Спустя три минуты Си Яньнун, неся в руке жареную утку, смотрел на поверженных, раскидистых на полу Ван Сунмина и его компанию, а затем перевёл взгляд на А Тэсы, который легко стряхивал пыль со своего плаща — невозмутимого и элегантного. В голове у парня царил полный кавардак, и какое-то время он не решался окончательно определиться, кто же перед ним: то ли невестка, то ли зять.
— Не переживай, я сдержал силу, с ними всё в порядке, — улыбнулся ему А Тэсы.
Даже несмотря на то, что они находились в довольно уединенном уголке школьного двора, этот инцидент очень быстро обнаружился. По дороге в кабинет заведующий учебной частью тащил Ван Сунмина и остальных с синяками и ссадинами на лицах, Си Яньнун нёс жареную утку, а А Тэсы шел с безмятежным видом, засунув руки в карманы; почти все встречные провожали их изумленными взглядами.
Заведующему было даже лень разбираться с историей про утку, он гневно отчитывал их:
— Это повод для гордости?! Доводить драку до такого?! Вы же все одноклассники, неужели нельзя было всё спокойно обсудить?! Зовите родителей!
Си Яньнун тихо пробормотал:
— Это и есть мой родитель, мой старший брат.
Заведующий уже давно обратил внимание на этого необычайно красивого и приковывающего взгляды человека. Он видел его на прошлом родительском собрании — тогда у того были черные волосы, а теперь все они оказались выкрашены в белый, и в целом этот опекун выглядел не слишком солидно. Си Яньнун происходил из Семьи Сы, семья жила зажиточно, и порой учителю не хотелось с ним возиться, однако его старший брат Си Цзин всегда охотно сотрудничал со школой и держал Си Яньнуна в ежовых рукавицах. Но этот внезапно объявившийся старший брат наотрез не походил на серьезного человека.
— Значит, вы старший брат Си Яньнуна? По поводу того, что Си Яньнун затеял драку...
— Это я подрался, — произнес А Тэсы.
Заведующий онемел.
Он мерил шагами пустой кабинет из угла в угол. Впервые за более чем двадцать лет работы в школе он столкнулся с настолько щекотливым делом: родитель ученика перелез через забор и избил почти десяток школьников — как это вообще понимать? Самое главное, что сам родитель выглядел хрупким и болезненным, тогда как те семь-восемь парней отличались богатырским телосложением. Если бы А Тэсы не заявил об этом лично, а он сам не увидела бы своими глазами синяки на лицах учеников, он бы ни за что в жизни в это не поверил.
— Зовите родителей! — безапелляционно заявил он.
Он вызвал не только родителей избитых школьников, но и Си Цзина.
Когда Си Цзину позвонил заведующий и сбивчиво сообщил, что тут подрались ученики и нужно срочно явиться в школу, тот подумал, что Си Яньнун снова с кем-то из ребят не поделил что-то.
Но стоило ему, бросив дела и прервав совещание на самом интересном месте, зайти в кабинет и увидеть там двоих людей, которые в перчатках уплетали жареную утку, как он наконец сообразил: что-то здесь не так.
А Тэсы даже весьма щедро предложил угостить заведующего, но тот пребывал не в лучшем расположении духа — судя по всему, аппетит у него пропал от злости, и кусок в горло не лез. Компания Ван Сунмина была бы не прочь перекусить, однако, поймав свирепый взгляд заведующего, они в конце концов не посмели ничего попросить, так что лишь один Си Яньнун осмелился составить компанию А Тэсы за трапезой.
Как раз когда появился Си Цзин, А Тэсы аккуратно завернул блинчик. На этот раз он переборщил со сладким соусом, есть его расхотелось, и он машинально протянул угощение Си Цзину.
Си Цзин молча понаблюдал за ним пару секунд, наклонился и откусил.
Он примчался сюда, даже не успев поужинать.
Немного соуса мазнуло по уголку губ, и А Тэсы протянул руку, чтобы вытереть лицо Си Цзина, после чего снял перчатки и в подробностях изложил Си Цзину всю предысторию конфликта. Благодаря добавлениям Си Яньнуна Си Цзин наконец составил полную картину происходящего.
Только тогда заведующий осознал, что же тут на самом деле произошло.
Родители Ван Сунмина и остальных учеников прибыли как раз вовремя. Увидев изувеченные лица своих чад и заметив, как те двое преспокойно уминают жареную утку, они взбеленились не на шутку:
— Учитель, вы просто обязаны дать нам объяснения!
Си Цзин посмотрел исключительно на А Тэсы:
— Выведи Си Яньнуна на улицу, я здесь сам во всем разберусь.
Заведующий возмутился:
— Господин Сы, послушайте, это дело...
Си Цзин оборвал его:
— Я справлюсь.
Тогда А Тэсы со спокойной душой увел Си Яньнуна прочь. Перед уходом он велел парню прихватить оставшийся мусор и мимоходом сам прикрыл за ними дверь.
Направляясь вместе с Си Яньнуном к главным воротам, А Тэсы обронил:
— Сегодня на учебу можешь не возвращаться, отвезу тебя в Цзинхуаюань переночевать.
— Брат, — восторженно воскликнул Си Яньнун, — ты — мой самый любимый тип родственников!
А Тэсы легко улыбнулся:
— Тогда не хочешь поделиться со мной одним маленьким секретом?
— А? — растерялся Си Яньнун. — Каким секретом? Брат, я честно не заводим романы, клянусь!
— Нет. Тот магический массив, что ты нарисовал у себя в комнате — где ты научился?
Си Яньнун поскреб в затылке и смущенно покраснел:
— Ого, мой брат тебе даже про это рассказал...
— Да просто в какой-то книге вычитал. Говорят, он может призывать Демонов, вот я и попробовал ради интереса набросать.
— В книге? Что за книга? Где купил? Можешь мне показать? — тут же засыпал его вопросами А Тэсы.
Си Яньнун удивился:
— Брат, неужели тебе тоже интересна эта чепуха? Только толку от него никакого, я ведь нарисовал, но никакого Демона на самом деле не призвал. Купил на какой-то барахолке, давай не то что покажу — хочешь, вообще забирай себе? Только сейчас я не могу вернуться в Семью Сы, чтобы забрать ее.
Толку никакого? Мысленно усмехнулся А Тэсы: а призванный им Демон, по-твоему, сейчас где стоит — прямо перед тобой?
— Зачем тебе вообще понадобилось призывать Демона? Хотел, чтобы он исполнил какое-то заветное желание? — рассудил он: стоило лишь исполнить желание Си Яньнуна, как он, вероятно, получит подпитку в виде магической силы и сможет отсюда выбраться.
Конечно, человеческий мир ему очень нравился, но в конце концов он оставался Демоном, и его истинным домом был Ад.
— Да нет же, я просто так попытался, от нечего делать, — растерянно моргнул Си Яньнун.
То есть желания у него не было? Тогда каким же образом его вообще призвали? А Тэсы и сам растерялся — в книгах о подобных ситуациях не писали.
— Ну а... какое-нибудь желание у тебя сейчас есть? — пришлось А Тэсы зайти с другого края.
Си Яньнун погрузился в глубокие раздумья.
А Тэсы ожидал услышать что-то вроде желания успешно сдать экзамены в престижный университет, или подружиться с одноклассниками, или обзавестись верным товарищем. Запасов магической силы у него сейчас почти не осталось, но поднатужившись, он вполне смог бы это исполнить.
Пока наконец Си Яньнун не расплылся в улыбке и небрежно бросил:
— Пусть воцарится мир во всем мире.
— Что? Ты сейчас что сказал?
— Мир во всем мире, — повторил Си Яньнун.
А Тэсы не сдавался:
— Повтори-ка еще раз.
— Мое желание — мир во всем мире.
В этот момент А Тэсы страстно захотелось высадить его из машины на ходу.
Назад пути нет. Похоже, застрять в этом месте ему суждено до конца дней, и туда же — мир во всем мире! Еще неизвестно, наступил ли мир на Небесах, до чего же докатилось...
Оставаться в человеческом мире для суккуба, страдающего анорексией, которая равносильна инвалидности, в общем-то, не худший вариант. Но застрять здесь из-за такого идиотского желания о мире во всем мире — позор для любого уважающего себя Демона.
Си Яньнун заметил, что обретенный им брат внезапно помрачнел. По непонятной причине тот перестал обращать на него внимание, забился в самый угол сиденья и закрыл глаза, погрузившись в собственные мысли.
Наверное, просто сильно устал, подумал парень. В конце концов, А Тэсы голыми руками раскидал восьмерых старшеклассников — хотя внешне всё выглядело донельзя легко, нагрузка наверняка оказалась колоссальной.
Проявив чуткость, Си Яньнун решил больше не донимать А Тэсы и дать ему как следует отдохнуть.
Вернувшись в Цзинхуаюань, парень высоко оценил выпавшую ему редкую минуту досуга и пораньше ушел к себе в комнату.
Си Цзин уладил все дела. Хотя банда Ван Сунмина первой полезла на рожон, первыми руки распустили они с А Тэсы, так что правота была не на их стороне. Си Цзин отчаянно спорил с родителями тех подростков, но в конце концов выплатил компенсацию за медицинские расходы. Вернувшись домой, он застал А Тэсы, который безвольно растекся по дивану.
А Тэсы крайне редко появлялся в гостиной один — в прошлый раз такое случалось разве что тогда, когда он оставлял ему ужин.
— Что случилось? — поинтересовался Си Цзин.
Взгляд А Тэсы был расфокусированным и пустым:
— Кажется, я сяду тебе на шею на всю оставшуюся жизнь.
Си Цзин приподнял бровь, не зная, как и реагировать на эти слова:
— С чего бы вдруг?
— Ха, — горько усмехнулся А Тэсы. — А ты знаешь, какое заветное желание у твоего младшего брата?
— Какое? — Си Цзин опустился рядом с А Тэсы.
— Мир во всем мире, — А Тэсы глубоко вздохнул. — Мне искренне любопытно, как ты его воспитывал все эти годы? В том, что он вырос таким альтруистом, есть и твоя немалая заслуга, признайся.
Уловив в голосе А Тэсы явное желание сорвать на нем злость, Си Цзин тем не менее не сердился — в груди у него даже шевельнулось что-то легкое и невесомое.
— Да так, воспитывал как придется. Главное, что у него самого есть сознательность.
— А ты неплохо приспособился к человеческому обществу, — успокоил его Си Цзин, немного помедлив. — Скоро твой уровень образования тоже будет соответствовать местным нормам, я придумаю, как сделать тебе документы, и сможешь найти работу. К тому же с твоей анорексией в Аду выжить еще труднее, чем здесь.
В этом-то и заключалась главная проблема. А Тэсы тяжело вздохнул:
— В Аду я мог поглощать магическую силу иными способами, а в человеческом мире у меня остался лишь один способ насыщения. К тому же, если питаться исключительно кровью, со временем ее насыщающий эффект будет ослабевать, и рано или поздно я просто умру с голоду.
— Ад? — опешил Си Цзин.
— Разве это так странно? — удивился А Тэсы. — Разве Демоны не должны происходить из Ада?
То, что Демоны родом из Ада, странным не казалось. Но Си Цзин почему-то думал, что столь капризный, избалованный и любящий покрасоваться маленький суккуб, страдающий анорексией, должен был явиться из какого-то клана, где его безумно баловали, и предполагал, что тот рвется назад исключительно из тоски по близким.
Выслушав его объяснения, А Тэсы усмехнулся:
— С чего бы Демонам иметь семью? У нас родственные связи развиты слабо, обычно нас производят на свет и тут же забрасывают. Впрочем, ты отчасти прав: действительно, когда-то у меня был «родственник», который меня очень любил.
Его взгляд затуманился, устремившись куда-то вдаль, словно он перенесся в воспоминания давних лет.
Мгновение спустя глаза А Тэсы вновь обрели четкость и исполнились твердой решимости:
— Я вылечу свою анорексию!
Я обещал ей, что буду жить, и буду жить достойно, — произнес А Тэсы.
Ночь стояла глухая. Ясная луна висела в зените среди россыпи мерцающих звезд — это был самый обычный вечер в мире людей, но такое ночное небо Ад не видел уже много тысяч лет.
К домам в Цзинхуаюань прилагались поистине огромные балконы, и Си Цзин превратил свой в застекленную оранжерею. Стоило сесть там, как перед глазами открывался бескрайний простор звездного неба. Для Пекина такое чистое звездное небо было большой редкостью, что, пожалуй, тоже придавало этому месту особый, небудничный оттенок.
А Тэсы не любил изливать душу — возможно, потому, что в Аду попросту не находилось подходящих собеседников для подобных разговоров. Он никогда и никому из людей или демонов не рассказывал о своем прошлом, не делился тем, как суккуб умудрился заработать анорексию и почему покинул владения Асмодея, пустившись скитаться по Аду.
Но сейчас, в этой тишине и умиротворении комнаты, когда Си Цзин, сняв пиджак, остался в одной белой рубашке с закатанными рукавами, обнажающими рельефные предплечья, и непринужденно устроился в плетеном кресле... когда его серебристые очки покоились на столе, а привычно острый взгляд смягчился ночным покоем, излучая мягкое, всепоглощающее участие — почему-то захотелось выговориться.
http://bllate.org/book/33124/4064850
Готово:
