Те два служителя были людьми простыми и прямолинейными: едва усевшись, они сразу же достали новейшие домовые книги и принадлежавшие этой паре земельные акты, чтобы сверить их с Е Юаньсянем.
Глупый был демобилизованным воином, и согласно нынешней политике Государства Тянью ему полагалось четыре му суходольных и три му заливных полей — такова была особая милость императора к тем воинам, что годами стойко несли службу на суровых рубежах.
— У вас двоих особые обстоятельства: хотя в домовые книги вас записали только что, налоги за весенний сбор по правилам все равно придется платить за двоих, вам нужно заранее к этому подготовиться.
Эти слова служили для них предупреждением: стоило лишь оказаться внесенными в домовые книги, как налог начинал начисляться по числу душ, и тут не делалось исключений даже для тех, кто только что поженился. В конце концов, если в назначенное время для сбора налогов и впрямь не найдется ни единой монеты, можно было и в глубокую тюрьму угодить.
Е Юаньсянь принял эту услугу, сложил руки в приветственном жесте и произнес:
— Благодарю вас, господа.
Белолицый служитель забрал домовую книгу и земельный акт, с мягкой улыбкой ответив:
— Не церемоньтесь. Моя фамилия Сюй, а его — Чжан, можете звать меня просто Служитель Сюй.
Е Юаньсянь, разумеется, учтиво согласился, предложил обоим гостям чаю и угощения, а затем незаметно передал им вещицу, завернутую в красную бумагу.
Внутри лежало две ляна серебряной крошки.
Получив это в руки, служители Сюй и Чжан переглянулись; помимо удивления, на душе у них было самое приятное чувство. Они и сами обратили внимание на изысканную речь Е Юаньсяня, из-за чего у них возникло желание сблизиться с ним, а потому и держались столь вежливо.
Иначе с какой стати им, простым служителям, относиться так радушно к какому-то деревенскому мужлану? Если бы они с ходу не принялись бранить его на каждом шагу, это уже можно было бы считать удачей.
Вот только они и сами не ожидали, что у этой пары названных братьев, несмотря на столь необычное положение, хватит щедрости на столь богатый подарок. Два ляна серебра — сумма немалая, даже они, получая казенное жалованье из года в год, не позволяли себе жить на широкую ногу.
Молчаливо переглянувшись, Сюй и Чжан спрятали завернутые в красную бумагу свертки за пазуху, и отношение их к Е Юаньсяню стало еще более осмотрительным и уважительным.
Е Юаньсянь с улыбкой вновь наполнил их чашки чаем: в них чувствовалась жадность, но знающая меру, и никаких дурных замыслов на его счет не было — такие служители были вполне неплохи.
Втроем они завели разговор о доме. Е Юаньсянь словно бы невзначай обмолвился:
— Мой названный брат лишился рассудка, и мы связали наши судьбы совсем недавно. Я толком не разбираюсь в том, что касается принадлежащей ему усадебной земли. Если вам удобно, не могли бы вы взглянуть на документы?
— Что в этом сложного?
Служитель по фамилии Чжан очень охотно извлек на свет свиток с записями. Они вдвоем отвечали за все дела в Городском уезде Пинхуай, а находившиеся у них на руках реестры были до последнего иероглифа переписаны из уездной управы. Обычным людям было не узнать, как именно поделены усадебные участки, но для этих двоих стоило лишь пальцем пошевелить, чтобы все стало ясно.
— Се Ифэн, от роду двадцать три года, имеет право на один му усадебной земли.
Бви Е Юаньсяня слегка нахмурились: для обычной семьи одного му земли под усадьбу было вполне достаточно, но для него этого оказалось катастрофически мало.
— Уважаемые господа, не найдется ли у вас способа раздобыть еще немного усадебной земли? Обстоятельства в моем доме особые, боюсь, одного му нам не хватит.
Оба служителя кивнули:
— Разумеется, способ есть, только вот…
Выражение лица Е Юаньсяня ничуть не изменилось:
— Говорите прямо, господа. Насчет того, кого нужно отблагодарить, мне еще потребуется ваша помощь.
Это означало, что серебра у него в избытке.
Два служителя, которые долгое время крутились в подобных местах и успели набраться ушловатости, прекрасно поняли намек Е Юаньсяня и щедро пояснили:
— Ныне смутные времена только-только утихли, и Его Величество пожаловал милостивый указ, специально отменивший прежние ограничения на усадебную землю. Если вы хотите заполучить больше земли под усадьбу, вам нужно пойти в уездную управу и выкупить земельные акты по цене пять лянов серебра за му.
Усадебная земля отличалась от обычных наделов: для каждого дома существовали четкие нормы площади, и за превышение установленных размеров приходилось доплачивать серебром.
К тому же любые изменения в усадебных участках в обязательном порядке следовало заявлять чиновникам, чтобы те вовремя сделали отметки в домовых книгах.
— Вот оно как. Тогда премного благодарен вам обоим.
Когда оба служителя наконец вышли из лачуги Е Юаньсяня, прошло уже добрых полчаса. Ожидавшие снаружи люди изнемогали от нетерпения, однако показать этого не смели.
Увидев, что те выходят, староста торопливо бросился им навстречу и заискивающе спросил:
— Уважаемые господа, удалось ли обо всем договориться?
Служители Чжан и Сюй на мгновение замерли, а затем яростно шлепнули себя по лбу, сокрушенно произнеся:
— Надо же какая у нас память, совсем забыли о главном деле!
Лишь после этого до них запоздало дошло: с самого порога этой лачуги всеми беседами руководил Е Юаньсянь, и они сами того не заметив, послушно шли у него на поводу.
Оглянувшись назад, оба служителя увидели стоявшего позади них красивого юношу с легкой улыбкой и совершенно невозмутимым видом. Они беспомощно усмехнулись и признались:
— Мы и впрямь позабыли, зачем изначально пожаловали сюда.
С этими словами они увидели, как несколько крестьян внесли во двор две мешковины. Мешки были туго набиты и весили явно немало.
— Вы, должно быть, уже видели объявления на городской стене. Деревня Юолуо расположена в прекрасном месте, а потому ей, само собой, досталась квота на пробный посев новых семян.
Служитель Чжан с улыбкой указал на старосту:
— Староста горячо рекомендовал мне вас двоих, и остальные с этим единогласно согласились. Так что эту квоту на пробный посев мы отдали вашему дому. Смотрите, ухаживайте за ними как следует: если урожай удастся на славу, в уездной управе вас ждет щедрая награда.
Стоило прозвучать этим словам, как Е Юаньсянь сразу понял: пробный посев новых семян — дело далеко не простое. А взглянув на нескрываемое злорадство и торжество на лицах окружающих, он окончательно утвердился в своих догадках.
— А если вырастить не получится, какое наказание меня ждет?
Служитель Чжан, зная, что тот задаст этот вопрос, пояснил:
— Хотя об этом не говорят напрямую, судя по нраву нашего префекта и уездного начальника, несдобровать: придется выслушать немало брани, а то и сослать в глухие отдаленные горы.
Ранее несколько крестьянских семей не справились с заданием, и уездный начальник сослал их в крайне отдаленные и опасные горы. От тех мест до нынешнего уезда приходилось карабкаться по кручам, переходить бурные реки, преодолевать опасные лестницы, и добираться туда надо было целых пять-шесть дней.
Уголки губ Е Юаньсяня тронула странная усмешка, когда он перевел взгляд на старосту: вот к чему они клонили. Неужели староста решил, что в деревне с ним больше некогда сладить, и потому решил использовать власть уездной управы, чтобы прогнать их?
Этот прием чужими руками расправиться с неугодным был разыгран поистине мастерски; попадись на его месте кто-нибудь другой, он бы непременно поступил так, как того и желал староста.
Но к несчастью для них, Е Юаньсянь был далеко не простым человеком. Обладаемый им Духовный Корень Дерева как нельзя лучше гармонировал с древесной стихией самой природы, и заставить семена прорасти и дать побеги для него не составляло ни малейшего труда.
Видя, что Е Юаньсянь не спешит с ответом, староста, несмотря на страх перед его пронзительным, давящим на душу взглядом, упрямо вытянул шею и с напускной уверенностью заявил:
— Сейчас в нашей деревне только в вашем с глупым… с Се Ифэном доме народу меньше всего, а земли больше всего. У вас найдутся и силы, и время ухаживать за новыми семенами, так что это дело мы поручаем вам двоим.
http://bllate.org/book/32465/3962881
Готово:
