Планы меняются быстрее, чем кажется.
Белый пластырь постепенно закрывал рану, а прохладные кончики пальцев скользили по щеке, словно травинка сорго, что щекочет кожу. Было немного щекотно, и Ю Ли невольно протянул руку, желая почесаться:
— Не трогай!
Не успел он сделать и движения, как правое запястье перехватила самка-насекомое:
— На руках бактерии, занесешь в рану инфекцию.
— Ох...
Ю Ли растерянно моргнул. Между ними в воздухе повисла какая-то странная атмосфера, вызывая смутное внутреннее беспокойство. Самец-насекомое мягко высвободил свое запястье из чужой хватки и, чтобы сменить тему, окинул взглядом аккуратно одетыго Кэ Бая:
— Только с работы?
— Нет, зашел за кое-какими документами.
Словно доказывая свои слова, Кэ Бай кивнул подбородком на папку, которую только что отбросил в сторону, и вновь перевел взгляд на царапину Ю Ли, совсем не похожую на обычный сбой:
— Ты это как умудрился поцарапаться?
— А, когда смешивал реагенты, пробирка взорвалась. Брызги попали на лицо.
— Вот как. Тогда впредь будь осторожнее.
— Хорошо.
На двух соседних балконах развозилась странная картина: обычно совершенно не умеющий сидеть спокойно самец-насекомое выпрямился во весь рост, зато самка-насекомое, привыкшая во всем требовать от себя строгой дисциплины, беспечно прислонилась к стене. Прислонившись головой к прохладной поверхности, Кэ Бай то заводил, то прерывал разговор с Ю Ли, чье эмоциональное состояние сейчас явно было нестабильным.
Впрочем, Кэ Бай, повидавший на своем веку немало смертей, с одного взгляда понял, что рана на лице Ю Ли — вовсе не случайность. Но раз тот не хотел откровенничать, он просто подыщет ему удобное оправдание.
Оранжевый закат, легкий верок ласкал лица.
Чуть приподняв веки и наблюдая, как тело Ю Ли постепенно расслабляется, Кэ Бай позволил тревоге в своих глазах немного улечься. Вспомнив ту кроху информации, которой Ю Ли только что перед ним поделился, он негромко произнес:
— Кстати, мы знакомы уже столько времени, а я до сих пор толком не знаю, каким именно проектом ты занимаешься.
— Не пытайся втереться в доверие, генерал, мы знакомы-то всего около недели, — с улыбкой парировал Ю Ли, однако поступил вполне честно: достал из кармана халата рабочее удостоверение, которое только что сорвал и сунул куда попало. — Вот, Биологическая академия, разработка терапевтических препаратов для лечения и восстановления после психических травм у самок-насекомых.
Палец скользнул по мелкому шрифту под фотографией. Ю Ли опустил взгляд на собственное удостоверение, а затем внезапно поднял глаза на Кэ Бая:
— Почему ты меня не ненавидишь?
Вопрос оказался настолько неожиданным для Кэ Бая, что он невольно замер. Опомнившись, он машинально потер кончики пальцев, в его винно-красных глазах мелькнула темная тень, и он ответил встречным вопросом:
— А почему ты одинаково вежливо обходишься как с самцами-насекомыми, так и с самками-насекомыми?
— М? — Ю Ли слегка приподнял брови. Подбросив удостоверение, он поймал его обратно и посмотрел на заходящее солнце вдалеке.
Оно было точь-в-точь как в его родных краях. — Да какое тут вообще имеет значение деление на категории? Все мы насекомые. Разве не смешно делить существ на благородных и презренных по половому признаку?
Вообще-то, в детстве Ю Ли тоже порой упивался тем чувством превосходства, которое транслировало окружающее общество. В конце концов, каждый малыш — чистый лист, и все зависит лишь от того, какую краску на него прольют.
Он помнил, как после возвращения домой попытался вести себя со своим родителем-самцом точно так же, как его приятели обращались со своими родителями-самками. В итоге его родитель-самец, совершенно не оценивший подобных вольностей, оттагал его за уши, заставив несколько раз провернуться вокруг оси. А второй родитель — обычно невероятно мягкий, не позволявший себе повысить на него голос даже в самых пустяковых делах — уложил его к себе на колени и отходил тапком так, что мальчишке потом еще два дня сидеть было больно.
И вот тогда, лежа на животе в детской кроватке — обиженный, но неспособный уснуть от жгучего саднящего чувства сзади, — он дождался, пока родитель войдет в комнату:
— Никогда не смей смотреть свысока на тех, кому повезло меньше твоего, только из-за того, что в твоих руках есть какие-то привилегии.
Пойми, ты действительно можешь жить в свое удовольствие под защитой общества, но те самки-насекомые, от которых общество отвернулось... их жизнь и без того невероятно тяжела. Почему ты не можешь проявить к ним немного доброты? А твоему родителю каково? Его здоровье и так слабое, а когда он рождался на свет, едва не лишился жизни...
Молодой самец-насекомое тогда бережно растирал ушибленное место на попке своего малыша, а затем, помолчав, добавил:
— Я не хочу давить на твою совесть, но как твой родитель относится к тебе? Неужели только из-за пола он заслуживает подобного отношения от тебя?!
Ю Ли не знал, с какими чувствами родитель говорил ему всё это, но те слова навсегда оставили глубокий след в его детской душе.
На следующий день он поднялся с постели и принес самые искренние извинения родителю, который лежал в постели и пил лекарство. В награду он получил презрительный взгляд и целую неделю повинности по мытью посуды и уборке пола. С тех пор, за что бы он ни брался, он оценивал исключительно поступки, а не самих насекомых.
В серо-голубых глазах мелькнула тень тоски, и он повернулся к Кэ Баю:
— Так что вежливость... если ее проявляют ко мне, я отвечаю тем же.
Это как зеркало: улыбаешься ты — улыбаются и тебе, и наоборот. Все просто и чисто.
— Разве это не доказывает все? — Кэ Бай прислонился спиной к стене, скрестив руки на груди. — Твое отношение определяет мое. Я и впрямь терпеть не могу некоторых самцов-насекомых, это правда, но не до такой же степени, чтобы терять способность отличать черное от белого. К тому же...
Уголки губ самки-насекомого чуть приподнялись, и он медленно произнес:
— Мне кажется, общаться с тобой очень легко.
— Хм... — Серо-голубые глаза пару раз моргнули. На месте раны на лице вновь почудился легкий зуд. Он машинально приподнял руку, намереваясь почесать щеку, но на полудвижении вспомнил предупреждение Кэ Бая. Пальцы замерли, рука медленно опустилась, и Ю Ли смущенно отвел взгляд: — Тогда, наверное, ты бы отлично сошелся с моим родителем.
http://bllate.org/book/31484/3841126
Готово:
