Побуждение Цинь Сыин крикнуть: Оно идет! — заставило Лань Лина подобраться. Всякие эмоции и выражения мгновенно исчезли с его лица, оставив лишь жажду убийства и боевой дух.
В тот же миг перед его глазами внезапно возникла огромная черная туша, и нос тут же пронзил густой запах крови и гнили.
Будь это в другое время, Лань Лин наверняка уже не выдержал бы, но сейчас он вел себя как настоящий боец. Не раздумывая, он вскинул парные клинки и бросился на это чудовище: наносить удар первым всегда было его стилем.
Он думал, что чудовище с таким тяжелым топотом, чьих очертаний даже толком не разглядеть, должно быть крайне неповоротливым, но кто бы мог подумать, что оно с удивительной ловкостью увернется от его атаки.
Атакуй его голову! — в ужасе закричала стоявшая в стороне Цинь Сыин. — Смотри не попадись ему под удар, иначе тебе конец!
Пока она говорила, Страж гробницы уже вытянул свою огромную лапищу, превратив ее в подобие рубящего клинка, и устремился прямо на Лань Лина. Тот, впрочем, ничуть не растерялся: отпрыгнув назад, он исполнил изящное сальто назад — да так лихо, что Цинь Сыин чуть не остолбенела. Она никак не ожидала, что у этого парня, с виду совершенно бестолкового, окажутся такие отменные навыки.
Когда высокие армейские ботинки коснулись земли, металлические набойки на каблуках высекли сноп искр, и Лань Лин, не теряя ни секунды, вновь подался корпусом вперед и ринулся на Стража гробницы. Воспользовавшись своей проворностью и невысоким для мужчины ростом, он пригнулся, ускользнул от гигантской руки Стража гробницы и, проскользнув мимо его бока, полоснул зажатым в руке клинком.
Поясница Стража гробницы тут же обагрилась — вернее, покрылась глубоким порезом, оставленным легкой рукой Лань Лина.
Самым страшным было то, что рана не кровоточила: из нее сочилась темно-зеленая жидкость.
Лань Лин нахмурился, глядя на собственное лезвие, испачканное этой омерзительной жижей, которая продолжала покрываться шипящими пузырями.
А эти парные клинки и вправду непросты, — пробормотала про себя Цинь Сыин. Даже такую жуткую трупную кислоту было не под силу их расплавить; окажись на их месте любое другое обычное оружие, оно бы давным-давно превратилось в лужицу гноя.
С каменным лицом Лань Лин яростно стряхнул грязь с клинка, и едкая жижа брызнула на пол, оставив резкий, разъедающий след. Вскинув парные клинки Колющих Лучей, он снова взмыл в воздух, целясь прямо в голову Стража гробницы.
Но стоило ему занести оружие для решающего удара, как Страж гробницы широко разинул пасть и выплюнул целый пучок ядовитых игл. К счастью, Лань Лин обладал острым зрением — он мгновенно распознал угрозу и ловко отразил клинками град ядовитых игл.
Этот монстр был смертоносен с головы до ног, и Лань Лин держался настороже, сам того не замечая, шаг за шагом отступая назад. Оглянувшись, он понял, что его почти прижали к брату с сестрой.
Сгорающая от нетерпения Цинь Сыин схватила Копье Разрушения Духов, что было при Цинь Сылэе, и швырнула прямо в Лань Лина:
— Быстро целься в голову!
Лань Лин скривил губы, собираясь возмутиться: Черт возьми, да даже твой братец не смеет так мной помыкать! — но, вспомнив, что опасность висит на волоске, проглотил претензии к командному тону Цинь Сыин и собственные слабые навыки стрельбы. Впрочем, о какой стрельбе вообще могла идти речь.
Быстро убрав парные клинки Колющих Лучей, Лань Лин подхватил с земли Копье Разрушения Духов, думая про себя: плевать, была не была, хуже не будет!
Кто же знал, что после трех выстрелов подряд — бах! бах! бах! — мало того, что контроль духовной энергии окажется ни к черту, а мощь избыточной, так хуже всего было то, что он не попал ни разу. И ладно бы Цинь Сыин рядом стояла с лицом, покрытым черными тучами от немого шока, — самого Лань Лина едва не затошнило от головокружения.
Буди в этот момент Цинь Сылэй в сознании, он бы наверняка от злости пристрелил его на месте. Свою отвратительную меткость Лань Лин уже не раз демонстрировал, и именно ради всеобщей безопасности Цинь Сылэй строго-настрого запрещал ему прикасаться к оружию.
Однако Цинь Сыин не знала, что стрельба Лань Лина — это зрелище, на которое невозможно смотреть без слез, поэтому, воочию насладившись фирменным стилем его пальбы, она едва не лишилась чувств от злости.
Ты и вправду Пожиратель Духов из Суперсоюза? И тебя еще мой брат притащил? — Цинь Сыин была вынуждена в этом усомниться. Выжить рядом с Цинь Сылэем при такой чудовищной, не поддающейся описанию стрельбе — пожалуй, тоже можно считать своего рода чудом.
Лань Лин закатил глаза, мысленно предав нежным проклятиям изобретателя Копья Разрушения Духов вплоть до эпохи австралопитеков.
Впрочем, обстановка не располагала к долгим раздумьям: Страж гробницы нисколько не испугался оружия в руках Лань Лина и напролом, во весь опор бросился на него. В отчаянной спешке Лань Лин выпалил еще раз, и на сей раз богиня удачи не отвернулась от него окончательно: заряд угодил точно в плечо чудовищу.
Место попадания тут же начало очищаться камнем собирания духов, постепенно увядая и распадаясь.
Однако Страж гробницы, казалось, вовсе не чувствовал боли и продолжал очертя голову атаковать Лань Лина.
Ловко уклонившись от четвертого удара, Лань Лин сделал еще несколько выстрелов подряд, но результаты вновь оказались выше всяких слов — в худшем смысле.
У него такая огромная башка, а ты и в нее попасть не можешь! Твое существование — просто оскорбление для Копья Разрушения Духов! Выйдешь отсюда — никому не говори, что ты ученик Цинь Сылэя из Трехкилометровой безлюдной зоны! — Цинь Сыин окончательно растеряла всю выдержку и завопила на него в полном отчаянии.
От такого окрика в Лань Лине мгновенно взметнулась ярость.
— Не вопи! Да этот твой хваленый малец даром не сдался с такой дрянной пушкой! — в гневе он отбросил копье в сторону и снова выхватил парные клинки Колющих Лучей. — Если уметь обращаться с этими парными клинками, они будут в тысячу раз круче какого-то сраного Копья Разрушения Духов!
— Кто тебе сказал?! — Цинь Сыин от такого детского ребячества сама закипела праведным гневом.
— Цинь Сылэй сказал! — не задумываясь, выпалил Лань Лин.
— ……— Цинь Сыин мгновенно онемела. Что ж, приходилось признать: она и сама была истовой последовательницей Цинь Сылэя.
Ради мужского достоинства Лань Лин посчитал необходимым доказать делами правдивость своих слов. Если он сейчас же не вернет себе лицо, то, пожалуй, ему проще будет провалиться сквозь землю.
И тогда эта битва за выживание в голове Лань Лина чудесным образом превратилась в священную войну за мужскую честь.
Раз Копье Разрушения Духов способно ранить этого монстра, значит, тварь и впрямь не из Мира Людей. Вспомнив слова, некогда оброненные Цинь Сылэем, Лань Лин глубоко вздохнул и начал высвобождать собственную духовную энергию — по всему его телу разлилось слабое голубое сияние.
Пока Цинь Сыин недоумевала, что он задумал, красный магический камень на парных клинках Колющих Лучей ярко вспыхнул, и духовная энергия Лань Лина потоком хлынула в лезвия.
Поскольку он никогда прежде не пробовал этот способ, увидев, как на клинках и вправду проявился обещанный Цинь Сылэем эффект, Лань Лин испытал дикий восторг. Этот мужик и впрямь невероятен — он действительно знал, как правильно пользоваться парными клинками Колющих Лучей!
Тела клинков, непрерывно впитывавших духовную силу Лань Лина, постепенно тонули в ярком свете красного камня, и в мгновение ока всё оружие окрасилось в алый цвет.
Медлить было нельзя, и Лань Лин вновь перешел в яростную атаку.
Страж гробницы, похоже, тоже ощутил всю мощь парных клинков Колющих Лучей и под натиском Лань Лина начал пятиться назад.
— Твою мать, вот вам и расплата за то, что недооценивали вашего дедушку! — Поскольку применить свои привычные штучки к Цинь Сыин он не мог, всю накопившуюся злость и раздражение Лань Лин выместил на чудовище.
Обе гигантские ручищи Стража гробницы взметнулись в круговом ударе, но Лань Лин, ничуть не растерявшись, подпрыгнул на месте почти на пять метров в высоту — до потолка могилы оставалось всего пара-тройка метров. И когда под действием гравитации он начал падать вниз, он тут же выхватил спрятанную на запястье Веревку, связывающую демонов, и метнул ее на шею чудовищу.
— Сдохни, мерзкая тварь! — Ведомый Веревкой, связывающей демонов, Лань Лин с ювелирной точностью приземлился на плечо Стража гробницы. На его лице застыла дикая ухмылка: вскинув ярко сиявшие багрянцем парные клинки, он без малейших колебаний снес монстру голову.
В тот же миг фонтаном хлынула густая темно-зеленая жидкость — не отскочи Лань Лин вовремя, его бы давно разъело этой кислотой.
Приземлившись на пол, Лань Лин тяжело отдувался после серии скоростных движений, но стоило ему увидеть обезглавленного монстра, рухнувшего на землю, как в груди мгновенно взметнулось чувство необъяснимой гордости.
С момента трансформации парных клинков Колющих Лучей и до падения Стража гробницы прошло от силы несколько десятков секунд. Цинь Сыин тайком дивилась про себя, думая, как же она просчиталась, недооценив этого с виду столь ненадежного паренька.
Едва все решили, что опасность миновала, как поверженное тело Стража гробницы начало стремительно распадаться.
Сначала Лань Лин подумал, что это естественное увядание трупа по законам Мира Людей, но, к его изумлению, Цинь Сыин при виде этой картины грязно выругалась:
— Черт! Да это же Кровожадные духовные черви!
Услышав слова Цинь Сыин, Лань Лин мгновенно побелел как полотно.
Кровожадные духовные черви — существо, наводящее ужас как на Мир Людей, так и на Мир Духов. Эти мелкие ползающие твари испокон веков передвигались стаями, и там, где они проходили, не оставалось ничего живого. Они жаждали свежей плоти из Мира Людей, но также любили гниющие остатки и духовную силу из Мира Духов. А Пожиратели Духов — те самые одаренные существа, что обитали на стыке Мира Людей и Мира Духов, — и вовсе были их излюбленным лакомством.
Самым страшным было то, что эти черви абсолютно не восприимчивы к любым магическим атакам — проще говоря, обладали полным иммунитетом к духовной энергии. Никакие, даже самые мощные защитные барьеры не могли сдержать нашествие Кровожадных духовных червей.
Никто из них не ожидал, что эта напасть, которую по праву можно было назвать злейшим врагом Пожирателей Духов, затаилась внутри тела Стража гробницы. Стоило Ланью Лину разрубить монстра, как Кровожадные духовные черви лишились убежища и принялись искать нового хозяина.
Их целью, вне всякого сомнения, стали три живых человека, оказавшихся поблизости.
Судя по опыту предшественников и всем записям в древних манускриптах, не существовало ни единого способа совладеть с Кровожадными духовными червями.
Лань Лин тут же понял, что его смертный час пробил, и лицо его приобрело пепельный оттенок.
Не прошло и мгновения, как труп Стража гробницы был подчистую сожран Кровожадными духовными червями — от костей не осталось даже пыли. И тут же эта туча насекомых на предельной скорости ринулась к тому, кто стоял ближе всех, — к Лань Лину.
Он отчаянно махал пробужденными парными клинками Колющих Лучей, но, хотя ему удавалось пачками уничтожать врагов, толку от этого не было.
Эта огромная масса мелких букашек насчитывала столько особей, что даже если бы парные клинки Колющих Лучей рубили создания Мира Духов словно тофу, Кровожадные духовные черви не принадлежали ни к Миру Людей, ни к Миру Духов. Они совершенно не боялись парных клинков и волна за волной продолжали ползти на Лань Лина.
Хотя сноровки Лань Лину было не занимать, противостоять натиску Кровожадных духовных червей он не мог. В мгновение ока на его теле появилось множество ран, прогрызенных червями, — зияющих дыр размером с кусок мяса, вырванного с кровью.
По всему телу прокатилась волна пронзительной боли. Стиснув зубы, Лань Лин продолжал яростно размахивать клинками, превозмогая терзания червей. Опасаясь, как бы не пострадали брат с сестрой, он бросил взгляд назад и с удивлением заметил, что Кровожадные духовные черви даже не приближаются к ним.
Черт возьми! Эти проклятые насекомые что, тоже падки на красивую внешность?! Видят, что люди симпатичные, и жрать их жалко? Или это он, молодой господин Лань, кажется им особенно лакомым и аппетитным? Почему все до единого Кровожадные духовные черви прут именно на него?!
Мысленно испуская вопли безысходности, Лань Лин лишний раз убедился, что не заглянуть в лунный календарь перед выходом на задание было его крупнейшей ошибкой.
Видя, что Лань Лин уже едва дышит и стоит ему хоть на секунду ослабить темп и замедлить взмахи клинков, как его сожрут живьем в два счета, Цинь Сыин покрылась холодным потом. Лихорадочно раздумывая о том, что с ней сделает брат, если узнает, что она позволила умереть притащенному им парню, она вдруг — раз! — озарилась догадкой!
Точно! Что за паника затмила ей разум! Да ведь эти Кровожадные духовные черви не смеют приближаться к ним с братом исключительно из-за Цинь Сылэя!
Пусть до сей поры никто не ведал способа укротить Кровожадных духовных червей, в этом мире существовал по меньшей мере один человек, способный их подавить, — и лежал он прямо рядом с ней, это был Цинь Сылэй!
Не раздумывая больше ни секунды, Цинь Сыин заорала Лань Лину:
— Кинь мне свой клинок!
Борющийся со смертью Лань Лин аж дернулся от неожиданности. Неужели эта девица решила избавиться от него столь стремительно? Даже если эта пара его клинков и впрямь сокровище редчайшей выделки, даже если эта девчонка давно положила на них глаз, ей ведь следовало подождать хотя бы пока он отбросит коньки?
Он еще жив вообще-то, а она уже на его оружие зарится. Истинно говорят: у каждой красотки на сердце змеиное жало.
Видя, что он не шевелится и, судя по всему, попросту проигнорировал ее слова, Цинь Сыин едва не задохнулась от гнева.
— Эти твари боятся крови моего брата! — снова завопила она. О проклятье! Не будь этот парень ставленником ее брата, она ни за что не стала бы проливать кровь Цинь Сылэя ради его спасения.
Взглянув на бледное, лишенное всяких красок красивое лицо Цинь Сылэя, Цинь Сыин почувствовала острую боль в груди. Братец, мысленно обратилась она к нему, я знаю, ты бы поддержал меня в этом.
Ее слова мгновенно прояснили для Лань Лина всю картину. Так вот почему те твари не смели приближаться к брату с сестрой! Выходило, кровь, которую выплевывал Цинь Сылэй, служила источником их первобытного страха!
Он тут же швырнул один из клинков в сторону Цинь Сыин. Та подхватила оружие и, помедлив мгновение, полоснула Цинь Сылэя по руке — рана получилась глубокой. Особенность парных клинков заключалась в том, что существам, наделенным духовной силой, они наносили двойной урон, так что Цинь Сылэй тут же болезненно сморщил брови.
— Брат, потерпи... — из глаз Цинь Сыин брызнули слезы, которых она больше не могла сдерживать.
Да как она могла не заметить необычность клинков Лань Лина: с того самого момента, как они соприкоснулись с кровью Цинь Сылэя, лезвия затянули зловещим сиянием, словно кровожадный демон, жадно упивающийся сладкой плотью.
Лишь когда весь клинок обагрился кровью Цинь Сылэя, Цинь Сыин отвела его от руки брата.
Не теряя ни секунды, она перебросила клинок обратно Лань Лину. Трудным движением тот взмахнул обагренным кровью оружием, и Кровожадные духовные черви тут же с визгом разлетелись в стороны, в ужасе улепётывая от Лань Лина подальше.
Осознав, что избежал верной гибели, Лань Лин с дрожью на губах расплылся в улыбке новорожденного.
И тут же за его спиной раздался отчаянный, полный безысходности голос Цинь Сыин:
— Нам конец.
http://bllate.org/book/32434/3958741
Готово:
