Тот мужчина подбежал к Го Го, резко затормозив прямо перед ним, и случайно пнул ногой построенный Го Го небольшой каменный домик. Камни с грохотом разлетелись по земле, и каменное жилище мгновенно исчезло.
Глядя на этого здоромилу, Го Го не стал сразу нападать, а доброжелательно пояснил:
— Братец, меня принесло сюда из открытого моря, я только что немного поиграл с девочкой, у меня нет злых намерений, мы можем всё спокойно обсудить...
Здоровый амбал:
— *（&（#@YT($！
У Го Го было озадаченное лицо:
— ...Ха, чего ты сказал?
Они обменялись несколькими фразами, таращась друг на друга и понимая, что говорят на совершенно незнакомых языках.
Одетый крайне примитивно здоровяк бросил попытки общаться, повернулся к прильнувшим к ногам Го Го девочкам, быстро проговорил что-то на непонятном наречии и сделал жест рукой, подзывая их к себе.
Хоть языки они и не понимали, смысл таких базовых жестов всё же угадывался. Когда амбал позвал девочек к себе, Го Го почувствовал, что они вцепились в его ноги еще крепче, явно никуда идти не желая.
Тогда Го Го понял, как ему следует поступить. Глядя на свирепого амбала перед собой и пару хрупких, милых девочек-близняшек, он вдруг почувствовал прилив ответственности и желание защитить малышек.
Со своим ростом в метр семьдесят он заслонил собой варвара ростом за два метра, излучая спокойствие и твердость в каждом шаге.
Прошлой ночью он после долгого перерыва пустил в ход сковороду, и, по правде говоря, еще не до конца выпустил пар. А раз сегодня такой невоспитанный тип сам явился на порог, Го Го не возражал устроить живительное превращение в горячий котёл и наглядно преподать этому парню урок хороших манер.
Но его немного тревожило, что такие грубые методы могут испугать детей, которые обнимали его и всецело ему доверяли.
Мужчина крутанул в воздухе усеянную шипами булаву и, словно потеряв терпение, со всего маху обрушил ее на голову Го Го.
Го Го пригнулся, уходя от атаки, и протянул руки к детям, чтобы подхватить их — по одной на каждую руку — и вынести из зоны поражения этого здоровяка, спрятать в безопасном месте, а уже потом в полную силу принять бой.
К тому же, после такого удара дубиной прямо в макушку Го Го слегка рассердился.
От природы он страстно любил мир и не питал никаких амбиций по завоеванию поднебесной — он лишь каждый день думал о том, как приготовить что-нибудь вкусненькое, чтобы как можно больше людей полюбили хого и он смог поскорее вернуть свои божественные силы.
Но почему же с тех пор, как он попал в книжный мир, ему каждый день приходится балансировать на грани жизни и смерти?Другие попаданцы в книги — разве не все они сплошь главные герои? Они шутя завоёвывают преданных друзей и очаровательных девушек, а сокровища и техники сами плывут к ним в руки. Но стоит посмотреть на него самого: сначала пришлось пройти через издевательства, а теперь — сражаться с гигантскими первобытными людьми. От одной этой картины хочется горько плакать, а впору лишь схватить автора за грудки, как следует потрясти и обложить трехэтажным матом, заставляя немедленно улучшить его жалкое положение.
Но в этот момент Го Го даже не успел подхватить малышек, как двое детей, цеплявшихся за его ноги, сами разомкнули руки. Маленькие девочки издали детские яростные вопли, ловко вытащили из рукавов по кинжалу и, словно два разъяренных львёнка, с невероятным боевым духом бросились на здоровяка.
Го Го лишь мысленно выругался: к чёрту всю эту идиллическую простоту нравов, гармонию и дружелюбие, всё это оказалось сплошной иллюзией.
Девчонки были маленькими и двигались очень быстро. Го Го попытался вернуть их назад и защитить, чтобы они не сталкивались с таким опасным мужчиной, но не успел их поймать.
Одна из девочек обхватила ногу свирепого мужчины и полезла вверх, будто на дерево, яростно занеся кинжал, чтобы вонзить его в противника. Вот только эта миниатюрная и вспыльчивая девчушка казалась совершенно беспомощной перед мужчиной ростом почти в два метра.
Мужчина поднял девочку за шкирку, словно цыплёнка. Воротник её одежды был натянут, она отчаянно дрыгала в воздухе короткими ножками, но никак не могла вырваться из мёртвой хватки.
Го Го молниеносным движением схватил другую малышку, которая собиралась броситься вперёд и сложить голову, и прижал к груди. Обернувшись и увидев его, девочка тут же опустила нож.
Затем эти два взрослых мужика, каждый с девочкой на руках, с недобрыми лицами завели бессмысленный диалог, в котором ни один не понимал другого. А девочка, зажатая амбалом, то и дело задирала голову и что-то быстро-быстро говорила, свирепо размахивая руками и демонстрируя крошечные, но грозные клыки.
Здоровяко зажал её подмышкой, а другой рукой потряс перед Го Го булавой, призывая их вместе идти к видневшемуся неподалёку лесу.
Языковой барьер доставлял сплошные проблемы: Го Го даже не мог попросить мужчину отпустить девочку-заложницу. Впрочем, он не боялся ловушек на пути и послушно последовал за амбалом с берега, пересеча лес под взаимными взглядами настороженности.
По другую сторону леса обнаружилась тихая деревушка, и глаза Го Го невольно засияли. В этом суровом и морозном краю действительно существовало поселение людей, и если в деревне найдётся кто-то способный к общению, дело пойдёт гораздо проще.
Однако Го Го никак не ожидал, что стоило ему только войти в деревню, как это вызвало всеобщую тревогу. Селяне с криками бросились предупреждать друг друга, и вскоре мужчины и женщины в звериных шкурах повыскакивали из домов с оружием в руках, плотным кольцом окружив Го Го.
Глядя на недружелюбно настроенных жителей деревни, сжимавших в руках топоры, копья и кухонные ножи, Го Го лишь с некоторым запозданием сообразил, что его приняли за злоумышленника.Он даже заметил, как в одном из ближайших домов кто-то в окне натягивал тетиву лука до отказа, и стрела была нацелена прямо ему в голову.
Го Го вздохнул — ему совсем не хотелось драться.
По сравнению со всякими драками и убийствами, он, судя по всему, всё же куда больше любил поесть да выпить.
Вокруг стоял сплошной неразборчивый птичий гомон, из которого Го Го не понял ни слова. Он ошеломленно произнес:
— Эй, народ… давайте-ка успокоимся?
Жители деревни тоже сообразили, что возникла проблема языкового барьера. Здоровый амбал отрывисто отдал кому-то приказ, и один из мужчин стрелой бросился на другой конец деревни. Спустя десять минут затяжного противостояния он притащил за собой другого человека.
Стоило этому человеку появиться, как у Го Го в глазах словно посветлело. По сравнению с остальными деревенскими, которые до сих пор щеголяли в звериных шкурах и с растрепанными волосами, этот парень выглядел чистым, аккуратным и совсем молодым красавцем с солнечной энергетикой. У него была копна коротких рыжевато-русых кудрей, которые под лучами солнца отливали теплым золотистым светом — на него было очень приятно смотреть.
Этот красивый парень тоже был одет в шкуры, но его одежда казалась куда более искусно сшитой и придавала ему еще более бодрый и жизнерадостный вид.
Судя же по растерянному выражению лица, паренька, должно быть, притащили сюда внезапно. Обменявшись с деревенскими парой фраз на непонятном языке, он посмотрел на Го Го и неуверенно произнес:
— …Привет?
Го Го был готов возблагодарить небеса:
— Привет-привет! Наконец-то нашелся кто-то, с кем можно нормально поговорить! Братец, помоги мне выяснить у них: эта малышка — местная девочка? Я вовсе не собирался ее обижать.
Рыжеволосый парень кивнул:
— Она с сестрой — местная, из этой деревни. Я слышал, как деревенские говорят, будто ты, чужеземец, похитил дочерей их жрицы и вождя… Ну, та кроха, что у тебя на руках — и есть эта маленькая принцесса.
Го Го:
— …
Толпа вокруг бушевала, выкрикивая что-то на своем языке. Бодрый красавец перевел всё с предельной точностью, а на его лице читалось крайнее недоумение:
— Что ты вообще натворил? Они говорят, тебя нужно привязать к столбу и сжечь на костре.
Оказавшись в подобной ситуации, Го Го просто не представлял, как тут вообще оправдываться. В этом простом, но смертельно опасном месте даже отец с дочерью при встрече пускали в ход настоящие ножи — похоже, это он, мастер Го, страдал нехваткой жизненного опыта.
Что ж, пусть факты говорят сами за себя. Он добровольно опустил девочку на землю.
Едва коснувшись ногами земли, малышка лукаво сверкнула глазами, выбирая, чью бы ногу поудобнее обхватить. Окружавшие их свирепые взгляды и боевые порядки ни капли ее не испугали. На глазах у изумленной публики она снова развернулась, широко раскинула руки и намертво вцепилась обеими ручонками в обе ноги Го Го, зависнув на них, точно ленивец, и замерла.
Деревенские:
— …
Го Го машинально поправил растрепавшуюся прядку у нее на лбу. Поскольку Го Го только что привел ее волосы в порядок, девочка прониклась к нему большой симпатией. Заметив эту сцену, сестры-близняшки, которых удерживал здоровяк, тут же отчаянно забились, требуя опустить их на землю. Видя, что отец остается непреклонным, девчушка пришла в ярость и снова выхватила нож, наглядным делом демонстрируя свой гнев.
На фоне семейных разборок между отцом и дочерью и врага, которого ожесточенно обнимала за ноги союзница, воцарилась неловкая тишина — никто не произносил ни слова.
В этой зыбкой тишине под взаимными взглядами Го Го выдал самую обаятельную улыбку и пояснил:
— Меня выбросило на берег из моря, и я понятия не имею, что это за остров… Не найдется ли доброго человека, который подскажет, куда я попал?
Рыжеволосый парень слегка широко раскрыл свои черные блестящие глаза, словно удивляясь чьему-то абсолютному невежеству, однако не стал высказывать своего мнения. Повернувшись к стоявшему рядом грозному вождю, он вновь затянул ула-ула на том самом непонятном языке.
Хотя Го Го и не понимал этого иностранного наречия, он отлично умел читать по лицам: жизнерадостная улыбка на лице паренька слегка померкла, сменившись тревогой. Еще раз перепроверив у вождя полученную информацию, он снова повернулся к Го Го.
Казалось, он подбирал слова, прежде чем заговорить вновь:
— Сначала я вкратце обрисую тебе обстановку в этой деревне. Местные жители из поколения в поколение поклоняются древним местным культам. Жена вождя — Верховная Жрица. Полмесяца назад она предсказала появление человека, который принесет бедствия всему острову и даже всему миру, и заявила, что этот человек ступит на их землю. С того самого дня она тяжело заболела и до сих пор прикована к постели, а деревенские твердят, будто это ты нагнал на нее тяжелую болезнь.
— У вас в деревне еще и жрица есть? — Го Го переполнился любопытством. Он совершенно не помнил, чтобы по ходу сюжета книги Повелитель Кровавой Луны захаживал в столь дикие края.
— Я сам не из этой деревни, просто проходил мимо по делам, — покачал головой рыжеволосый парень, отрицая свою причастность. — Местная жрица — мать тех близняшек. Она предсказала всё это луну назад, а вчера весь вечер грохотали громы и бушевало море. В деревне издавна считают шторм дурным знамением, и вот сегодня утром ты так «удачно» объявился — все приметы сошлись один в один. Здешний народ безоговорочно верит словам жрицы, и теперь все до единого villagers хотят связать тебя и сжечь заживо на костре… Такова местная первобытная вереница обрядов: они верят, что лишь бушующее пламя, пожирающее тело вновь и вновь, способно очистить мир от скверны.
http://bllate.org/book/32746/4004908
Готово:
