Не ожидав, что тот так быстро откроет дверь, Гао Сичжэнь оперся на дверной косяк с несколько удивленным видом, а рука его еще не успела опуститься, застыв в позе для стука.
— Что такое, рука болит? — сонно и заторможенно спросил Линь Бе, протирая глаза.
— …Нет, — Гао Сичжэнь опустил руку и выпрямился. — Ты же вчера говорил, что съездишь домой, чтобы забрать свои книги, компьютер и все остальное? Я как раз свободен, могу поехать с тобой.
— Не нужно, — Линь Бе почесал волосы на затылке и зевнул полной грудью. — С такой рукой ты мне все равно ничем не поможешь. К тому же моя машина до сих пор у Чжэн Ми, так что я сначала заберу ее у него, заодно заставлю его побыть моей бесплатной рабочей силой.
Гао Сичжэнь о чем-то задумался и, помолчав с полминуты, произвел:
— Ну ладно. Будешь завтракать? Я как раз заказал доставку.
По правде говоря, Линь Бе все еще чувствовал, что проснулся не до конца: глаза слезились и почти не открывались, а держался он исключительно на чистой силе воли.
Впрочем, раз уж он все равно встал, ложиться досыпать было бессмысленно, поэтому он кивнул:
— Ладно, ешь пока, а я переоденусь.
Поскольку он то и дело оставался здесь ночевать, в шкафу гостевой спальни всегда хранилось несколько вещей Линь Бе.
Невпопад вытащив свободные джинсы и толстовку, он натянул их на себя и вышел из комнаты.
Гао Сичжэнь чинно сидел за обеденным столом и просматривал новости на планшете; даже травмированная рука ничуть не умаляла его безупречной осанки.
— Чего не ешь? — направляясь к нему, Линь Бе на ходу одергивал подол кофты.
— Ждал тебя, — естественно ответил Гао Сичжэнь.
Линь Бе выдвинул стул, сел и окинул взглядом роскошный завтрак. По логотипу на упаковке он узнал стряпню ресторана, удостоенного звезд, и стоимость такого угощения явно должна была оказаться весьма внушительной.
Эта еда находилась совершенно в иной весовой категории по сравнению с тем, что он сам наскоро выбрал в приложении доставки накануне.
Украдкой бросив взгляд на невозмутимого Гао Сичжэня, Линь Бе мысленно задался вопросом, с какой стати он вообще взвалил на себя заботу о нем.
С чего бы человеку с безграничными финансовыми возможностями позволять себе страдать?
Похоже, все было именно так, как говорила его мама: он не только не способен ни в чем помочь, но еще и бесстыдно пользуется чужой заботой.
— Почему не ешь? — Гао Сичжэнь слегка нахмурился, бегло оглядел еду на столе, убедившись, что заказал всё любимое Линь Бе, и снова перевел на него взгляд, в котором промелькнуло беспокойство. — Нет аппетита? Или встал слишком рано?
— Да нет, дело не в этом, — Линь Бе с детства привык быть бесхитростным и простодушным. Особенно в общении с Гао Сичжэнем: многолетняя дружба позволяла ему совершенно естественно демонстрировать тому все свои недостатки.
Раньше он как-то не обращал на это внимания, но сегодня из-за какого-то завтрака вдруг занялся самоедством.
Линь Бе спросил:
— Тебе действительно нужна моя забота?
Гао Сичжэнь переспросил:
— Пожалел?
Линь Бе почувствовал, что ведет себя слишком сентиментально и слишком много думает. Гао Сичжэнь сейчас ранен, и иметь рядом близкого человека куда лучше, чем оставаться в одиночестве.
Он покачал головой:
— Нет. Считай, что я ничего не говорил.
Гао Сичжэнь пододвинул к себе маленькую пиалу и налил каши:
— Почему это мне не нужна твоя забота? Ты просто составляешь мне компанию, и мне уже радостно.
От этих слов тучи на лице Линь Бе рассеялись без следа. Он подался вперед, опершись грудью о стол, и поднял сияющие глаза:
— Я же говорил, что от меня есть хоть какая-то польза.
Гао Сичжэнь едва заметно улыбнулся и, протянув руку, поставил перед Линь Бе пиалу, доверху наполненную кашей.
— Спасибо, братуха, — с ухмылкой бросил Линь Бе.
Покончив с едой, Линь Бе зашел в ванную, быстро умылся и привел в порядок волосы. Выйдя оттуда, он увидел, что Гао Сичжэнь уже полностью одет и сидит на диване, устремив на него полный надежды взгляд.
Что это значит, Линь Бе понимал кристально четко, но сразу соглашаться было не в его правилах, поэтому он притворился дурачком:
— Ты чего?
— Да так, просто скучновато, — боясь, что Линь Бе не поймет намека, Гао Сичжэнь выдал себя с головой и спросил: — Ты уходишь?
Линь Бе:
— …
И все же у Линь Бе дрогнуло сердце: прекрасно понимая, что толку от Гао Сичжэня никакого, он все равно взял его с собой.
Они поймали такси до бара Потерянный в лабиринте, а оттуда на машине Линь Бе поехали к нему домой.
У крыльца стопкой лежали две немаленькие коробки — это были книги, которые Линь Бе заказал в интернете несколько дней назад, и доставка прибыла как раз сегодня утром.
Он открыл дверь, шагнул в сторону, освобождая проход, кивнул внутрь и сказал Гао Сичжэню:
— Заходи пока, а я закину эти две коробки в машину.
Гао Сичжэнь уже было хотел с языка сорваться вопрос, не нужна ли помощь, но стоило ему чуть приподнять руку, как резкая боль тут же напомнила, что теперь он на такое не способен. Ему оставалось лишь кивнуть и войти в квартиру.
Линь Бе, пыхтя, спустил обе коробки с книгами вниз, пока Гао Сичжэнь в одиночестве наводил порядок в его доме.
Эту квартиру Линь Бе купил на собственный гонорар сразу после окончания университета. Она была не особо большой, а располагалась на довольно тихой окраине, но имела для него колоссальное значение. Даже сейчас, когда его доходы вполне позволяли сменить жилье на более просторное и в престижном районе, у него ни разу не возникало мысли продать это место.
Его логика была проста — лишь бы хватало места.
А если захочется простора — можно несколько ночей перекантоваться у Гао Сичжэня.
В тот день, когда Гао Сичжэнь только переехал в свое нынешнее жилье и позвал друзей отпраздновать новоселье, Линь Бе приобнял его за плечи и брякнул именно это, лишив хозяина покоя на весь оставшийся вечер.
Когда застолье закончилось, гости разошлись, и они остались вдвоем, фраза Не хочешь ли переехать ко мне и жить вместе вертелась у Гао Сичжэня на кончике языка, но он умудрился затолкнуть ее обратно.
Столкнувшись с Линь Бе, который упорно воспринимал его исключительно как лучшего друга, у него не хватило духу разрушить эту стену в одностороннем порядке, не подготовив почву заранее. И это терпение затянулось еще на пять лет.
Вещи Линь Бе никогда не лежали на положенных местах.
Стоило Гао Сичжэню переступить порог, как он тут же заметил с десяток книг, которые тянулись дорожкой от журнального столика до самого ковра. Рядом на полу валялся раскрытый ноутбук, на клавиатуре которого покоился блокнот — на развороте виднелись густо исписанные строчки и линии, чье начало и конец было невозможно проследить.
http://bllate.org/book/31637/3859779
Сказали спасибо 0 читателей