Ливень всё не прекращался, холодные струи хлестали прямо по голове и лицу, из-за чего этот всегда безупречно одетый молодой господин выглядел донельзя жалко.
Шэнь И подоспел чуть позже и, увидев это, поспешно прикрыл голову Вэнь Вэя плащом, обнял за шею и мягко заговорил, утешая:
— Здесь очень опасно, Вэнь-гэ, давай сначала отойдем назад, ладно? Я велю людям связаться с речной патрульной службой, он, он... Что бы ни случилось, мы обязательно его найдем.
Вэнь Вэй резко обернулся. Его взгляд был настолько страшным, что Шэнь И испугался и оборвал себя на полуслове.
— Что ты имеешь в виду? — Вэнь Вэй еще никогда не разговаривал с ним столь давящим тоном. — Ты думаешь, с ним может случиться несчастье? Ты думаешь, он умрет?!
— Я не... — Шэнь И немного запаниковал. — Помощник Цзян, у, у него ангельский характер, он избежит беды...
Не успели они закончить внутренние распри, как неподалеку вниз по течению вдруг раздался шум.
Вэнь Вэй резко повернулся в ту сторону, с необычной проворностью вскочил на ноги и быстро побежал туда.
Шэнь И остался на месте, лицо у него было довольно неприятным.
В отличие от Вэнь Вэй, в таком ненормальном состоянии он еще когда Вэнь Вэй припарковал машину, обратил внимание на несколько автомобилей, следовавших прямо за ними, и дроны, кружившие в воздухе.
Черт... Как это дело могло привлечь внимание его фанатов и даже СМИ?
Цзян Лин — неужели он не мог уйти из жизни тихо?! Ну как у него получается, даже дойдя до такого состояния, продолжать портить ему нервы!
Но ему пришлось плестись следом. Шагая за остальными, он думал о том, что для Цзян Лина было бы лучше всего оказаться уже мертвым. Главное, чтобы он не был полуживым и в беспамятстве не выболтал чего-то лишнего.
Дождь усиливался, казалось, в небе образовалась брешь. Шэнь И старался не раскрывать зонт, выказывая на лице тревогу и заботу.
Он видел, как Вэнь Вэй протискивается сквозь толпу. Вэнь Вэй потерянно орал на репортеров, а на самом краю стояло несколько молодых фанатов с растерянными лицами.
Цзян Лин лежал в объятиях Вэнь Вэя с плотно закрытыми глазами, промокшие черные пряди прилипли к его лицу и вискам, отчего и без того вымоченная водой кожа казалась белой как бумага.
Его руки безвольно раскачивались в такт движениям Вэнь Вэя, выглядя совершенно бессильными, словно он действительно...
Восторг в глубине души Шэнь И еще не успел полностью подняться на поверхность, как он увидел, как эти проклятые ресницы дрогнули, и Цзян Лин очень слабо приподнял веки, обнажая светлые зрачки без малейшего проблеска света.
Вэнь Вэй безмерно обрадовался:
— Цзян Лин! Цзян Лин, посмотри на меня! Всё хорошо, я пришел забрать тебя домой, теперь я во вс...
Неизвестно, какое именно слово послужило триггером, но Цзян Лин вдруг вздрогнул, в его глазах вспыхнул глубокий ужас, и он отчаянно забился, пытаясь вырваться из объятий Вэнь Вэя!
— Не двигайся, Цзян Лин, не двигайся, — Вэнь Вэй крепко прижимал его к себе, демонстрируя предельную нежность. — Я всё понял, я защищу тебя, я буду защищать тебя всю оставшуюся жизнь.
— ...
Фанаты и репортеры, вынужденные наблюдать за этой страстной сценой, невольно переглянулись.
Дроны с жужжанием фиксировали происходящее на камеру, но фанаты Шэнь И не выдержали.
— Генеральный директор Вэнь, он же хулиган и тиран! А то, как он раньше издевался над нашим Сяо И, мы теперь просто спишем со счетов?
— Чего он тут разыгрывает драму? Специально ждал, пока все соберутся, чтобы притвориться самоубийцей? Слишком хитро...
— Боже мой, генеральный директор Вэнь, вы не можете вестить на его обман! Шэнь И ведь тоже здесь!
— Такие люди, даже если умрут — это всего лишь крушение кармического закона!
На фоне всеобщего шума слабый и хриплый голос прозвучал так тихо, что едва не потонул в волнах криков, продолжавших клеймить его позором.
— ...Я буду послушным, — взгляд Цзян Лина блуждал, казалось, он говорил с Вэнь Вэем, а может, смотрел на что-то ужасное. — Я старался, я так старался... Я больше не появлюсь...
Он умолял то несуществующее нечто:
— Оставь меня в покое, пощади этих детей... Я могу умереть, умоляю тебя, пощади этих детей...!
Истинный и ложный белый лунный свет (15)
— Что за чушь он несет?
— Он сошел с ума или притворяется... Хочет откосить от наказания под видом психически больного?
Яркие вспышки камер вспыхивали непрерывно, и эти голоса — побольше и поменьше — напоминали бушующий прибой. В глазах Цзян Лина блеснули слезы, он отчаянно пытался закрыть лицо руками.
Казалось, он слышал эти голоса, а казалось — уже не слышал ничего; рука, что во время мольбы так крепко сжимала воротник Вэнь Вэя, разжалась и бессильно соскользнула вниз.
Он, похоже, немного пришел в себя, словно силясь выпрямить свое разбитое тело.
— Это, это моя вина, — спасенный из воды молодой человек прикрыл глаза. И хотя он даже наполовину не мог выпрямиться, голос его звучал отчетливо и последовательно: — За неподобающее давление на участника Шэнь И в прошлые годы, попытку завладеть чужими заслугами, а также за использование в этот период общественных ресурсов я искренне приношу всем свои извинения и готов понести все законные и моральные наказания.
Вэнь Вэй опешил:
— Цзян Лин, что ты нес...
Его рука, висевшая вдоль тела, была крепко сжата ледяной и влажной ладонью, и он невольно умолк.
Цзян Лин прямо, без тени избегания, смотрел на те несколько дронов, и хотя он был слаб, в нем не было ни капли жалкости или робости.
Он слегка кашлянул, словно желая избавиться от всего разбитого и разрушенного.
— Всё это — исключительно моя халатность. Я злоупотребил властью, обманывал вышестоящих и скрывал правду. Компания не знала о том, что я творю, и как только всё вскрылось, меня в тот же момент отстранили от должности и вынесли строгое наказание.
Выражение лица Вэнь Вэя было сложным, он до боли прикусил губу изнутри.
Такой Цзян Лин был ему настолько знаком, что на мгновение он даже впал в заторможенность, словно находясь на месте бесчисленных пресс-конференций по урегулированию кризисов.
Но ведь всё было совсем не так! Цзян Лин только что чудом избежал смерти, и ничего из того, в чем его обвиняли, он не совершал. К тому же он уже знал, через что Цзян Лин прошел в прошлом.
Как он мог быть настолько подлым, чтобы, зная обо всем, с чистой совестью наслаждаться подобным «обслуживанием»?
— ...Нет! — громко произнес Вэнь Вэй. — Это не так! Ты не такой человек, я верю тебе!
Шэнь И, стоявший позади него: «...»
Цзян Лин тоже на мгновение замер:
— Генеральный директор Вэнь...
Вэнь Вэй крепко обнял его и под изумленные возгласы зевак резко поднялся на ноги.
— Освободите дорогу, — властно и глухо произнес он. — Я забираю его домой.
Этот поступок стал подобен удару по осиному гнезду.
Не только фанаты Шэнь И выразили крайнее возмущение, но и несколько прибывших на место репортеров оживились.
Нашлись те, кто задавал вопросы в строгом тоне:
— Каковы ваши отношения? Генеральный директор Вэнь собирается покрывать проштрафившегося топ-менеджера, уволенного из компании?
Разнообразные намеки сыпались со всех сторон:
— Разве генеральный директор Вэнь не собирается жениться на Шэнь И? Почему вы так заботитесь о человеке, который стравливал людей и буллил Шэнь И?
Нашлись и те, кто посмелее и попрямоместей:
— Цзян Лин — третий лишний между вами?
К счастью, у Вэнь Вэя оставалась капля хладнокровия, и он помнил о только что опубликованном компанией заявлении с осуждением Цзян Лина, что уберегло его от откровенного позора.
— Что касается событий прошлых лет, я думаю... думаю, он уже понял свою ошибку.
Внешне Вэнь Вэй выглядел спокойным, но не мог не заметить, как в тот момент, когда он произнес эти слова, на лице Цзян Лина на миг мелькнуло выражение полной отрешенности.
В ту же секунду его переполнило до предела чувство вины.
Цзян Лин всегда был так искусен в умении терпеть, а он сам в какой-то момент превратился в сообщника палачей.
Но... он ведь всегда хорошо относился к Цзян Лину, и в будущем будет относиться еще лучше. А сейчас, ради компании, ему пришлось поступить с ним несправедливо — всего один этот раз.
А вот Шэнь И среагировал мгновенно. Он шагнул вперед, словно помогая Вэнь Вэю удерживать Цзян Лина, и перевел все камеры на себя.
Лицо этого утонченного юноши выражало мягкость и кротость:
— Во всем этом есть определенное недоразумение. Все эти годы мы с Вэнь Вэем были душой и сердцем преданы друг другу, и помощник Цзян тоже оказал мне немало помощи.
— Поэтому я думаю, что благодаря этой любви я уже смогла выйти из тени прошлого и давным-давно простила его.
— Помощник Цзян — член семьи Вэнь Вэя и его партнер на протяжении многих лет. Я понимаю их чувства и прошу всех не предаваться излишним домыслам.
Слова были сказаны красиво, но в них сквозило именно то чувство сдержанности и обиды, которое было нужно.
Фанаты разъярились еще сильнее.
— Не нужно так себя обижать! Мы всегда будем твоим надежным тылом!
— Плачу, Сяо И, ну почему ты не перестаешь быть таким добрым? Он же получил по заслугам, с какой стати ты должна проявлять великодушие...
— Хотя мы верим генеральному директору, стоит опасаться расчетливых людишек, ищущих выгоду!
Обстановка мгновенно стала хаотичной. Репортеры вклинивались в любую щель, пытаясь выудить хоть какую-то сенсацию, дроны с жужжанием норовили врезаться людям прямо в лица, а фанаты Шэнь И толкались и пихались, превращая всё в сплошной балаган.
В уголке, куда никто не смотрел, уголки губ Цзян Лина изогнулись в едва заметной улыбке.
В тот же миг запястье Вэнь Вэя словно кольнуло чем-то острым. Инстинктивно ослабив хватку, он уже не успел ничего исправить — в его руках внезапно стало пусто.
Бледные пальцы Цзян Лина уперлись в землю. Эти пальцы были столь худыми, что вены на запястьях отчетливо выделялись под кожей.
Он оцарапал кожу о неровные камни, и ярко-алая кровь выступила наружу, змейками застыв между пальцами, являя собой жутковатое зрелище.
Увидев кровь, фанаты Шэнь И на долю секунды притихли, чувствуя свою неправоту, но расходиться и позволить им уйти никто не собирался.
...
Посреди царившего хаоса у кого-то зазвонил телефон. Находясь на пике эмоций, владелец сбросил вызов, даже не взглянув на экран, но мелодия заупрямилась и зазвонила снова.
Наконец кто-то изнервничался, смахнул пальцем экран, но стоило ему взглянуть на дисплей, как он замер на месте, а лицо его полностью переменилось.
Тихий шепоток пополз по толпе, подобно искрам, разгорающимся в углу, распространяясь с пугающей скоростью. Казалось, с определенного момента телефоны абсолютно у всех зазвонили как безумные, и самые разные рингтоны зазвучали один за другим.
Предельное изумление или замешательство словно передавались по воздуху: вопросы и даже ругань стихали сами собой. Все переглядывались друг с другом, и в считанные мгновения некогда кипевший берег реки погрузился в мертвую тишину.
http://bllate.org/book/33436/4108349
Готово:
