Снаружи ещё околачивалось несколько зевак, и Ци Ань велела Сяо Жу пока принять их, а сама отправилась в заднюю часть здания, чтобы подготовить в нескольких пустых комнатах всё необходимое и расставить вентиляторы.
Кроме того, она изменила настройки доступа: за исключением её собственных покоев, Сяо Жу теперь могла свободно заходить во все остальные комнаты.
Внутренний двор оказался небольшим: пара больших деревьев да несколько маленьких клумб, а посередине — беседка со столом и стульями из камня. Земля была вымощена синим кирпичом, а по периметру тянулись крытые галереи, ведущие прямо к парадному залу чайного домика.
Солнце уже село, но летняя духота всё ещё обжигала землю, невольно вызывая у людей раздражение.
Ци Ань вышла в главный зал, где оставалось всего с десяток посетителей. Сяо Жу чинно стояла за стойкой, а заметив её появление, тут же потянулась открыть дверцу прилавка, чтобы встретить хозяйку.
Хозяйка махнула рукой, велевая ей оставаться на месте, и подошла сама:
— Разве никто из гостей ничего не заказывал?
Сяо Жу покачала головой, пояснив, что эти люди пришли просто попить чаю, причём парочка тех, кто уже ушёл, даже не заплатила, а она бросилась останавливать их, но не смогла.
Закончив говорить, она выглядела довольно расстроенной. Это был её первый день в роли счетовода, и из-за неё управляющая понесла убытки — это её вина.
Вспомнив тех недавних посетителей, Ци Ань мысленно всё поняла и вовсе не винила Сяо Жу:
— Ничего страшного, это всего пара монет. В следующий раз я с них стрясу.
Удастся ли получить с них деньги, Ци Ань волновало мало: та компания с первого же взгляда выглядела подозрительно — судя по всему, они заглянули сюда с недобрыми намерениями, и, судя по всему, очень скоро в этом месте разразится громкая новость.
Дождавшись, пока в чайном домике совсем не останется посетителей, Ци Ань закрыла заведение на замок и, захватив Сяо Жу, отправилась во внутренний двор, где указала ей на одну из комнат.
В передней части чайного домика не зажигали ни свечей, ни ламп, так что там царила кромешная тьма, зато задний двор представлял собой совершенно иной мир.
Сяо Жу впервые в жизни увидела электрическую лампу в комнате, а также светильники с датчиками движения под навесом галереи. Даже туалет, на который указала управляющая, показался ей невероятно диковинным.
В отличие от тусклого, зыбкого света свечей, этот осветительный прибор заливал комнату дневным светом. А уборная — чистая, аккуратная, без малейшего дурного запаха и отвратительных насекомых — казалась настоящим жилищем бессмертных.
Самое главное — мыться можно было хоть каждый день, не тратя время на кипячение воды. Стоило лишь слегка щёлкнуть выключателем, и купайся когда душа пожелает, и сколько захочешь!
В этот самый момент Сяо Жу твёрдо решила: она непременно будет усердно служить хозяйке и постарается как можно раньше накопить достаточно денег, чтобы избавиться от статуса раба.
А ещё — барышня. Завтра, когда та придёт сюда, обязательно нужно сказать ей, что она сможет жить в её комнате. Сяо Жу вовсе не против потесниться с другими служанками.
Хотя в поместье кому-то постоянно махали веерами, разве это могло сравниться с обстановкой здесь, в чайном домике? Наверняка барышня тоже охотно останется жить здесь.
Правда, перед этим стоит посоветоваться с хозяйкой — нельзя же своевольничать и вызывать её недовольство.
С этой мыслью она нашла управляющую, которая после распределения комнат уселась за каменным столом во дворе, и с замиранием сердца произнесла:
— Управляющая, можно я уступлю свою комнату барышне?
Ци Ань как раз сидела на улице, наслаждаясь прохладой и собираясь позвать Сяо Жу ужинать, как только та навосхищается всеми чудесами, но никак не ожидала, что эта девчонка всё ещё думает о своей госпоже.
С улыбкой покачав головой, Ци Ань указала на пустую комнату рядом со своими покоями:
— Комната для Сяо Жоу уже оставлена, тебе не нужно ущемлять себя. Ступай готовь ужин, а поедим — ляжем пораньше.
Заметив влажный блеск в глазах служанки, Ци Ань достала из Системного магазина немного продуктов и протянула девушке:
— Умеешь готовить? Если да, иди на кухню и приготовь что-нибудь.
Сяо Жу приняла продукты. Подобные ингредиенты она видела часто и отлично знала, как с ними обращаться, но всё равно немного сомневалась в своих кулинарных способностях.
Бросив взгляд на управляющую и заметив в её глазах одобрение, Сяо Жу с припасами направилась на сияющую ярким светом кухню, принялась всё мыть, резать, а затем зажгла очаг.
Она была преисполнена энтузиазма — ей непременно нужно было состряпать целый стол вкуснейших блюд, чтобы хозяйка смогла их оценить.
Глава 15
Из-за различий в кулинарных традициях еда, которую в итоге приготовила Сяо Жу, хоть и оказалась вкусной, всё же пришлась Ци Ань не по вкусу.
Виду она не подала, съела свою обычную порцию, а остальное наказала Сяо Жу убрать в кухонный холодильник.
Появление ещё одной диковинной вещицы заставило Сяо Жу в очередной раз подумать, что её картина мира рушится каждый день, изрядно испытывая на прочность её сердце. Впрочем, девушка признавалась себе, что это была приятная боль.
Уединившись в кондиционированной комнате, Ци Ань впервые по-настоящему прочувствовала всю прелесть этого иного мира. Она полистала ассортимент Системного магазина и накупила себе с десяток нарядов.
Помимо привычных маек и повседневных брюк, её выбор пал на давно желанные платья с длинными рукавами и развевающимися полами.
Прежде Ци Ань никогда не тратила столько сил на одежду, но теперь, пользуясь тем, что на счету было предостаточно средств, она сначала выложила двадцать лянов за повседневный наряд с обувью, а затем, поразмыслив и пощёлкав вещи, потратила ещё тридцать лянов на три комплекта древнекитайской одежды.
Один — голубой, два — белых, в придачу к ним шла пара высоких сапог.
Ткань оказалась невероятно мягкой, наощупь напоминающей лёгкую марлёвку. И пусть на платьях не было сложных вышивок и прочих украшений, Ци Ань была просто влюблена в них.
Эти старомодные наряды, помимо своей красоты, вызывали у неё странное чувство ностальгии, словно ещё задолго до этого она привыкла одеваться именно так.
А может быть, кто-то носил подобное у неё на глазах, а она — она, судя по всему, оставалась безумно довольна и счастлива.
Прижимая одежду к груди, Ци Ань на мгновение погрузилась в задумчивость, а затем опомнилась и тихонько посмеялась над своей мнительностью: с чего бы ей вообще думать о таком?
Разделив вещи, она закинула их в стиральную машину, а немного подождав, аккуратно развесила на плечиках и убрала в шкаф.
Главные покои оказались просторнее прошлой спальни: помимо огромной кровати под балдахином, там стояли туалетный столик, письменный стол и платяной шкаф, занимавший целую стену.
Кондиционер исправно работал, поддерживая в комнате самую комфортную температуру. Разобравшись с одеждой, Ци Ань с блаженным вздохом рухнула на большую кровать, погасила свет и заснула.
Стоило ей только погрузиться в сон, как Цзи Юй в Пространстве сознания наконец смогла открыть глаза.
Хотя Цзи Юй и испытывала досаду из-за этого ограничения — действовать удавалось лишь после того, как хост погружался в глубокий сон, — ей приходилось подчиняться правилам.
Перемещение человека в этот мир стоило ей слишком большого количества энергии. И хотя её тело уже обрело плотность в районе груди, до полного восстановления внутренних органов, жизненно важных для человеческого организма, требовалось ещё какое-то время.
Впрочем, она никуда не спешила: хост теперь всё лучше и лучше зарабатывала деньги, и, пожалуй, прежде чем её собственное тело окончательно материализуется, многие обитатели этого иного мира успеют выразить ей свою благодарность.
А что до преследования со стороны Главного бога — Цзи Юй верила, что без поддержки Божественного артефакта на преодоление Мировой границы тем понадобятся уймы времени и энергии.
Когда её плоть полностью восстановится, а сама она воссоединится с Божественным артефактом, можно будет больше не опасаться преследования посланцев.
Пристроившись рядом с Ци Ань, Цзи Юй склонилась к ней и снова припала к манящим губам, по которым так долго скучала. Лишь когда она почувствовала, что силы начинают утекать слишком быстро, она с тяжёлым сердцем вернулась в Пространство сознания.
Ци Ань, которую бессовестно тискали во сне, продолжала спать крепким сном. На этот раз ей наконец удалось поймать силуэт человека, являвшегося ей в сновидениях.
Белые, как снег, одежды, водопад чёрных волос, непостижимо изящная фигура — пусть черты лица и расплывались, всё вокруг казалось до боли знакомым и источало абсолютное спокойствие.
Заставив незнакомку повернуться к ней лицом, Ци Ань вновь обнаружила, что черты скрыты туманной дымкой и рассмотреть их невозможно.
На мгновение Ци Ань охватило разочарование, но она быстро взяла себя в руки, крепко взяла её за руку и так, в тишине, пошла рядом с ней по бескрайней водной глади.
Поверхность воды отражала мириады звёзд и выглядела настолько прекрасной, будто принадлежала не этому миру. Ци Ань и её загадочная спутница шли молча, но сердца их согревал тонкий, струящийся ручейком невидимый тепл.
Стоило ей проснуться, как всё увиденное в сне снова выветрилось из головы. Встав с постели, она почистила зубы, умылась и распахнула дверь чайного домика, готовясь к открытию.
……
Малышка Сяо Жу и впрямь оказалась на редкость работящей: с самого раннего утра она сварила кашу и, завидев выходящую хозяйку, тут же поднесла ей миску ещё дымящегося рисового супа.
Ци Ань позавтракала вместе с остатками вчерашней еды, а затем велела девочке прибраться и идти помогать в залу.
Стоило распахнуть двери чайного домика, как снаружи обнаружилось немало ожидавших людей. Увидев, что хозяйка вышла, они по одному потянулись внутрь поглазеть на диковинки.
В большом зале стояло множество столов и стульев, прибавилось и вентиляторов, но больше всего привлекала внимание новая витрина за прилавком, сплошь уставленная самыми разными товарами.
Самые расторопные уже успели сбегать на второй этаж и, усевшись за один из столов, вовсю рассказывали остальным о тамошней планировке.
Впрочем, рассказывать особо было нечего: сплошные отдельные кабинеты, доступ в которые Ци Ань ещё не перенастроила, так что пока они оставались закрытыми.
Тем не менее толпа бурно всё обсуждала. Ци Ань спокойно стояла за стойкой, прислушиваясь к разговорам и время от времени обслуживая покупателей, желавших приобрести какую-нибудь мелочь.
С тех пор как хозяин лавки всякой всячины из уездного городка стал время от времени наведываться сюда за оптовыми партиями товара, управляющие других подобных лавок тоже то и дело отправляли людей за закупками.
Ци Ань не собиралась отнимать у них хлеб, поэтому изрядную часть цен на товары предусмотрительно завысила, оставляя местным лавочникам возможность вести свой бизнес.
Однако находилось немало и старых постоянных клиентов, которым нравилось заглядывать сюда, чтобы выпить пиалу чая или съесть миску лапши, а заодно прикупить кое-каких вещиц перед уходом.
По этой причине самыми горячими часами в чайном домике выдавались раннее утро, когда народ сбегался на рынок, и самый полдень. В остальное же время здесь околачивались либо те, кто приходил бесплатно посидеть под вентилятором, либо посетители из соседнего ресторана, бегавшие сюда за напитками к хого.
Теперь, когда чайный домик расширился, просторный зал едва вмещал всех желающих. Велев Сяо Жу оставаться за прилавком, Ци Ань уединилась в тихом дворике.
Вспомнив, что в её покоях есть телевизор, она поднялась с места, зашла внутрь и включила прибор, но к своему разочарованию обнаружила там всего один единственный канал.
Ну и ладно, один канал всяко лучше, чем ничего. Ци Ань посидела, немного посмотрела на экран, но в конце концов не вынесла потока бесконечных ты бессердечная, ты устраиваешь бессмысленный скандал.
Дорогая Цюн-ая была просто невероятна — даже забравшись в эту глушь, можно было продолжать страдать от её культовых драм.
Раз уж она сама смотреть на это не могла, возможно, посетителям в зале такое придётся по вкусу. Мысль об этом подтолкнула Ци Ань к действиям: через панель управления Системы она перенесла телевизор прямиком в главный зал.
Кликнув на сохранение изменений, она не спеша вышла наружу и, как и ожидалось, в зале тут же разверзся настоящий хаос.
Сяо Жу, стоявшая за стойкой, завидев хозяйку, подбежала к ней с расспросами. Узнав, что эта новая штуковина сродни балаганному представлению, она с облегчением похлопала себя по груди, вернулась на своё место и с гордым видом принялась объяснять ошеломлённым гостям диковинные свойства телевизора.
Благодаря такому мощному стимулу в виде экрана, зал чайного домика был забит под заввязку, и помимо звуков, доносившихся из телевизора, в помещении не раздавалось ни звука.
Ай Роу, переступившая порог в сопровождении трёх служанок, от неожиданности даже вздрогнула. Она уставилась на квадратную коробку, висящую на стене напротив входа, откуда доносились душераздирающие крики и призывы.
Поглазев на неё с любопытством, Ай Роу тут же ощутила, как в голове всплывают образы умоляюще простёртых рук.
Оглядев заведение и не найдя Ци Ань, она перехватила Сяо Жу, как раз вовсю увлечённую зрелищем:
— Где сестрица Ци? Я привела людей, как мы и договаривались.
Придя в себя, Сяо Жу улыбнулась:
— Управляющая во внутреннем дворе, барышня, подождите минутку, я позову её.
http://bllate.org/book/33382/4101182
Готово:
