Глава 15
Всех застиг врасплох этот внезапный пронзительный крик. Яник, стоявший ближе всех к Лили, не успел опомниться, как она вцепилась ему в руку, едва ли не прильнув всем телом.
Ощущая, как её пышная грудь плотно прижалась к его руке, Яник почувствовал неловкость, несмотря на то, что это был лишь инстинктивный жест в минуту испуга. Однако прежде чем он успел хоть что-то сказать, маг в черном подхватил Лили за шкирку и отшвырнул в сторону Дантонио. Грубость этого движения заставила Яника невольно поморщиться.
Честно говоря, у его учителя было полно достоинств, но вот собственнический инстинкт доходил до абсурда. С тех пор как они заключили договор, он, казалось, ни на шаг не мог отойти от него без присмотра. И всё бы ничего, но ведь они подписали контракт «учитель — ученик», а не брачный союз!Несмотря на ворчание, жрец всё же заботливо спросил Лили:
— С тобой всё в порядке?
Лили, ещё не оправившись от испуга, никак не отреагировала даже на то, что Крис оттолкнул её в сторону. И именно из-за того, что она сместилась, остальные наконец увидели, что было у неё за спиной.
Огромный, размером с половину человеческого тела, пёстрый паук.
Его восемь лап, отливавших чернотой в синеву, были покрыты мелкими волосками. Если приглядеться, можно было заметить, что на этих волосках кроются едва различимые зазубрины. Его грудь и брюшко пестрели узорами самых разных цветов — такими, что даже на картине они смотрелись бы весьма привлекательно, но на теле паука они вызывали лишь содрогание.На голове паука, над жвалами, красовался огромный одиночный глаз, который неподвижно уставился на них. В восьми его зрачках отражались все присутствующие — зрелище было глубоким и зловещим.
Что и говорить о таких женщинах-магах, как Лили и Афра, — даже у Фейзера и остальных от внезапного столь близкого контакта волосы на теле встали дыбом.
— О боги, это же адский паук-демон! — не выдержав, кто-то испуганно закричал первым.
Паук, казалось, встревожился. Издав пару шипящих звуков, он пополз прямо на них. Скорость его передвижения разительно отличалась от обычных пауков, а все восемь глаз в какой-то момент стали кроваво-красными, излучая кровожадный свет.
Именно в такие моменты проявляется вся важность боевого опыта. Лили и остальные шли по дороге вместе с Крисом, и хотя им уже довелось пережить пару небольших кризисов, им явно не хватало той острой реакции, выкованной в бесчисленных опасностях, которой обладали Фейзер и его люди. Они поднимали Посохи, но были не в силах произнести ни одного полезного заклинания.
Всякие заклинания вроде Черпания воды, Водяного тумана или Земляного копья, обрушиваясь на паука-демона, действовали не лучше легкого щекотания и ничуть не замедляли его продвижение. Зато Фейзер и еще несколько мечников вытащили на ходу клинки и бросились в атаку, как раз вовремя преградив путь паутине, хлынувшей из пасти демона.Несколько боевых мечей крепко прилипли к паутине, и вытащить их было невозможно. Голова демонического паука слегка приподнялась, а Фейзер с товарищами, потеряв бдительность и продолжая сжимать в руках рукояти мечей, чуть было не угодили прямо в пасть чудовищу вместе со своим оружием, рискуя стать добычей Демона.
— Придумайте же что-нибудь! — завопил Фейзер со смертельно бледным лицом.
Он уже забыл о всякой гордости мечника — обеими руками вцепившись в рукоять меча, он изо всех сил тянул её на себя, соревнуясь в силе с демоническим пауком, и судя по всему, вот-вот должен был проиграть.
И надо же было такому случиться: когда они в прошлый раз приходили сюда, они вовсе не сталкивались с подобными Демонами, которые обычно водятся лишь в глубинах леса! А ведь они вошли в лес совсем недавно!
Но никто не знал, почему исчадие Ада оказалось здесь. Видя, как челюсти демонического паука приоткрылись ещё шире, один из мечников в отчаянии завопил:
— О нет! Сейчас он извергнет яд!
Не успел он договорить, как из пасти паука хлынула багрово-красная жидкость, которая вместе с липкой паутиной полетела прямо на стоявших впереди мечников.
Конец!
Подумал Фейзер и в отчаянии зажмурился.
Однако ожидания не оправдались: его тело не пронзила жуткая боль, и он не обратился в кучу белых костей. Более того, он даже почувствовал лёгкое онемение в пальцах, всё ещё судорожно сжимавших рукоять меча.
В ушах зазвучало шипение паука и испуганные возгласы магов. Открыв глаза, Фейзер увидел, что тело демонического паука почему-то начало гореть с самого брюха. Пламя мгновенно поглотило монстра целиком, а паутина, удерживавшая их мечи, постепенно перегорела.
Мечники отступили на несколько шагов и обессиленно рухнули на землю. Глядя на то, как паук полностью обращается в пепел, они наконец перевели дыхание, всё ещё чувствуя остаточный страх.
Лили же и остальные были куда больше удивлены:
— Крис, ты маг двух стихий?!
Теоретически любой маг способен использовать Магию стихий четырёх видов: воды, огня, земли и ветра. Однако магический потенциал каждого человека уникален, и потратив всю жизнь, невозможно в совершенстве освоить абсолютно все стихии. Например, Лили и Дантонио обладали более тонкой чувствительностью к стихии воды, а потому подходили на роль магов воды и в дальнейшем собирались развиваться исключительно в этом направлении.
Впрочем, существовал и другой тип магов — баловней судьбы, наделённых одинаковым талантом сразу к двум стихиям. Таких людей называли магами двух стихий.
Хотя магов двух стихий нельзя было назвать редкостью, их количество оставалось весьма небольшим. Гильдия Магии всегда ценила подобных людей и уделяла особое внимание их обучению. Так, среди четырёх ныне живущих Святых магов континент Олин насчитывал аж двух магов двух стихий.Поэтому по сравнению с Лили и остальными, которым ещё предстояло отправиться в Гильдию Магии для регистрации и сдачи экзаменов, а затем самим искать наставников, если ты обладал двойным магическим талантом, это означало, что твоё будущее озарено ярким светом, и по меньшей мере твой путь будет куда более гладким, чем у других.
Крис не подтвердил этого, но и не опроверг. Он медленно опустил Посох, неторопливо подошёл к куче пепла, в которую превратился паук-демон, выудил оттуда магический кристалл и швырнул его жрецу.
Подобное отношение, которое в иных обстоятельствах могло бы вызвать раздражение, при наличии силы превращалось в пугающую воображение таинственность. Не только Лили и её спутники не смели возражать, но даже Фейзер и остальные воспринимали такое поведение Криса как само собой разумеющееся.
И лишь Яник считал, что эти учитель и ученик в своей основе были донельзя похожи: один любил создавать образ могущественного мастера с помощью молчаливого превосходства, а другой — формировать имидж жреца за счёт мягкого и благожелательного фасада.
Короче говоря, оба страдали излишней тягой к показухе.
Спрятав магический кристалл в Магическую сумку, жрец рассеянно обвёл взглядом собствующих и случайно встретился глазами с Азуром. После этого он с удивлением обнаружил, что молодой маг с наклонностями подростка-бунтаря... улыбается ему.
Совсем не так, как раньше — без злого умысла или насмешки, но с улыбкой, в которой крылось что-то труднообъяснимое.
В общем, зрелище не из приятных.
Однако жрец не относился к тем, кто легко пасует перед трудностями, а потому лишь слегка нахмурился и продолжил с предельной внимательностью вглядываться в Азура.
Собеседник, казалось, ничуть не смущался его изучающего взгляда и спокойно улыбался в ответ. Его наглые глаза скользнули от цвета волос жреца до кожи у ворота его одежды, явно намекая на то, что если бы не преграда из ткани, он бы продолжил свой путь ниже. Хотя это длилось всего мгновение, в этом взгляде отчётливо читался подтекст двусмысленности и лёгкого флирта.
Что-то здесь не так, определенно не так.
Жрец инстинктивно почувствовал неладное, но прежде чем он успел разобраться в своих ощущениях, парень уже отвёл взгляд и заговорил с Афрой, снова выглядя точь-в-точь как прежде.
Приняв решение, он невозмутимо подошёл ближе и с улыбкой произнес:
— Вы в порядке? Мне показалось, что недавно Азур задел руку когтем паука-демона. Не нужно ли помочь с исцелением?
Азур резко повернул голову, и на его лице отразилось отвращение:
— Я не ранен, держись от меня подальше, от одного творо вида уже тошнит!
Сцена, разыгравшаяся мгновение назад, казалась теперь не более чем наваждением для Яника.
— Азур! — одёрнула его Афра, а затем виновато обратилась к Янику: — Мы не пострадали, просто порвали одежду.
— Ничего страшного.
Реакция Азура не вызывала подозрений, но полностью развеять сомнения Яника это не могло. Он уже собирался воспользоваться случаем и сказать что-нибудь ещё, как вдруг его кто-то похлопал по плечу.
— Жрец, нам пора выступать.
Это был Фейзер.
Первая же неудача немного подкосила боевой дух отряда — за исключением Криса и ничего не смыслящего в жизни малыша-эльфа.
Впрочем, вскоре все поняли, что на первый взгляд совершенно бесполезный эльф вовсе не так уж бесполезен.
По крайней мере, когда Яник нёс его на руках сквозь заросли, ветви и листья, которые только что норовили задеть их лица, теперь неизменно расступались в стороны сами собой, творя настоящее чудо.
Это значительно облегчило им продвижение вперед.
— Это одно из природных дарований эльфов, — пояснила всем Афра. — Они — любимцы самой природы, у них врождённая связь с деревьями.
Фейзер с сожалением вздохнул:
— Когда мы приходили сюда в прошлый раз, двое из наших товарищей были задушены лесной нечистью. Как бы нам пригодился эльф тогда... Кстати, как мне называть этого прелестного малыша-эльфа?
Малыш-эльф радостно забормотал:
— А! А!
Яник легко похлопал его по спине:
— Мы ещё не дали ему имени, возможно, у него уже есть имя в его племени. Если честно, мы бы предпочли не брать его с собой в дорогу, ведь, сам понимаешь, хлопот от эльфёнка куда больше, чем пользы.
Весил малыш-эльф ничуть не меньше человеческого младенца, и от такой ноши у Яника уже почти онемела половина руки.
Малыш, казалось, уловил смысл его слов, снова залопотал и, ухватившись крошечными ручками за серебряные волосы жреца, попытался затащить их в свой беззубый рот, лучезарно и бессмысленно улыбаясь.
Яник слегка нахмурился от его не соразмерной с силами хватки, но руки разжимать не стал. Зато посох черноризца-мага легко коснулся волос жреца, и те, словно обретши собственную жизнь, тут же выскользнули из детских ладошек. В следующее мгновение на руках у Афры очутился ни о чём не подозревающий малыш-эльф.
Кроха растерянно захлопал глазами, не понимая, почему его любимые объятия вдруг так внезапно сменились другими. Его губы задрожали, он испустил жалобное хныканье и принялся капризничать. Вокруг них тут же заволновались деревья, словно откликаясь на его настроение, а некоторые даже начали украдкой тянуть ветви, пытаясь поставить путникам подножку.
Жрецу ничего не оставалось, кроме как забрать ребёнка обратно.
Крис бросил на эльфа мимолетный взгляд:
— Существует особая техника марионеток, которая может заставить его послушно вести себя всю дорогу.
Малыш-эльф тут же спрятал голову прямо на груди у жреца, демонстративно отвернувшись от мага в чёрном.
Жрец лишь горько усмехнулся.
Фейзер, наблюдая за этой сценой, не смог сдержать улыбки:
— Я слышал, эльфы люто ненавидят Понтификат, а маги со жрецами и вовсе заклятые враги, но вы ладите на редкость гармонично.
— Это потому, что у меня невероятно сильная харизма!
На лице жреца расцвела понимающая улыбка:
— Просто эти маги — люди исключительно разумные!
http://bllate.org/book/32123/3921656
Готово:
