У Личжу начал подозревать: неужели Учитель, как и та Древняя душа, любит смотреть, как мужчины переодеваются в женские наряды?
Едва эта мысль возникла, как он сам же её и отбросил.
Учитель точно не из таких.
Наверное, всё дело в том, что он сам слишком обаятелен.
Даже глава Се не смог противостоять его очарованию и захотел сблизиться с ним.
Сегодня у Се Цинъи были дела, и он временно покинул Пик Любующегося Снега.
У Личжу лежал один в комнате, немного почитал книжки с забавными историями, но, сочтя это скучным, тоже решил спуститься с горы погулять.
Он переоделся и вышел из дома.
Все эти товары у подножия горы из раза в раз оставались одними и теми же. У Личжу уже смертельно надоело их разглядывать — как ни выбирай, всё безрезультатно, никакой новинки.
Когда У Личжу почувствовал жуткую скуку и уже собрался вернуться обратно, он вдруг заметил на главной улице знакомую фигуру.
Разве это не старший брат Е?
Раньше Е Цзимин ушел по дальним делам по поручению Мастера Дяо Хуая. Пройдя через череду событий и оказавшись на Пике Любующегося Снега, У Личжу больше не видел старшего брата Е и даже не успел с ним попрощаться.
Старший брат Е относился к нему чрезвычайно хорошо, и раз уж У Личжу посчастливилось встретить его на дороге, он тут же бросился за этой фигурой вдогонку, желая перекинуться парой слов.
Народ на рынке толпился не плотно, но та фигура то и дело скрывалась в толпе, и У Личжу никак не мог её догнать.
Погоняв так некоторое время, он смутно почувствовал неладное.
У Личжу подал голос радар опасности ленивца.
Он только хотел повернуться и убежать, как его тело внезапно замерло на месте.
Они вдвоем зашли вглубь небольшого переулка, где почти не было людей. У Личжу мысленно выругался: дело плохо, его явно подставили!
Тот человек обернулся и подошел к У Личжу. Присмотревшись, У Личжу с удивлением обнаружил, что перед ним вовсе не старший брат, а совершенно незнакомое лицо.
Скрестив руки на груди и окинув У Личжу оценивающим взглядом, тот фыркнул:
— Зачем увязался за мной?
У Личжу похлопал ресницами и честно признался:
— Прошу прощения, я ошибся человеком.
Мужчина внезапно усмехнулся:
— Вот как? А откуда мне знать, правду ли ты говоришь?
Сложив пять пальцев когтями и выпустив клубы демонической ци, он нацелился прямо в лицо У Личжу.
Снова Культиватор демонов!
В землях праведников встретить одного-двух Культиваторов демонов было не сказать чтобы редкостью.
Но почему в последнее время их стало так много? До периода состязаний сотен школ бессмертных и демонов еще далеко.
У Личжу предчувствовал, что случится что-то недоброе.
Не успел он толком опомниться, как этот Культиватор демонов попытался нанести удар.
— Слишком много на себя берешь! — Древняя Душа Феникса мгновенно вынырнула из духовной жемчужины и исторгла истинное пламя. Культиватор демонов не успел защититься и принял удар Древней души: рука, что уже заносилась над лицом У Личжу, обуглилась дочерна.
Мощь истинного пламени Феникса была нешуточной. Вся рука Культиватора демонов запылала, и от внезапной боли он растерялся. Воспользовавшись моментом, У Личжу прорвался сквозь сковывающие чары, на ходу запустил вдогонку лезвие ветра и, даже не оборачиваясь, чтобы проверить, попал ли он, припустил во все лопатки.
Неугомонный цветочек в его руке всё еще горланил:
— Пусти меня! Я вернусь и прикончу его! Кем он себя возомнил, раз посмел бросить мне вызов!
У Личжу утихомирил духовное растение и помчался сломя голову:
— Не мешай! Тебе повезло только потому, что он был близко, а вообще-то он одним ударом может прибить десятерых таких, как ты!
Дуо Цин возмутился:
— Ты меня недооцениваешь? Я ведь только что спас тебе жизнь!
У Личжу привычным движением погладил его против шерсти:
— Я не недооцениваю, просто твоя нынешняя сила уже не та, что прежде, и я боюсь, как бы ты не пострадал. Давай сначала вернемся в секту за помощью.
Всю дорогу У Личжу без разбору использовал амулеты предельной скорости и пространственного переноса из своей сумки-хранилища, несясь к Секте Тяньшуй на максимальной скорости. В итоге этот Культиватор демонов так его и не догнал.
Внешние ученики Секты Тяньшуй дежурили у ворот, как вдруг поднялось облако пыли. Преградив путь приближавшемуся человеку, они увидели тяжело дышащего У Личжу и крайне изумились:
— Старший брат, вы...
Однако те еще не успели договорить, как У Личжу задействовал амулет перемещения и умчался прочь, подобно порыву ветра.
— ...
Стражники у ворот переглянулись.
Се Цинъи, разобравшись со всеми делами, вернулся на Пик Любующегося Снега.
Едва он ступил на территорию внутреннего двора, как заметил сидящую на извилистой галерее у пруда фигуру.
Юноша в алых одеждах обхватил колени руками, уткнувшись лицом в колени, а рассыпавшиеся повсюду темные волосы казались тучей воронова крыла. Свернувшись в комок и жалко съежившись в уголке, он напоминал ничейного брошенного котенка.
Се Цинъи приблизился, намеренно шагая громче, и У Личжу поднял голову от колен.
В его обычно сияющих глазах плескались обида и радость.
Слегка наклонившись, Се Цинъи провел пальцами по прядям У Личжу и мягко спросил:
— Что случилось?
У Личжу не ответил, а, раскинув руки, бросился вперед и уткнулся Се Цинъи в грудь, вцепившись в него так крепко, что застигнутый врасплох Се Цинъи оказался полностью заключен в его объятия.
У Личжу уловил легкий чистый аромат, исходивший от Се Цинъи. Он немного успокоился, но всё же потерся носом о его плечо, судорожно вцепился в одежду и жалобным голосом произнес:
— Учитель, сегодня у подножия горы я встретил Культиватора демонов. Он чуть не лишил меня жизни, мне было так страшно.
— Я ведь почти умер... — бормотал У Личжу.
Рука Се Цинъи, уже было занесшаяся, чтобы оттолкнуть юношу, на мгновение замерла, изменила траекторию и опустилась на спину прильнувшего к нему человека, слегка похлопав его. Он отчетливо чувствовал дрожь под своей ладонью:
— Расскажи мне всё подробно.
У Личжу был худощав, и сквозь одежду на спине отчетливо ощущались выступающие лопатки — хоть и твердые, но касавшиеся ладони так нежно, словно по ней щекотали птичьим пером.
Се Цинъи опустил взгляд, разглядывая своего пугливого ученика.
У Личжу выложил всё как на духу:
— Тот Культиватор демонов явно замышлял какую-то гадость! Иначе с чего бы ему пытаться убить меня только за то, что я просто шел за ним? Совесть-то у него явно нечиста!
Столкнувшись с опасностью, У Личжу дрожал как осиновый лист, но стоило ему обрести сильную опору, как в нем вновь заиграл боевой дух. Он принялся красочно и с преувеличением расписывать произошедшее, в каждом слове скрыто капризничая и выпрашивая у Се Цинъи мести.
Сидя на деревянной галерее под журчание воды в ожидании возвращения Се Цинъи, он немного подремал, но во сне ему виделись те самые жуткие черные когти, которые срывают с него голову, и залитая кровью округа, отчего он просыпался в холодном поту.
Се Цинъи опустил голову и встретился взглядом с прижавшимся к нему учеником.
Края глаз У Личжу покраснели, и страх в них не был фальшивым — он сейчас походил на испуганного дрожащего крольчонка. Се Цинъи снова похлопал его по спине, успокаивая, словно баюкая ребенка:
— Не бойся, на Пике Любующегося Снега ты в полной безопасности.
— Я пошлю людей во всем разобраться.
Его ровный голос излучал безграничное спокойствие.
— Спасибо, Учитель. — У Личжу шмыгнул носом, но упрямо не пожелал покидать его теплое объятие. — Учитель самый лучший.
— Проголодался?
Учитель даже вспомнил, что он еще ничего не ел.
У Личжу растрогался еще сильнее. Глядя на него влажными от слез глазами, он пробормотал:
— Проголодался.
Се Цинъи достал припасенные для него сладости.
— Попробуй.
Се Цинъи уже давно перешел на корневое питание и в пище не нуждался вовсе. Обычно это У Личжу подкармливал его, заставляя сделать пару укусов, но сегодня он почему-то не забыл захватить угощение для самого У Личжу.
У Личжу защипало в глазах с новой силой.
Он ведь просто притворялся жалким, чтобы Учитель заступился за него, но сейчас ему и впрямь захотелось заплакать.
Ну почему Учитель такой замечательный? И успокоил его, и пообещал отомстить, да еще и вкусности принес.
Он откусил маленький кусочек прямо с руки Се Цинъи.
Сладковатый вкус разлился по языку, и тревога внутри заметно улеглась. Невнятно бормоча, он произнес:
— Учитель самый-самый-самый лучший.
Повторив это, У Личжу добавил еще парочку слов самый.
Се Цинъи не стал возражать, наблюдая, как тот ест с его руки. Не успел он опомниться, как юноша, проглотив сладость, высунул кончик языка и слизал крошки с его пальцев. Длинные ресницы Се Цинъи дрогнули, а внутри поднялась легкая, едва уловимая волна зуда.
У Личжу бессознательно сделал движение языком, но тут же сообразил, что что-то не так. Заливвшись краской, он отпрянул:
— Простите...
Се Цинъи не позволил ему отдалиться — рука, лежавшая на спине ученика, крепко зафиксировала его, прижав к груди, а в потемневших глазах промелькнул странный блеск:
— Слижи начисто.
У Личжу не оставалось ничего другого, как высунуть кончик языка и взять палец в рот.
Подержав его так мгновенно, он поспешно отвернулся и заикающимся голосом бросил:
— В-все, готово.
Атмосфера странно накалилась. Лицо У Личжу пылало огнем. Вырвавшись из теплых объятий, он отскочил назад на безопасное расстояние, но Се Цинъи не стал принуждать его дальше:
— Ступай к себе, отдохни пораньше.
У Личжу в панике сбежал.
Прижав ладонь к груди, он пытался унять дикий стук сердца.
*
Этой ночью на Пике Любующегося Снега моросил мелкий дождь.
Крупные капли срывались с карнизов крыш, гулко и мерно отстукивая на земле.
Сны У Личжу были сырыми, пропитанными насквозь пронзительным холодом.
Он спал очень тревожно.
То ему мерещилось, будто Культиватор демонов связал и убил его, то — будто тот протягивает свои пять пальцев, намереваясь раздавить его голову, словно спелый арбуз.
Культиваторы демонов, Культиваторы демонов, Культиваторы демонов... Бесчисленные демоны заполнили его сны. У Личжу резко распахнул глаза, тяжело дыша, с раскрасневшимися щеками и взмокшими от пота висками.
Почувствовав, что сегодня ночью на редкость холодно, он плотнее закутался в одеяло, но озноб всё не проходил.
Проворочавшись в постели целых полчаса и поняв, что уснуть ему не удастся ни за что на свете, он больше не мог терпеть. Набросив белоснежную лисью шубу и прихватив фонарь, он направился к выходу из комнаты.
Холодные капли дождя барабанили по зонту, превращая всё вокруг в сплошную влажную пелену. Туфли У Личжу успели испачкаться в грязи. Он шел быстро, и хотя вокруг царил непроглядный мрак, мысль о пункте назначения приносила ему невероятное успокоение: там находилось самое могущественное существо в этих краях.
У Личжу просто боялся смерти, и он не собирался себя обманывать.
Все люди боятся смерти.
Так он себя утешал.
Сквозь завывания ветра и шум дождя У Личжу наконец добрался до чистых деревянных галерей и зашагал медленно, шаг за шагом. Не успел он постучать в дверь, как та словно живая распахнулась сама собой.
Сидевший на циновке хозяин комнаты с прямой спиной ловил боковым профилем отсветы свечей. Стоило ему поднять взгляд и бросить один мимолетный взгляд на У Личжу, как в тот же миг исчезли любые звуки — и шум дождя, и завывания ветра.
— Учитель...
Он и сам не подозревал, сколь жалобно прозвучал его голос в чужих ушах.
Опустив ресницы, У Личжу перевел взгляд на свет принесенного им фонаря:
— Я не могу уснуть.
Духовное восприятие Се Цинъи следило за У Личжу с самого момента, как тот поднялся в комнате и двинулся сюда. Он чувствовал беспокойство этого ребенка и сделал манящий жест рукой:
— Иди сюда.
Услышав это, У Личжу больше не смог сдерживаться и, словно вернувшийся в родное гнездо птенец, бросился прямо в объятия Се Цинъи.
http://bllate.org/book/33148/4068159
Готово:
