Тут у него действительно женственные черты лица, — тихо произнес Чэнь Сун, стоя за спиной Линь Юйвэня.
Линь Юйвэнь недовольно зыркнул на него и перевел взгляд на стоявшего перед ним на коленях Янь Гуйхуна.
Янь Гуйхун был поистине хорош собой. Даже проведя ночь в камере и заметно осунувшись, он казался еще более пленительным.
— Ты так рано проснулся? — приподняв бровь, спросил Линь Юйвэнь.
Янь Гуйхун выглядел обиженным и несчастным:
— Малышу приходится ежедневно заниматься упражнениями, поэтому я всегда встаю рано.
Линь Юйвэнь произнес:
— Раз ты так усерден и трудолюбив, неужели все это ради того, чтобы заниматься столь неприглядными делами?
Янь Гуйхун слегка опустил голову, и пряди растрепавшихся волос упали ему на лицо:
— Разве у таких презренных людей, как мы, есть выбор?
После его слов в роли виноватого невольно оказался сам Линь Юйвэнь, и даже Чэнь Сун поджал губы.
Линь Юйвэнь кашлянул, возвращая себе инициативу:
— Как давно ты выступаешь на сцене?
— Этот ничтожный родился прямо в труппе, начал заниматься с четырех лет, в восемь вышел на сцену, а роли со словами получил только в тринадцать, — голос Янь Гуйхуна был мягким и нежным, отчего у слушателей приятно покалывало в сердце. — В семнадцать лет я приехал в Яньчжоу вслед за труппой.
Линь Юйвэнь кивнул:
— А как госпожа Юнь нашла тебя?
— Все устраивал хозяин труппы, а я просто слушаю их указания.
Ишь как ловко от всего открестился.
— И что же они тебе поручали?
Янь Гуйхун сначала держал голову опущенной, но, услышав это, поднял лицо и прямо посмотрел в глаза Линь Юйвэню:
— Они выбирали человека, велели мне встречаться с ними с глазу на глаз, а затем отправляться в усадьбу госпожи Юнь в Восточном предместье...
Выражение лица Линь Юйвэня стало сложным. Он действительно начинал понимать те чувства, с какими эти замужние дамы возносили человека перед ним до небес.
— А как долго продлилась твоя связь с двумя угодшими дамами?
— С Юйлань?
Юйлань было личным именем госпожи Сун. Линь Юйвэнь сглотнул слюну и кивнул:
— Да.
— Мы познакомились год назад. Она любила есть сладкие финики, а мои родные края как раз славятся своими зимними финиками, поэтому я каждый раз приносил ей немного.
— А в день ее смерти ты с ней виделся?
Янь Гуйхун кивнул:
— Верно. В тот день мы договорились о встрече в спешке, потому что до нее дошли слухи, будто ее муж возвращается в Яньчжоу по делам. Она хотела порвать наши отношения, и та встреча должна была стать нашей последней ночью. Я приготовил много сладких фиников, но... — он слегка вздохнул, — она не пришла.
— Тогда я думал лишь о том, что она больше не хочет иметь со мной ничего общего.
Линь Юйвэнь кивнул:
— А госпожа Ван?
— Чэньюй?
Линь Юйвэнь подумал про себя, что этот Янь Гуйхун и впрямь помнит имена всех своих возлюбленных.
— Да, верно.
— С ней у нас всегда были прекрасные отношения, — вспоминал Янь Гуйхун. — В ту ночь, когда она не пришла, я даже специально попросил госпожу Юнь разузнать все. Госпожа Юнь сказала, что Чэньюй упала в воду и погибла в результате несчастного случая. Я ведь до сих пор убиваюсь по ней.
Ха...
Линь Юйвэнь подумал: когда ты соблазнял меня, что-то не было заметно, что ты сильно убиваешься.
— А кто-нибудь еще знал о твоих делах с ними?
— Очень многие знали: люди из труппы, люди госпожи Юнь, — ответил Янь Гуйхун, после чего поспешно добавил: — Но я уж точно не рассказывал об этом их мужьям.
— Чиновник имеет в виду: кто знал о том, что ты регулярно с ними видишься?
Линь Юйвэнь смутился, на его лице отразилось замешательство — похоже, он действительно ничего не мог припомнить.
— Знаешь ли ты, что если ты сейчас ничего не назовешь, то окажешься главным подозреваемым?
Янь Гуйхун заморгал, и в его глазах одновременно вспыхнули обида и отчаяние. Слезинка скатилась по щеке, вызывая невольную жалость.
— Господин, я признаю связь с ними, и если я убил — почему бы мне не признаться в этом? Все равно умирать.
Линь Юйвэнь умолк.
— Стоит вам лишь сказать пару слов господину Суну и шэнъюаню Ван — меня ведь все равно утопят в свиной корзине. Если те две госпожи действительно погибли из-за меня, то какое у меня вообще лицо останется, чтобы жить на этом свете?
Чэнь Сун и вовсе остолбенел. Кто там говорил, что актеры бесчувственны? Да этот актер перед ними — настоящий романтик.
Линь Юйвэнь больше не мог продолжать допрос: он смертельно боялся, что от дальнейших расспросов Янь Гуйхун прямо здесь, на месте, затянет для него отрывок из Вечной жизни.
Он выдохнул:
— Насчет утопления в свиной корзине можешь не беспокоиться, ни господин Сун, ни шэнъюань Ван не собираются поднимать этот вопрос — в конце концов, это не идет на пользу их семейной репутации.
Янь Гуйхун снова посмотрел на Линь Юйвэня, отчего того аж в дрожь бросило. Он ткнул в Янь Гуйхуна пальцем:
— Но в ближайшие дни тебе обязательно нужно вести себя целомудренно. Если вдруг случится еще одно убийство, этот чиновник тебя не пощадит.
— Слушаюсь, господин мудр! Если бы не господин...
— Иди, иди, уводите его.
Линь Юйвэнь махнул рукой и приказал судебным стражникам оттащить Янь Гуйхуна подальше.
— Господин, вы и вправду думаете, что это не он? — недоумевал Чэнь Сун.
Линь Юйвэнь вздохнул:
— Как сказала госпожа Юнь, обе эти дамы были его покровительницами. Судя по его тону, отношения у них были хорошие, так что у него действительно нет никаких мотивов.
— Тогда, господин, как вы думаете, не мог ли это быть кто-то из других его возлюбленных?
— К чему клонишь?
— Все люди подвержены ревности. Хотя он выглядит так, будто угождает всем подряд, наверняка нашелся кто-то, кто влюбился всерьез и нанял убийцу.
Линь Юйвэнь удивленно посмотрел на Чэнь Суна:
— А в твоих словах есть резон.
Чэнь Сун усмехнулся:
— Господин, я ведь не зря ношу звание начальника стражи.
Линь Юйвэнь потер пальцы:
— Вот что: сначала отправь отряд людей сторожить ту усадьбу в Восточном предместье, а других приставь следить за Янь Гуйхуном, вдруг удастся найти какие-то новые зацепки.
Чэнь Сун сжал кулак в знак приветствия:
— Будет сделано, господин.
Глядя на его самоуверенный вид, Линь Юйвэнь чувствовал, что что-то здесь не так, но сейчас у него не было других улик, так что оставалось лишь заранее предостеречься от новых преступлений убийцы.
Ты что, и вправду в него втрескался? — Юань Юй широким шагом перешагнул порог и уселся на лавку.
Закончив сегодня с делами, он отправился в усадьбу местных властей поискать Линь Юйвэня, но там ему сказали, что тот снова ушел в чайный дом слушать представления.
Нынешним преданным фанатом этого Янь Гуйхуна был именно Линь Юйвэнь.
Он не пропускал почти ни одного выступления.
Если бы не тот факт, что госпожа Юнь в последнее время отошла от дел, Линь Юйвэню, пожалуй, пришлось бы загримироваться, чтобы пробраться внутрь тайком.
— И поет хорошо, и осанка прекрасна, — Линь Юйвэнь поделился половиной горсти арахиса, что держал в руке, с Юань Юем. — Он и правда хорош.
— Ты что, и вправду положил на него глаз, раз до сих пор не арестовал? — Юань Юй нахмурился. С каких это пор у Линь Юйвэня обнаружились подобные наклонности?
Линь Юйвэнь бросил на него взгляд, в котором читалось: ну до чего же ты, братец, пошл.
Линь Юйвэнь скривил губы в странной гримасе:
— Разве ты не слышал, что говорил Чэн Юэ? Убийца несостоятелен в постели, а ты посмотри на него.
Стоявший на сцене Янь Гуйхун демонстрировал гибкую талию и весьма искусно управлялся с копьями для китайской оперы.
Юань Юй испугался еще сильнее:
— Ты что, проверял?
Лицо Линь Юйвэня перекосило:
— Я... да когда я сдал экзамены на звание шэнъюаня, сам евнух Юй из Директории ритуалов лично наливал мне чай! Эй, евнух Юй!
— Даже тогда мое сердце не дрогнуло, с чего бы мне воспылать чувствами к нему!
Юань Юй закатил глаза:
— Кто ж тебя знает.
Линь Юйвэнь тяжело вздохнул и указал на сидевших перед сценой женщин-театралок, которые были совершенно зачарованы Янь Гуйхуном:
— Я к тому, что если бы он был ни на что не годен, откуда у него столько поклонниц?
— Некоторые женщины могут не придавать этому значения.
— С тобой просто невозможно говорить на такие темы!
Заметив, что Линь Юйвэнь готов порвать с ним все отношения, Юань Юй поспешно схватил его за рукав:
— Эй, не злись, я же просто составлю тебе компанию.
— Я понимаю, что ты не в духе из-за того, что не можешь поймать убийцу, вот и шучу, чтобы развеселить, — мягко утешал Юань Юй. — У них ведь очень строгие правила нанесения этих масок-грима, верно?
Юань Юй задрал подбородок:
— Тут есть красные, есть зеленые... заметил ли ты в этом какие-то тонкости?
Глаза Линь Юйвэня мгновенно округлились.
— Что, я что-то не то сказал?
Линь Юйвэнь медленно повернул голову к Юань Юю:
— Ты... все верно сказал, — он громко рассмеялся. — Ты абсолютно прав!
— Пойдем, заглянем за кулисы!
Линь Юйвэнь потащил за собой ничего не понимающего Юань Юя прямо в закулисье.
В этот момент Янь Гуйхун как раз смывал грим — на сегодня у него было всего одно выступление.
Он тяжело вздохнул, глядя в зеркало, и в этом вздохе сквозило немало чарующей истомы. Подняв глаза, он вдруг увидел в зеркале крупное лицо, которое в упор пялилось на него:
— Го... господин?!
Лицо Линь Юйвэня выглядело поистине жутковато, а Юань Юй стоял позади, заложив руки за спину, и даже не собирался раскрывать рот.
Линь Юйвэнь безумно ухмыльнулся Янь Гуйхуну:
— А грим-то у тебя очень красивый.
Янь Гуйхун слегка смутился и коснулся висков:
— Господин шутит. Сегодняшний макияж не так хорош, как обычно: обычно наносят больше бриолина для укладки, а сегодня из-за пота все растрепалось.
Линь Юйвэнь пододвинулся ближе и провел рукой по волосам Янь Гуйхуна:
— Ты сам себя причесываешь?
— А?
Янь Гуйхун явно испугался. И без того безупречно накрашенный, сейчас он походил на прекрасную женщину, которую дразнит распоясавшийся хулиган. Дрожащим голосом он произнес:
— Нет, господин, е-есть... есть специальная гримерша.
Линь Юйвэнь изо всех сил закивал:
— Кто именно?
— Обычно этим всегда занимается Чжан Саньлан, — тихо ответил Янь Гуйхун, и на его щеках даже проступил легкий румянец. — А сегодня его подменили, она вон там.
Линь Юйвэнь проследил за направлением его пальца и увидел маленькую служанку в грубых одеждах, прищурив глаза.
— Она только пришла в труппу, рука еще не набита, поэтому прическа получилась неважной, — Янь Гуйхун боялся, что Линь Юйвэнь рассердится. — Если господину не нравится, впредь я больше не позволю ей меня причесывать.
Линь Юйвэнь фыркнул носом:
— Думаю, в дальнейшем тебе как раз придется обращаться только к ней.
— М?
Линь Юйвэнь схватил Янь Гуйхуна за руку:
— Тот самый Чжан Саньлан, о котором ты говорил, знает о твоих делах?
Янь Гуйхун моргнул, сообразил в чем дело и тут же закивал:
— Знает!
— Он в курсе. Госпожи чаще всего приходили ко мне после выступлений, и я всегда просил его помочь мне надушить одежду благовониями перед выходом.
На лице Янь Гуйхуна тоже промелькнула радость:
— Господин, вы и вправду невероятно проницательны!
Линь Юйвэнь был весьма польщен похвалой:
— Разумеется, перед кем ты стоишь.
Янь Гуйхун потянулся к руке Линь Юйвэня:
— И что же господин намерен делать теперь? Пойдем арестовывать Чжан Саньлана?
— А ты знаешь, где он живет?
http://bllate.org/book/33014/4047166
Готово:
