Эта книга была немного старомодной, на момент ее первого издания Ни Синцяо было всего три года.
Впрочем, классика есть классика, и преданный поклонник любовных романов Ни Синцяо, конечно же, никак не мог ее пропустить.
Когда он только читал этот роман, он тоже мечтал завести интернет-друга и закрутить онлайн-роман, но, к большому сожалению, до сих пор по выходным дома ему приходилось играть за компьютером тайком — нынешние родители слишком сильно зомбированы учителями.
— Вот она. — Лу Ли даже открыл пространство QQ собеседника, где имелись фотографии Танцующей на ветру легкой бабочки. Красавица, действительно настоящая красавица.
Единственная фотография в ее пространстве — профиль девушки за пианино: черные длинные волосы, белое длинное платье, прямо как модель из книги.
Ни Синцяо хотел рассмотреть получше, но Лу Ли заартачился, прикрыв телефон руками, как сокровище, и ужасно жадничал.
Лу Ли заявил:
— Она вообще-то из Шаньчэня, а этот регион у нас славится высочайшим уровнем образования по всей стране, сплошь ключевые старшие школы, круче некуда!
Ни Синцяо знал Шаньчэн — это было место, которое он ненавидел всеми фибрами души, ведь самые сложные контрольные работы всегда приходили именно оттуда.
— Так чего ее сюда занесло? — спросил Ни Синцяо.
— Понятия не имею, она не говорила. — Лу Ли поджал губы и мерзко усмехнулся. — По-моему, возможно, она приехала ради меня.
Его слова еще не затихли, как Яо Сюй и Ни Синцяо почти одновременно с бесстрастными лицами отвернулись и отошли.
Ни Синцяо сказал Лу Ли:
— Скоро урок, мне нужно сбегать пописать. Советую пойти со мной в туалет.
— Я не хочу писать.
— Я не предлагаю тебе писать, просто думаю, что ты мог бы умыться холодной водой, прийти в себя и перестать уже строить воздушные замки.
Услышав это, Лу Ли недовольно обратился к Яо Сюю:
— Чего это твоя невеста говорит такие неприятные вещи?
— Брань во спасение, лесть во вред, — ответил Яо Сюй. — Лучше и вправду сходи с ним.
Ни Синцяо выказал высочайший интерес к упомянутой Лу Ли красавице, однако, к великому сожалению, ему так и не представилась возможность лично поприветствовать прибытие этой красотки на третьей неделе учебного года. Из-за нее он угодил в больницу.
Как говорится, если человеку не везет, то и холодная вода на зубах застрянет. Ни Синцяо и так промок под дождем и подхватил простуду, которая не проходила целую неделю. На выходных он подумал, что дальше тянуть нельзя, нужно пойти в библиотеку и сдать взятые книги. В итоге, едва выйдя из библиотеки и повернув на велосипеде за угол, он угодил под черный седан, выехавший из переулка, который буквально отправил его к небесам.
В какой-то момент Ни Синцяо подумал: мне конец, я же еще даже не влюблялся!
Умереть, так и не познав любви, — над ним же в подземном царстве смеяться будут. Но повезло в несчастье: машина в тот момент ехала медленно, в больницу доставили вовремя, так что от такого удара внутренние органы Ни Синцяо не пострадали, отделавшись лишь легким сотрясением мозга вдобавок к перелому левой ноги, из-за которого пришлось на какое-то время лечь в больницу.
Когда Яо Сюй, узнав об этой новости, сломя голову примчался в больницу, Ни Синцяо уже пришел в себя, но его жутко мутило — стоило открыть глаза, как начинало тошнить от головокружения.
— Как раз вовремя, что ты пришел. — Ни Хаймин был в отъезде, дома его не было, и Хуан Цянь, суетившаяся туда-сюда в одиночестве да к тому же изрядно перепуганная, сейчас была сплошь с красными глазами. — Побудь с ним немного, мне нужно сходить за снимками.
— Хорошо, — ответил Яо Сюй. — Я позабочусь о нем.
Хуан Цянь с болью в сердце глянула на сына, который лежал на больничной койке, закатив глаза, и, нахмурившись, вышла.
Яо Сюй тоже переживал, да к тому же испытывал остаточный страх.
Сегодня они с Ни Синцяо изначально договорились вместе пойти в библиотеку, но его мама ни в какую не отпустила его из дома, так что встречу пришлось отменить.
По дороге Яо Сюй только и делал, что корил себя: если бы он тогда пошел вместе с Ни Синцяо, этого бы не случилось.
В этот момент Ни Синцяо чувствовал себя ужасно плохо, а одна его нога в гипсе была подвешена на перевязи.
— Плохо тебе? — Брови Яо Сюя сошлись на переносице.
Ни Синцяо сейчас казалось, что земля идет кругом, смотреть ни на что было нельзя — укачивало. Но услышав голос Яо Сюя, он открыл глаза и посмотрел на него, в результате чего ощущение стало точно таким же, как внутри работающей на высоких оборотах стиральной машины, и он, не выдержав, резко отвернулся и его вырвало.
К счастью, Хуан Цянь, следуя наставлениям медсестры, приготовила рядом мусорное ведро, в которое был заправлен полиэтиленовый пакет, иначе убирать всё это было бы поистине хлопотно.
Яо Сюй испугался такого зрелища и быстро подскочил, чтобы аккуратно похлопать его по спине и подать воды.
Лу Ли, который тоже услышал новости и примчался следом, едва переступив порог, застал эту сцену:
— Да ладно, братец Цяо, неужели вид моего прихода вызвал у тебя такую тошноту?
— Хватит нести чушь, — оборвал его Яо Сюй. — У него сотрясение мозга.
— Тц, бедняга. — Лу Ли, глядя на состояние Ни Синцяо, тоже проникся сочувствием. — На восстановление костей и сухожилий уходит сто дней, а тут еще и голова пострадала. В школу он теперь нескоро сможет вернуться, верно?
Ни Синцяо, закончив блевать, прополоскал рот и продолжил обессиленно прислоняться к больничной койке.
Яо Сюй убрал мусорное ведро, а Лу Ли принялся разглядывать больного.
— Братец Цяо, живой?
— По крайней мере, пока не умер. — Ни Синцяо не мог открывать глаза, поэтому зажмурился и произнес слабым голосом.
— Ладно, значит, жить можно, — заключил Лу Ли. — Ничего, братец Сюй — надежный мужчина, даже если ты останешься без рук и ног, он от тебя не откажется и свадьбу не отменит.
Если бы Ни Синцяо сейчас действительно мог двигаться, он бы непременно прибил этого Лу Ли.
— Но как тебя угораздило попасть под машину?
— Это не человек, это машина.
Когда Яо Сюй вернулся, Ни Синцяо как раз с трудом рассказывал подробности происшествия.
— Я ехал вперед, а эта машина вдруг выскочила из переулка, — говорил Ни Синцяо. — Обычно я считаю себя человеком с быстрой реакцией, почему же в тот момент я так затормозил?
— Нормально, — заметил Лу Ли. — Остолбенел от страха, вот и всё.
Пока они беседовали, вернулась Хуан Цянь, а следом за ней двое мужчин, несших немало пакетов и коробок.
Яо Сюй и Лу Ли перевели на них взгляд и вежливо поздоровались с Хуан Цянь. Яо Сюй обратил внимание на тех двоих, шедших за ней: один — мужчина лет сорока с лишним, а рядом с ним крутился парень их же возраста.
Яо Сюй и Лу Ли немного отодвинулись в сторону, пропуская их, и услышали, как тот мужчина произнес:
— Маленький товарищ, тысяча извинений, я плохо ориентируюсь в тех местах и не знал, что этот переулок с односторонним движением.
Ни Синцяо не смел открывать глаза, боясь, что его снова вырвет, да и разговаривать с этим виновником аварии ему совсем не хотелось — в конце концов, именно этот человек довел его до столь жалкой участи. Притворится спящим. Отказываюсь прощать.
Молодежь порой бывает такой упрямой.
Мужчина, очевидно, чувствовал себя крайне виноватым и складывал принесенные фрукты и питательные добавки на тумбочку у больничной койки:
— Я возьму на себя всю ответственность, расходы на лечение и питание оплачу полностью. Если тебе что-то еще понадобится, смело говори, сиделку я уже нанял, она скоро подойдет.
http://bllate.org/book/33146/4067861
Готово:
