Си Линь закусил губу и закивал с безумным видом, а когда Цзи Вэйчжоу потерял бдительность, снова уткнулся ему в грудь.
Цзи Вэйчжоу: «...»
Си Линь и Цзи Вэйчжоу переехали в «новое гнездышко» вскоре после этого.
Си Линь начал неотступно липнуть к Цзи Вэйчжоу.
До женитьбы Си Линь очень любил целыми днями строчить ему сообщения, а теперь в переписке не было нужды, как и в необходимости ежедневно к определенному часу ездить в офис. От скуки Си Линь стал уделять Цзи Вэйчжоу большую часть своего времени.
Куда Цзи Вэйчжоу в компанию — туда и он; к Лу Чэнмину — и он следом; на площадку мяч погонять — и тут не отстает. Куда бы ни направлялся Цзи Вэйчжоу, Си Линь повсюду тащился за ним.
У Цзи Вэйчжоу, привыкшего жить одиночкой, вдруг за спиной вырос крошечный хвост по имени Си Линь. Но руку на того, кто улыбается, не поднимут, и Цзи Вэйчжоу абсолютно ничего не мог поделать с Си Линем, оставалось лишь позволять ему следовать за собой.
Когда Цзи Чжэньчжан потребовал встречи, Цзи Вэйчжоу вовсе не собирался брать с собой Си Линя.
Однако Си Линь уперся: то плелся следом, то пытался забраться в машину, и в конце концов, добившись своего, уселся на пассажирском сиденье рядом с Цзи Вэйчжоу.
— Сиди в машине, вздумаешь шастать где попало — потом самбираешься назад, — бросил напоследок Цзи Вэйчжоу, прежде чем захлопнуть дверцу. — Слышал? Начнешь шляться — никто тебя ждать не станет.
Закончив напутствия, Цзи Вэйчжоу отправился в стационар навестить Цзи Чжэньчжана.
Палата Цзи Чжэньчжана была одноместной. Когда Цзи Вэйчжоу пришел, Цзи Минь сидела у кровати и, беседуя с дедом, чистила ему яблоко.
Личные секретари, помощники и водители, которых эта парочка повсюду таскала за собой, выстроились в коридоре двумя аккуратными рядами.
Не успел Цзи Вэйчжоу переступить порог, как сразу же столкнулся лицом к лицу с секретарем Суном. Тот при виде него скривился, выражая всем видом неприязнь, и бросил дежурное приветствие сквозь зубы. Услышав шум, сидевшие у больничной койки синхронно подняли головы. Стоило им взглянуть на вошедшего, как фарфоровая чашка, стоявшая на прикроватной тумбочке, со злостью полетела прямо в Цзи Вэйчжоу.
Цзи Вэйчжоу даже глазом не моргнул, наблюдая, как чашка пролетела мимо его головы и с грохотом врезалась в стену. Раздался звонкий, раскатистый трек, а осколки брызнули в разные стороны и со стуком посыпались на пол.
В палате мгновенно воцарилась тишина.
Швырнув чашку, Цзи Чжэньчжан, судя по всему, не выпустил пар. Он тут же сгреб другую, стоявшую поодаль, и швырнул ее снова. На этот раз снаряд угодил прямо в пол у ног Цзи Вэйчжоу.
Цзи Минь, невозмутимо продолжая чистить фрукт, даже не подняла головы.
Цзи Вэйчжоу даже не попытался увернуться, и отлетевший осколок оцарапал ему тыльную сторону ладони.
— А хворь-то явно не смертельная, раз столько сил зря пропадает.
Генетика — штука странная. С самого детства многие говорили, что Цзи Вэйчжоу совсем не похож на родителей, зато вылитый дед Цзи Чжэньчжан: на пять десятых совпадает костная структура и та же наследственная спесь.
В глазах Цзи Чжэньчжана полыхал неуемный гнев, казалось, еще чуть-чуть — и полетят искры. Он громогласно отдал приказ:
— Вазу сюда!
— Пап, если запустить вазу, так ведь и человека убить можно, — испуганно уронив ножик, протянула Цзи Минь. Было очевидно, что Цзи Чжэньчжан не собирался никого убивать по-настоящему, так что она даже не сдвинулась с места, а лишь мягко предостерегла: — Не гневайтесь так, это вредно для здоровья.
Цзи Чжэньчжан рявкнул:
— Вырастить такое ничтожество... Какая разница, жив этот ублюдок или уже нет!
Услышав это, Цзи Вэйчжоу перевел взгляд на лицо Цзи Чжэньчжана:
— Так возьмите да убейте меня. Разве не вашими руками вершатся все дела? Кто для вас неугоден — тот запросто отправляется на тот свет, прикончить меня для вас проще простого.
— А потом пустите слух, мол, Цзи Вэйчжоу не стерпел устроенного вами племенного спаривания по расписанию и в отчаянии размозжил себе голову о стену. Как вам такой сценарий?
Он выражался до того мерзко, что все присутствующие мысленно затыкали уши. Во взгляде Цзи Минь сквозило неприкрытое отвращение, но Цзи Вэйчжоу тут же ответил ей уничтожающим взглядом.
Цзи Чжэньчжан процедил:
— Думаешь, меня волнует твоя женитьба на каком-то мужике? Меня волнует твой позор на весь белый свет! Ты же прекрасно знал, что у Си Линя когда-то был...
— И что с того? — тут же перебил его Цзи Вэйчжоу. — Если вы позвали меня сюда только ради этого, то я считаю дальнейший разговор бессмысленным. А если вам кажется, будто я отнял чужую вещь, так велите ему самому вылезти из гроба и потребовать ее у меня.
— Ну а если не сможет вылезти — значит, эта вещь изначально ему не принадлежала.
Цзи Минь при этих словах явно заерзала на месте. Она пригладила прядь волос у виска, прочистила горло, приняла напыщенный вид старшей в роду и веско произнесла:
— Вэйчжоу, как бы там ни было, нельзя так разговаривать. Мы все прекрасно понимаем: ты не любишь Си Линя, и этот брак — возможно, способ отомстить нам или просто назло нам.
— Как бы то ни было, нельзя шутить со собственной личной жизнью. Я-то думала, ты дорожишь своим браком и будущим, а не устраиваешь этот безобразный и поспешный фарс. С тех пор как Сяо Цзинь ушел, ты крушил все подряд и мстил как хотел — мы закрывали глаза на любые твои безумства. Но всему же должна быть мера!
— Вы же двоюродные братья, я уже потеряла Сяо Цзинь, и я не могу позволить тебе дальше катиться в пропасть. Жениться на одном и том же мужчине — позорище на весь мир, если об этом станет известно! Подумай головой, ты хоть раз думал о нас? О Сяо Цзине?
В ответ на ее длинную тираду Цзи Вэйчжоу лишь презрительно усмехнулся и неторопливо протянул:
— Разумеется, думал. Кстати, должен поблагодарить двоюродного братца: если бы не его похороны, где бы я встретил Си Линя?
Цзи Минь сочла рассуждения Цзи Вэйчжоу до предела абсурдными и безумными; на ее лице застыло неподдельное потрясение:
— И это ты называешь «думал»?
— Разве я не сказал спасибо покойному?
В палате снова воцарилась тишина. Посторонние, те, кто носил другие фамилии, боялись даже пикнуть: они понуро опустили головы, стараясь слиться с углами комнаты и свести к минимуму свое присутствие.
Цзи Минь наконец поняла: ее красноречия не хватит, чтобы тягаться с Цзи Вэйчжоу. Ей никогда не угадать, насколько низко пал его моральный облик, до какой степени беспринципности он может дойти и какими отвратительными словами способен бросаться.
С какими бы добрыми советами она ни лезла или какими бы проклятиями ни сыпала, в словесной перепалке она всегда оставалась в проигрыше.
Раньше язык Цзи Вэйчжоу не был столь ядовитым и злобным, и укротить его было куда проще. Но теперь, после гибели Фэн Цзиня, у Цзи Вэйчжоу не осталось соперников, и он вел себя все более взбалмошно.
Подавляя гнев, Цзи Чжэньчжан сохранял на лице напускное спокойствие:
— Судя по твоим словам, ты намерен идти против меня до конца.
— Вовсе нет. Если вы перестанете совать нос в мои дела, разумеется, я не стану портить вам настроение. С самого моего возвращения на родину я не пропустил ни единого устроенного вами свидания вслепую, отдавал вам все, что вы требовали. Велели опуститься на колени — я опускался, хотели ударить — подставлял лицо. Разве я в чем-то шел вам наперекор?
Цзи Вэйчжоу говорил спокойно, но в его взгляде, устремленном на Цзи Чжэньчжана, не было ни капли тепла:
— Вы хотели, чтобы я женился — я женился. Вы ведь не уточняли, что невеста или жених обязательно должны быть выбраны вами, и уж тем более не запрещали мне связывать судьбу с Си Линем.
— На сегодня хватит. Если хотите меня избить — я готов подождать. Желаю вам крепкого здоровья и скорейшего выздоровления.
Уходя, Цзи Вэйчжоу внезапно заметил, что в комнате не хватает двоих, но не стал заострять на этом внимание.
Он спустился на лифте вниз и направился к машине. Еще издали заглянув через стекло, он увидел пустующее пассажирское сидение.
Сумочка, которую Си Линь вечно таскал с собой, тоже исчезла — значит, сбежал самостоятельно.
Цзи Вэйчжоу, только что переживший неприятный разговор и едва ли не шедший против всего мира ради Си Линя, почувствовал глухое раздражение, обнаружив, что тот ослушался и тихонько ускользнул.
Он набрал номер Си Линя, но тот не взял трубку. Тогда он отправил ему короткое сообщение, велев возвращаться самостоятельно и предупредив, что ждать не намерен.
Когда Си Линя привели в больничную палату, Цзи Вэйчжоу ушел совсем недавно. На полу все еще валялись обломки керамики, хрустевшие под ногами.
В глазах Цзи Минь, стоило ей увидеть парня, полыхала нескрываемая злоба. Конвоируемый какими-то людьми Си Линь с видом невинной овечки оглядел обоих присутствующих и наконец перевел взгляд на Цзи Чжэньчжана.
Строго говоря, это была не первая встреча Си Линя и Цзи Чжэньчжана — они уже виделись, когда они с Фэн Цзинем собирались пожениться.
В прошлый раз Цзи Чжэньчжан не выглядел таким дряхлым. За какие-то считанные месяцы его волосы поседели гораздо сильнее, казалось, старик стремительно увядает на глазах.
Неизвестно, заметил ли это кто-то еще, но Си Линь отчетливо чувствовал: жизненная сила в старике иссякает, возможно, его дни уже сочтены.
Цзи Чжэньчжана даже не шелохнулся. Он невозмутимо принял из чужих рук стакан воды, смочил горло и произнес:
— Никогда бы не подумал, что подобная история может повториться дважды.
Не любая ходьба вокруг да около была в стиле Цзи Чжэньчжана, поэтому он сразу перешел к делу:
— Ты сначала увивался за Фэн Цзинем, теперь переключился на Цзи Вэйчжоу. В первый раз это называлось любовью, во второй — навязчивой слежкой. Чего ты в конце концов добиваешься? Назови цену, я откуплюсь, только прекрати крутиться вокруг нашей семьи.
Си Линь не понимал, почему подобные сюжеты преследуют его повсюду. Куда бы он ни шел, сколько бы раз ни вступал в брак — всегда находились те, кто предлагал откупиться и заставлял развестись. Но этот случай превзошел все границы: дежавю во второй раз.
Для него от этого дряхлого старика, которому оставалось жить считанные дни, не было никакого толку.
Ему вовсе не требовались ни золото, ни серебро. Хотя Си Линь и питал слабость к богатству, найти кого-то столь же полезного, как Цзи Вэйчжоу, было непросто.
Си Линь покачал головой и ответил с абсолютной уверенностью:
— Мне ничего от вас не нужно. Я просто запал на Цзи Вэйчжоу.
Цзи Минь не удержалась от презрительного фырканья и процедила сквозь зубы:
— Ну и вкус у тебя, хуже некуда! Ты ведь точно так же пел прошлый раз: говорил, что запал на Сяо Цзиня. Но стоило ему умереть, как ты тут же побежал увиваться за Цзи Вэйчжоу! Кого ты любишь на самом деле — его или семью Цзи, ты и сам прекрасно понимаешь.
— Скажу грубо, но если ты и вправду такой навроде проклятия... Если Цзи Вэйчжоу умрет, неужели ты снова побежишь к кому-то другому? Как ты поступил с Сяо Цзинем, так же поступишь и с Цзи Вэйчжоу в будущем. Думаешь, мы этого не понимаем?
Си Линь вздохнул. Похоже, втолковать ей что-либо было невозможно, и оставалось лишь терпеливо объяснять:
— Вы все не так поняли. Я не любил Фэн Цзиня, и если бы вы тогда не стали на меня кричать, я, пожалуй, действительно согласился бы на все. Но теперь мне нужен только Цзи Вэйчжоу, и никакие деньги меня не заставят передумать.
Припоминая ту давнюю историю, Цзи Минь скривилась еще сильнее, а сравнение с уст Си Линя лишь подлило масла в огонь.
Цзи Чжэньчжан подал голос холодным, безэмоциональным тоном:
— А какой от тебя толк для Цзи Вэйчжоу? Пока ты ему нужен, он таскает тебя за собой. Но как только польза иссякнет, он вышвырнет тебя пинком под зад. На что ты вообще надеешься, питая столь нелепые иллюзии?
http://bllate.org/book/31680/3866604
Готово:
