хэ Юй проследил за женщиной, которая хлопотала по комнатам, бормоча себе под нос: Сколько раз говорила, чтобы использованную бумагу бросали в мусорку, а она опять ее тут оставила. Живет одна, а такой бардак развела, и как она замуж потом выйдет...
— Алло, па, а где мама?
Гудки шли какое-то время, прежде чем вызов приняли. Ее родители были деревенскими жителями и до сих пор плохо умели пользоваться смартфонами, к тому же отец немного страдал глуховатостью и порой просто не слышал звонка.
На том конце несколько раз переспросили алло, и Ван Лу повторила снова.
— Твоя мама еще несколько дней назад ушла к твоей тетке.
Родители Ван Лу жили в деревне. В трубке послышался звон металлических предметов — судя по всему, отец отложил работу и бросил инструменты.
Непонятно почему, но от этих слов у Ван Лу на душе заскребли смутные предчувствия. Ее сердце заколотилось с жуткой силой:
— Вы что, все эти дни даже не созванивались?
— Нет, я не особо умею звонить.
Сердце Ван Лу пропустило еще один удар: значит, мать не звонила и отцу. Больше не в силах говорить с родителем, она поспешно сбросила вызов и отыскала номер тетки.
Тетка ответила быстро:
— Алло, Лу-лу?
У Ван Лу не было настроения для вежливых предисловий, и она прямо спросила:
— Тетя, мама у вас?
— Приходила пару дней назад, побула два дня и ушла. Я еще думала: дожди идут, а в деревне горная дорога разбита, посидела бы еще пару дней, но она уперлась — мол, дома дела, отец один не справится, надо помочь вернуться...
Голос тетки продолжал что-то тараторить в трубке, но Ван Лу уже ничего не слышала. Подтвердилось то самое тревожное предчувствие, что грызло ее изнутри. Телефон выскользнул из ослабевших пальцев и с глухим стуком ударился о пол.
Женщина, казалось, вовсе не замечала происходящего вокруг и продолжала усердно пытаться навести порядок среди мусора, оставленного Ван Лу.
Спустя мгновение Ван Лу, вспомнив, что в квартире находятся еще двое, повернулась к Хэ Юю. Слезы ручьями хлынули из ее глаз, она пыталась что-то сказать, но голос ей не повиновался.
— Моя мама... неужели...
Она в упор смотрела на Хэ Юя, отчаянно надеясь услышать отрицательный ответ, но тот лишь тяжело опустил веки и кивнул.
Девочка разрыдалась в голос.
Ее семья жила очень бедно, родители горбатились на земле, чтобы оплатить ее учебу в университете. Она не подвела — поступила в хорошее учебное заведение, наивно полагая, что в будущем, как и планировала в детстве, обеспечит родителям сытую жизнь.
Однако в год выпуска выяснилось, что поступление в вуз и зарабатывание денег — вещи совершенно разные. При поиске работы она везде натыкалась на глухие стены, а та копеечная зарплата, что удавалось найти, едва покрывала собственные расходы. О покупке квартиры здесь нечего было и мечтать, но она верила, что при должном упорстве когда-нибудь сможет обзавестись жильем и забрать родителей к себе.
За два года она отложила несколько десятков тысяч юаней — еще пара лет, и накопится на первый взнос, а родители смогут сдать деревенскую землю в аренду и зажить по-человечески.
Но всему этому так и не суждено было сделать даже первый шаг.
***
Ван Лу просидела на полу добрую половину дня, пока ее спины вдруг не коснулась чья-то прохладная рука.
— Лу-лу.
Голос женщины прозвучал прямо над ухом. На секунду замернув, Ван Лу с криком бросилась к ней и вцепилась в объятия:
— Мама!
Женщина согнулась в три погибели, обнимая дочь и похлопывая ее по спине точно так же, как в далеком детстве.
Они не произнесли ни слова, но обе прекрасно понимали: эта встреча — последняя.
Поплакав еще немного и вспомнив, что в комнате присутствуют посторонние, Ван Лу вытерла слезы, поднялась на ноги и низко поклонилась Хэ Юю:
— Спасибо вам, Сяо Юй. Если бы не вы, я бы даже не узнала, что мама умерла.
Хэ Юй выудил из кармана горсть помятых бумажных талисманов, долго копался в них, наконец вытянул один и протянул Ван Лу:
— Возьми. Ты сможешь видеть маму в течение двадцати четырех часов. Используй это время, чтобы нормально попрощаться, раз уж не успела сделать это вовремя, и передай все наказы. Живые и мертвые — из разных миров, ее лучшее пристанище — отправиться в Подземный Мир и встать в очередь на перерождение.
Наверняка у них еще оставались личные разговоры, мешать которым они не собирались.
Навязчивая идея-фикс матери Ван Лу, должно быть, заключалась в том, чтобы еще хоть раз повидать дочь. Проделав такой путь издалека, она страстно желала взглянуть на нее снова. Днем Ян-ци слишком сильна, и Ван Лу ничего не чувствовала, зато ночной густой Инь-ци хватало, чтобы расслышать, как мама наводит порядок в доме и стряпает еду.
Ван Лу приняла талисман и выразила благодарность.
Хэ Юй увел Пэй Цзи. Когда мать с дочерью закончат прощаться, навязчивая привязанность покойной растворится, и за ней непременно явятся Черный и Белый Неотвратимые Духи.
Через несколько дней, на сороковины, они смогут увидеться вновь, вот только это будет лишь односторонним визитом со стороны матери.
Покидая жилой комплекс, Хэ Юй чувствовал на душе тяжесть. Сколько бы ни доводилось сталкиваться с подобным, перед лицом жизни и смерти в сердце неизменно оставалось горькое сожаление.
Впрочем, сочувствие длилось недолго: стоило выйти за ворота, как Хэ Юй полностью взял себя в руки. Достав заметки в телефоне, он повел Пэй Цзи дегустировать местные вкусности по вчерашнему маршруту.
Пэй Цзи, сославшись на какие-то неотложные дела, проводил его до дома и тут же испарился. Оставшись в одиночестве, Хэ Юй неожиданно ощутил некоторую пустоту.
Черный кот потерся о его ноги и лениво потянулся.
Осмотрев рану питомца и убедившись, что признаков нагноения нет, Хэ Юй наложил простую мазь. Кот уже обрел зачатки разума и вел себя необычайно послушно.
Отослав обработанные снимки заказчику, Хэ Юй едва успел коснуться подушки, как моментально провалился в сон — двухдневные странствия здорово его вымотали.
На следующее утро, проведя для дедушек и бабушек зарядку по цигуну, Хэ Юй пообедал дома и отправился на службу.
Заказчик остался крайне доволен: не успел Хэ Юй переслать фотографии, как деньги уже поступили на счет.
Вдобавок накинули еще двадцать тысяч, поинтересовавшись, нельзя ли использовать снимки в качестве обложек для их коммерческих товаров. Клиент попался щедрый, и перспектива дальнейшего сотрудничества была налицо, так что Хэ Юй охотно согласился, не раздумывая.
Раз уж люди, обратившиеся к стримеру-новичку, готовы платить столь щедро, значит, они ценят его труд. Одно это доверие стоило куда больше любых денег.
Впрочем, это был взаимовыгодный процесс, и занижать собственную планку Хэ Юй не собирался.
Половина полученной суммы причиталась Пэй Цзи. Открыв заметки и калькулятор, Хэ Юй скрупулезно подсчитал всё до копеек и лишь после этого перевел долю Пэй Цзи.
Миновав багровое море цветов мандрагоры, Хэ Юй практически тютелька в тютельку к назначенному часу добрался до дверей зала и распахнул их.
Он яростно протер глаза. Где это он?
Что за ослепительно светлые хоромины? В Подземном Мире что, отменили режим экономии? Зачем так заливать всё светом?
— Ваша светлость, не виделись всего два дня, а я уж успел соскучиться.
Не успел Хэ Юй толком осмотреть свой модернизированный роскошный кабинет, как знакомый голос Белого Неотвратимого Духа прервал его раздумья. Обернувшись, Хэ Юй увидел его в белоснежном костюме-тройке — от удивления у него чуть глаза из орбит не выпали.
На лацкане пиджака Белого Неотвратимого Духа красовалась его фирменная надпись: При богатстве и процветании.
Остолбенев, Хэ Юй перевел взгляд на Черного Неотвратимого Духа: тот тоже щеголял в черном костюме и приветливо махал ему рукой.
Словно угадав немой вопрос на лице Хэ Юя, Белый Неотвратимый Дух взмахнул траурным жезлом:
— Ну как, Ваша светлость, идет нам с братцем эта экипировка? Красавцы?
Отросшим онемевшим языком Хэ Юй выдавил одно слово:
— Красавцы.
Следом за ними показались Быкоголовый и Лошадинолицый, тоже облаченные в костюмы иных расцветок: у Быкоголового — коричневый, у Лошадинолицего — кирпично-красный.
Кое-как переварив вид их нарядов, Хэ Юй подхватил свой тормозок и направился к главному креслу. Пройдя пару шагов, он заметил, что и его собственный рабочий стол претерпел изменения, да и весь зал кардинально преобразился.
Его переделали под современный судебный зал, а внизу даже установили скамьи для зрителей.
Хэ Юй механически переставлял ноги, взбираясь по ступеням. И впрямь, Подземный Мир тоже шагает в ногу со временем.
— С чего это вдруг всё перекроили? — обратился он к сидевшему рядом Белому Неотвратимому Духу.
Черный Неотвратимый Дух был не особенно говорлив, так что отдуваться привычно пришлось Белому:
— Начальство велело: мол, нашему Подземному Миру тоже нужно поспевать за эпохой. Начали переделку с вашей резиденции, дальше везде так будет, но пока бюджет ограничен, так что воплощаем постепенно.
Его лицо расплылось в еще более широкой улыбке, и оттого мертвенно-бледная кожа под яркими лучами ламп стала выглядеть не так жутко, а скорее комично:
— Поскольку новая парадная форма пока есть только у призрачных стражей нашей резиденции, все эти дни с Вашей светлостью дежурим исключительно мы.
http://bllate.org/book/30984/3776972
Готово:
