— Вэй Минь? — Вэй Чжэ нахмурился. — С чего это он вдруг здесь поселился?— Ну… — дворецкий не знал, как лучше выразиться, и лишь туманно намекнул: — Мать юного мастера Вэй Миня попала в тюрьму, и Старая усадьба семьи Вэй... ред.: старый хозяин / глава семьи] пожалел его, вот и перевёл в главный особняк.
А за что именно она угодила за решетку — это уже повод для долгих размышлений.
Пока они беседовали, Старая усадьба семьи Вэй уже показалась впереди. Первым делом по возвращении Вэй Чжэ захотел навестить Вэй Сяоцзин. Дойдя до двери его комнаты и распахнув её, он лишь замер перед зияющей внутри пустотой — и только тогда сообразил, что Вэй Цзин до сих пор не перебрался на третий этаж, а всё ещё живёт в самом дальнем конце второго.
В прошлых жизни Вэй Чжэ перенёс комнату Вэй Цзина на соседство со своей собственной, чтобы можно было смотреть, когда захочется, и тискать, когда вздумается — до чего же блаженная была жизнь! Сейчас же он лишь приподнял брови и решительно вернулся в собственную спальню.
Проведя столько времени в больнице, Вэй Чжэ первым делом захотел принять ванну. Замотав раны на теле пищевой плёнкой и отказавшись от помощи слуг, он сперва тщательно вымыл голову, а затем кое-как ополоснулся сам: пусть вышло и не до конца, зато удалось наконец смыть этот въевшийся запах больничного антисептика.
Переодевшись в свободную домашнюю одежду, Вэй Чжэ зашагал по направлению ко второму этажу, слегка торопясь.
Сегодня суббота, а с затворническим характером Вэй Цзина он, конечно же, тихо-мирно сидит взаперти в своей комнате.
Наверное, он даже не знает, что я вернулся. Сейчас я резко распахну дверь, устрою малышу сюрприз, заодно и напугаю немножко… Перед уходом он ещё говорил, как было бы здорово остаться вместе навсегда, а стоило мне уйти — тут же отвернулся и сделал вид, что незнаком, даже навестить не заглянул.
Надо наказать!
Предвкушая грядущую сцену, Вэй Чжэ смягчился в лице, а в глазах заплескалась мягкая, лёгкая улыбка.
— Эм… Старший брат.
Случайно шедший навстречу из своей комнаты Вэй Минь при виде давно не виденного Вэй Чжэ застыл. На лице юноши так отчётливо проступили отвращение, зависть и даже капелька угрызений совести.
Если раньше Вэй Чжэ лишь догадывался, то теперь убедился окончательно.
Убрать его пыталась мать Вэй Миня.
— Мгм, — холодно и равнодушно бросил Вэй Чжэ, проходя мимо Вэй Миня дальше по коридору.
— Эй, старший брат… Ты… — Куда это ты? Вторую половину фразы он договорить не успел — перед его глазами Вэй Чжэ решительно толкнул и распахнул дверь напротив.
Вэй Цзин уехал уже несколько дней назад, и комнату, принадлежавшую ему, домашние слуги давно прибрали. Привычные постельные принадлежности тёплых оттенков заменили на абсолютно белые — стерильные до безумия, от вида которых веяло леденящим холодом.
В голове Вэй Чжэ на миг стало пусто. Он резко обернулся и глухо бросил:
— Где Вэй Цзин?
— Он? — От ауры доминирования, исходившей от старшего юноши и напоминавшей голодного волка, Вэй Миню стало не по себе. — Разве он не съехал?
— Куда съехал? — допытывался Вэй Чжэ.
Вэй Минь покачал головой:
— Я не знаю. Вэй Цзин съехал очень рано. После того как старший брат попал в аварию, он больше сюда не возвращался, а на следующий день слуги уже привели комнату в порядок.
Тогда преступление матери ещё не всплыло наружу, и Вэй Минь был вне себя от радости — ему казалось, что он выжил Вэй Цзина и теперь сможет занять его место.
Лицо Вэй Чжэ помрачнело. Мелкие детали прошлого всплывали в памяти и складывались в единую картину: тот маленький негодяй с самого начала знал, что ему придётся уйти, а потому разыгрывал из себя привязанного и даже бросил фразу о том, как хорошо было бы всегда быть вместе?
Черт побери, вот поймает он его — непременно отшлёпает по пухлой заднице до синевы! Смелости хватило утаить от него такую важную вещь, совсем страх потерял.
С мрачным, непроницаемым лицом Вэй Чжэ обошёл Вэй Миня и направился прямиком к дворецкому.
Дворецкий Старой усадьбы семьи Вэй служил здесь уже лет двадцать-тридцать и пользовался полнейшим доверием Вэй Хэ. Выслушав расспросы Вэй Чжэ, он после долгих раздумий сообщил, что юношу отправил прочь сам Вэй Хэ — вероятнее всего, к родственникам по материнской линии. Более точных сведений он не имел, и добавил, что если молодой господин хочет узнать подробности, ему лучше позвонить и спросить у старого хозяина.
Вспышка гнева Вэй Чжэ мгновенно сошла на нет. Гордо вскинув голову, он с невозмутимым видом поправил манжету на запястье и с напускным презрением бросил:
— Не нужно. Такая мелочь, незачем утруждать отца. Просто домашний питомец сбежал без разрешения, вот меня это немного и взбесило.
Он намеренно изобразил юношеское высокомерие и абсолютную самовлюбленность.
Само существование Вэй Цзина было для Вэй Хэ незаживающей занозой, что колола в самое сердце всякий раз, когда попадалась на глаза. Вэй Чжэ прекрасно понимал: если сейчас он покажет, как сильно дорожит Вэй Цзином, то до тех пор, пока сам не возьмёт всю полноту власти в свои руки, больше никогда его не увидит.
Поэтому сейчас ему нужно усыпить бдительность противника, заставив того поверить, будто ему совершенно плевать на Вэй Цзина.
Всего лишь захотелось завести питомца.
Именно эту мысль он и должен был донести.
Вэй Чжэ выписался из больницы раньше срока, и в тот же вечер Вэй Хэ вернулся в усадьбу. После того как они втроём провели ужин в гробовой тишине, мужчина велел Вэй Чжэ подняться к нему в кабинет.
Кабинет Вэй Хэ находился в самом центре третьего этажа. Обычно он запирался на замок и открывался только в присутствии самого хозяина. В прошлой жизни, унаследовав семью Вэй, Вэй Чжэ просто перенёс свои дела в тот открытый кабинет, которым привык пользоваться.
В конце концов, в особняке жили только они вдвоём с Вэй Цзином, да и уходя из дома, он всегда запирал двери.
— Садись, — взглядом указав сыну на стул напротив, Вэй Хэ достал из стола папку с бумагами и протянул её Вэй Чжэ. — Посмотри. На твоём месте как бы ты поступил?
Вэй Чжэ приподнял брови: проверка на сообразительность?
Перед лицом Вэй Хэ не стоило скромничать — чем безупречнее он себя покажет, тем выше будет ценность в глазах отца. К тому же… разве это задача для взрослого ума? Всего лишь мелкая игрушка. Вэй Чжэ бессмысленно усмехнулся: переродившись, он и впрямь заметил, что соображать стал намного быстрее.
То, над чем в прошлые разы приходилось ломать голову дважды, теперь схватывалось с первого раза.
Взять хотя бы лежавший перед ним документ: бегло просмотрев его, он сразу уловил, где кроется выгода, а где зияют дыры. Сохраняя невозмутимость, он изложил свои соображения пункт за пунктом, мастерски приправив их преимуществами перерождения, взглядом в будущее и парой свежих идей, от которых у Вэй Хэ даже глаза загорелись.
http://bllate.org/book/31098/3790072
Готово:
