Как такое возможно?
Разве Ваньвань может быть Лу Фэнвань?
У Нин Тао в голове царил полный кавардак, а мысли спутались в тугой клубок. Потеряв всякий дар речи, она услышала, как Лу Фэнвань снова позвала её:
— Таотао? Ты слушаешь?
— Я, я слушаю…
Становилось ещё похожее.
Нин Тао в растерянности нахмурила изящные брови, кусая свои нежно-розовые губы. Когда она в нерешительности раздумывала, что же ответить, за дверью спальни раздался радостный шум:
— Нин Таотао! Я вернулась!
Это была Фу Цзинцзин.
Нин Тао мысленно с облегчением выдохнула и тут же нашла предлог:
— Цзинцзин вернулась, я сначала пойду к ней. А насчёт того, чтобы созваниваться перед сном — давай в другой раз. Ты, раз уж простудилась, ложись спать пораньше, спокойной ночи.
Лу Фэнвань: «……»
Лу Фэнвань осталась недовольна.
Она не понимала: неужели Фу Цзинцзин настолько важна? Неужели важнее неё самой, собственной девушки?
Но Лу Фэнвань не знала, что Нин Тао в этот момент фактически спасалась бегством.
Выходя из комнаты, она даже надела тапочки задом наперёд, а на лице её застыло растерянное выражение, словно она заблудилась в густом тумане.
— Пфф, с тобой всё в порядке? — Фу Цзинцзин закатила чемодан в комнату и спросила Нин Тао: — Почему у тебя такой потерянный вид?
Нин Тао не знала, что ответить.
Фу Цзинцзин подсказала:
— У тебя же тапочки задом наперёд надеты!
Нин Тао опустила взгляд на свои ноги, подошла к столу, села на стул и переобула их правильно.
Она всё ещё помнила, что у Ваньвань была точно такая же пара розовых тапочек с кроликами — их подарила она.
Тогда, купив эти тапочки и ощутив, как они удобны, она тут же посоветовала их Ваньвань. Та ответила, что они ей нравятся, и Нин Тао, не раздумывая, заказала ещё одну пару для неё.
Фу Цзинцзин помахала рукой перед её лицом:
— Алло? Алло! Нин Тао, Нин Тао, неужели тебя бросили, Нин Тао? Или ты разочаровалась, увидев истинное лицо своей девушки по переписке? Скажи, а твоя девушка по переписке случайно не парень, который притворяется женщиной, чтобы тебя обмануть?
— Всё гораздо хуже.
Впопыхах наступив на тапочки, Нин Тао побежала в свою комнату и отправила сообщение Ваньвань: 【Ты всё ещё ношишь те розовые тапочки с кроликами, которые я тебе подарила?】
【Ношу каждый день.】
【В конце концов, их подарила моя Таотао.】
Написав это, Ваньвань тут же прислала Нин Тао фотографию своих ног в тапочках.
Это были очень красивые стопы — белые, пропорциональные, от природы изящные. Даже будучи обутыми в дешёвые розовые тапочки, они не теряли своего благородного и чарующего облика.
Даже глядя на этот снимок крупным планом, можно было легко догадаться, что их хозяйка — невероятная красавица.
Нин Тао замерла.
Нин Тао отказывалась в это верить.
Неужели прекрасная женщина-президент с миллиардным состоянием действительно станет носить с ней парные тапочки за двадцать юаней?
Это совершенно не укладывалось в логику.
Состояние Нин Тао было слишком странным. Фу Цзинцзин искренне за неё переживала, поэтому бросила разбирать чемодан и зашла в комнату подруги.
Там она застала Нин Тао за тем, что та неотрывно пялилась на изящные женские ножки на экране телефона.
— Тц-тц-тц, глаза бы мои на это не смотрели, — Фу Цзинцзин закрыла глаза рукой и со смехом поддразнила её: — Нин Тао, что это у тебя за странные фетиши?
Однако Нин Тао вдруг вскочила и вытащила её из комнаты.
— Цзинцзин, — Нин Тао выглядела очень встревоженной. — Сделай мне одолжение, ты мне сейчас очень нужна.
Прекратив подшучивать, Фу Цзинцзин спросила:
— Какая услуга? Говори.
Нин Тао поспешно произнесла:
— Я сейчас позвоню тебе по голосовой связи, а ты скажи мне пару слов. Я хочу послушать, есть ли разница с тем, как ты звучишь в реальной жизни.
Хотя Фу Цзинцзин ничего не поняла, она всё же послушно выполнила просьбу.
Нин Тао закрыла двери обеих комнат, надела наушники и услышала голос Фу Цзинцзин:
— Алло-алло-алло? Слышно? Что мне тебе сказать? Просто любую чушь? Хочешь, я тебе стихотворение про лунный свет у кровати прочитаю?
— Достаточно.
Нин Тао положила телефон, вернулась в комнату Фу Цзинцзин и попросила та снова что-нибудь сказать.
Фу Цзинцзин принялась читать стихи.
Закончив, она внимательно вгляделась в лицо Нин Тао и осторожно спросила:
— Что в конце концов произошло? Можешь мне рассказать? Если совсем прижмёт, мы можем даже в полицию обратиться. Не держи всё в себе, так и заболеть недолго.
— Мне кажется… — на лице Нин Тао читалось полное потрясение основ бытия. — Мне кажется, голос Ваньвань так похож на голос Лу Фэнвань. То ли мне послышалось, то ли… они один и тот же человек.
Фу Цзинцзин: «!!!»
Ночь стояла глухая. Луна и звёзды скрылись за наплывающими грозовыми тучами, не пропуская ни лучика света — точно так же, как и тяжёлые, смятенные мысли Нин Тао в этот момент.
Фу Цзинцзин уже расхотелось разбирать вещи. Размашисто оттолкнув чемодан в сторону, она придвинула стул к Нин Тао и взволнованно воскликнула:
— Точно! Как же я раньше до этого не додумалась? Лу Фэнвань — Фэнвань — Ваньвань — Ваньвань! Это же один и тот же человек!
Нин Тао беспомощно возразила:
— Но ведь Ваньвань — это просто её ник в сети.
Фу Цзинцзин спросила:
— А ты знаешь её настоящее имя?
Нин Тао ответила:
— Конечно знаю! Несколько лет назад, когда я отправляла ей посылку, она назвала мне своё настоящее имя и оставила контактные данные.
Фу Цзинцзин:
— И ты уверена, что это её настоящее имя?
Нин Тао осеклась под этим вопросом.
У неё не было феноменальной памяти, а с тех пор прошло немало времени, и в деталях она уже не была так уверена.
Она помнила лишь то, что в самом начале подарки присылала ей Ваньвань. Позже, когда Нин Тао захотела сделать ответный подарок, она попросила у Ваньвань её имя, адрес и контакты.
Фу Цзинцзин полюбопытствовала:
— И как же зовут Ваньвань по-настоящему?
Нин Тао неуверенно произнесла:
— Ван Чуньцзюань.
Фу Цзинцзин:
— Ван кто?
Нин Тао повторила:
— Ван Чуньцзюань.
Фу Цзинцзин:
— Какая ещё Чуньцзюань?
Нин Тао громко крикнула:
— Ван Чуньцзюань! Ван Чуньцзюань!
Фу Цзинцзин расхохоталась на всю комнату:
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Её буквально сгибало от смеха. Утирая слёзы в уголках глаз, она спросила Нин Тао:
— С какого перепугу ты начала встречаться в сети с женщиной по имени Ван Чуньцзюань?
— И что не так с именем Ван Чуньцзюань?! — возмутилась Нин Тао. — Не занимайся дискриминацией по именам!
— Я не дискриминирую, — продолжая хихикать, ответила Фу Цзинцзин. — Просто мне кажется, что так зовут женщин поколения наших мам. Ты уверена, что встречаешься не с какой-нибудь тётушкой?
Нин Тао: «……»
Заметив, как у Нин Тао покраснели миндалевидные глаза и она вот-вот готова заплакать от обиды, Фу Цзинцзин тут же перестала подшучивать. Сделав серьёзное лицо, она произнесла:
— Прости, это моя вина, я не должна была смеяться. Давай вернемся к нашему первому вопросу…
Нин Тао со стуком ударила ладонью по столу, вскочила на ноги, и её шерстка мгновенно встала дыбом:
— Если Ваньвань — это не какая-то Ван Чуньцзюань, а Лу Фэнвань, значит, она всё это время намеренно меня обманывала! Столько лет я отправляла ей посылки, заказывала доставку еды, дарила подарки, и в графе получателя столько раз было написано Ван Чуньцзюань! Неужели все эти годы я была неправа?!
Чем больше Нин Тао об этом думала, тем сильнее наворачивались слёзы обиды, а голос её начал дрожать:
— Как она могла меня обмануть? Из-за того, что она богатая наследница, дочь влиятельных родителей, она решила подстраховаться и придумала вымышленное имя? А я ведь сразу назвала ей своё настоящее имя — Нин Тао! Как она могла так со мной поступить… Четыре года! Мы знакомы четыре года! Даже если в самом деле сначала было какое-то недоверие, прошло уже столько времени, а она всё ещё мне не доверяла?
Фу Цзинцзин растерялась от её слез. Поскребся в затылке, она вытащила пару салфеток и протянула Нин Тао, пытаясь успокоить:
— Не плачь, Таотао. Подумай сама, разве это не хорошая новость? Ну посуди: Лу Фэнвань — писаная красавица, писаная красавица в полном смысле этого слова, к тому же богатая и успешная. Встречаться с такой — сплошная выгода…
— Какая же это выгода, ууу-у-у! Я была с ней так честна, я раскрыла ей душу, я рассказывала ей абсолютно всё! А она от начала и до конца меня обманывала! Она даже говорила, что её семья владеет фруктовым садом, и показывала мне скриншоты магазинов на Таобао и Пиньдуодо…
Нин Тао была близка к истерике. Слёзы градом катились по её лицу, размазывая тушь по белым щечкам.
Фу Цзинцзин принялась поглаживать её по спине:
— Не злись, не злись.
Всхлипывая так, что не хватало воздуха, Нин Тао простонала:
— Тебе кажется забавным надо мной издеваться? Тебе весело меня обманывать?
Нин Тао не могла вынести такой несправедливости.
Швырнув очки в сторону, она решительно и воинственно умчалась в свою комнату, твердо намерена как следует допросить свою девушку из интернета.
Но, напечатав длинное сообщение, она вдруг остановилась.
А вдруг она всё перепутала?
В конце концов, в мире немало людей с похожими голосами. Может быть, Ваньвань просто простудилась, и её голос изменился, из-за чего и возникло сходство с Лу Фэнвань?
Вдруг она поступила слишком опрометчиво?
Нин Тао принялась стирать напечатанное слово за словом. Пролистав историю перепискок вверх, она внезапно замерла на фотографии сока.
Нин Тао снова побежала в комнату Фу Цзинцзин.
Лицо её пылало от стыда, ей было невероятно неловко:
— Цзинцзин, кажется, я всё-таки ошиблась.
— А? — не поняла Фу Цзинцзин. — Разве тут можно ошибиться? Лу Фэнвань и Ваньвань — звучит как один человек. По-моему, тут всё очевидно.
Нин Тао закрыла лицо одной рукой, протянула телефон подруге и произнесла:
— Эх, смотри.
Фу Цзинцзин ничего не поняла.
Тогда Нин Тао объяснила:
— Сок, который я заказала ей утром, доставили к ней домой, и она даже сфотографировала его для меня. Но это место находится ужасно далеко от Цзянчжоу! Не могла же Лу Фэнвань полететь туда только для того, чтобы забрать сок и сфотографировать его для меня?
Нин Тао продолжила:
— К тому же, я слышала, что Лу Фэнвань несколько лет жила в Европе. Но когда я общаюсь с Ваньвань, я вообще не чувствую никакой разницы в часовых поясах! Утром она всегда желает мне доброго утра и напоминает позавтракать, а вечером — говорит ложиться спать и желает спокойной ночи…
Нин Тао мученически обхватила голову руками, и чем больше думала об этом, тем сильнее её грызла совесть:
— Это я во всём виновата. Как я вообще могла усомниться в Ваньвань? Это всё я виновата, не стоило мне читать этот роман Властная женщина-президент влюбилась в меня! Начитавшись таких книг, я сама себе навоображала, будто моя девушка по переписке — генеральный директор… Ууу, как я могла до такого додуматься? Я же чуть не сорвала злость на Ваньвань, чуть не выпалила это грёбанное мы расстаемся, ты лгунья… Хорошо, что я вовремя остановилась.
Чем дольше Нин Тао думала об этом, тем более неловко ей становилось. Закрыв лицо руками, она бросилась на кровать, свернулась клубком под одеялом и принялась виновато бубнить себе под нос:
— Я плохая девочка, я плохая девочка…
Фу Цзинцзин тоже впала в растерянность.
Значит, Ваньвань всё-таки не Лу Фэнвань?
Но почему же её собственное шестое чувство подсказывало обратное?
— Может, завтра, когда увидишься с Лу Фэнвань, попробуешь её как-нибудь прощупать? — предложила Фу Цзинцзин.
Нин Тао высунула голову из-под одеяла и заявила:
— Ещё чего!
Она и так не должна была сомневаться в Ваньвань. Теперь, когда она осознала свою ошибку и вовремя всё исправила, продолжать вести себя подозрительно и пытаться испытать Лу Фэнвань означало бы предать те четыре года отношений, что связывали её с Ваньвань.
В конце концов, если подумать, её Ваньвань ну никак не могла оказаться Лу Фэнвань.
Ваньвань была нежной, милой, терпеливой, заботливой и очень простой в общении — идеальная девушка, созданная для уютного домашнего очага.
А Лу Фэнвань? Та обладала лишь смазливой внешностью и не более.
Пока Нин Тао размышляла об этом, от любимой пришёл милый стикер: сначала котик робко выглядывал из-за угла, потом умильно катался по полу, а в конце шло текстовое сообщение: 【Уже уснула?】
Разве могла та холодная и надменная женщина-президент отправлять подобные стикеры?
От одной этой мысли становилось не по себе.
Нин Тао с облегчением выдохнула и ответила Ваньвань: 【Собираюсь спать.】
【Тогда спокойной ночи.】
К сообщению прилагался стикер с поцелуйчиком.
— Наверное, я просто накрутила себя, — Нин Тао постучала себя по голове, чувствуя, как от стыда горят щеки.
Как сильно Ваньвань любила её! В каждом её слове сквозила любовь, в то время как та прекрасная женщина-президент смотрела на неё исключительно с равнодушием и не выказывала ни малейшей симпатии.
Успокоив себя этими мыслями, Нин Тао умылась и легла спать.
Ранним утром следующего дня, когда она уже пришла на работу, её настигло напоминание от Лу Яоюэ:
— Таотао, ты отвезла сумочку в кабинет генерального директора?
Нин Тао хлопнула себя ладонью по лбу.
Точно! Ей же ещё нужно отнести сумку Лу Фэнвань.
Но если она просто занесёт её и сразу уйдёт, вряд ли что-то случится, правда?
Взяв сумку, Нин Тао отправилась в офис и, выбрав удобный момент ближе к полудню, подошла к дверям кабинета генерального директора.
Нин Тао не горела желанием видеться с Лу Фэнвань и собиралась просто передать сумочку секретарю, но у того вдруг прихватило живот, и, открыв ей дверь, он тут же со всех ног бросился в туалет.
Нин Тао пришлось пересилить себя и шагнуть внутрь.
Лу Фэнвань разговаривала по телефону. Её аура подавляла всё вокруг, а слова звучали холодно и резко. Нин Тао не смела прерывать её в такой момент, поэтому просто застыла столбом на месте.
Пока Лу Фэнвань не повернулась к ней и бесстрастно не бросила:
— Принесла вещи?
Нин Тао оцепенело кивнула.
Лу Фэнвань сказала:
— Можешь положить вон там.
— Хорошо.
Бросив коробку на стол, Нин Тао уже собиралась ретироваться, как вдруг услышала голос Лу Фэнвань:
— Где Сяо Ли?
Тот самый секретарь?
Нин Тао честно ответила:
— Ушёл в туалет.
Тон Лу Фэнвань остался ровно-бесстрастным:
— Тогда завари мне чашку кофе.
Зáва… заварить кофе?
Прекрасная женщина-президент слегка приподняла брови, глядя на неё с едва заметной усмешкой:
— Не умеешь?
— Умею, умею.
Нехотя приблизившись, Нин Тао заварила чашку теплого кофе и поставила её на стол перед Лу Фэнвань.
Однако Лу Фэнвань подняла руку.
Она всё еще продолжала рабочую беседу по телефону, и судя по жесту, ей требовался кофе. У Нин Тао отвисла челюсть. Неужели она должна была подать кофе прямо в руки этой женщине?!
Как же тяжело работать секретарём у генерального директора!
Взяв чашку обеими руками, Нин Тао попыталась аккуратно поставить её поближе к руке Лу Фэнвань. Не заметив ступеньку под ногами, она споткнулась: хотя ей и удалось чудом удержать равновесие, чашка вместе с тёплым кофе выплеснулась прямо на искусно сшитую рубашку Лу Фэнвань.
Нин Тао: «!!!»
Спасите! Почему она такая неуклюжка?!
И к тому же — облить начальника кофе! Разве это не сценарий из старых романов о властных генеральных директорах? А учитывая, что её только что застукали за чтением книги Властная женщина-президент влюбилась в меня, Лу Фэнвань наверняка решит, что она специально разыгрывает классический сюжет, чтобы соблазнить начальницу!
Что же делать, что же делать?!
Нин Тао сгорала от стыда. Охваченная растерянностью, паникой и готовыми брызнуть из глаз слезами, она увидела, как пострадавшая от кофейного душа прекрасная генеральный директор неторопливо подняла на неё взгляд и произнесла:
— Чего застыла?
— Простите, простите! — придя в себя, Нин Тао в панике вытащила пачку салфеток и принялась судорожно оттирать рубашку Лу Фэнвань.
В тот самый момент, когда её кончики пальцев коснулись тела женщины, Нин Тао отчётливо услышала в тишине:
— Какая же Таотао милашка.
Нин Тао: «???»
Испуганно подняв голову, она посмотрела на лицо Лу Фэнвань — красивые, изящные губы начальницы даже не шевелились, но она снова услышала этот голос:
— Хочу её поцеловать.
Нин Тао: «???!!»
http://bllate.org/book/33425/4106289
Готово: