— Привет, простите, вы кто?
Ао Жунь первым обратился к этому человеку.
Мужчина был худощавым и стройным, с бледной кожей и полудлинными волосами, черными как смоль. Обладая поразительно красивой внешностью и слегка приподнятыми уголками глаз, он производил впечатление человека, в котором неуловимо переплетались черты как мужской, так и женской красоты. Ао Жунь чувствовал, что это лицо было, пожалуй, самым прекрасным из всех, что он видел за столько лет пребывания в мире людей. Стоило этому незнакомцу надолго зафиксировать на нем взгляд своих глаз, в которых таинственно мерцал глубокий синий отблеск, как Ао Жунь начинал испытывать какое-то странное смущение и напряжение.
Тот человек ничего не ответил. Помолчав пару секунд, он вдруг залился густым румянцем с ног до головы, после чего торопливо отвернулся.
Ао Жунь: ???
В этот момент он заметил, что на мужчине надета форменная одежда их Океанариума. Белая рубашка сверху, черные брюки снизу — на обычном человеке этот заурядный наряд сразу выдавал униформу, но на нем он смотрелся так изысканно, будто это был показ мод от кутюр.
Слишком… слишком сильно. — мысленно восхитился Ао Жунь.
— Вы сотрудник нашего океанариума? — Ао Жунь был вынужден заговорить хоть о чем-то.
Мужчина отвернулся, не глядя на Ао Жуня, и едва заметно кивнул.
Странно. Если бы в Океанариуме работал сотрудник с таким уровнем внешности, как Ао Жунь мог его совершенно не помнить? Даже если бы его приняли не лично, с такой красотой он неизменно пользовался бы огромной популярностью у девушек-сотрудниц, но Ао Жунь, будучи директором, никогда об этом не слышал.
К тому же… Ао Жунь обошел этого человека справа — тот тут же повернул голову влево. Ао Жунь зашел слева — мужчина тут же перевел взгляд вправо.
Да от чего ты смущаешься! Разве не ты только что пялился на меня в упор!
Ао Жунь находил этого человека крайне странным; даже Ин Хуо, вечно нарушавший все мыслимые правила, не казался таким эксцентричным.
— Как тебя зовут? Ты пришел ко мне по какому-то делу?
— Бай Шао.
Наконец этот человек произнес свои первые слова. Голос его звучал мягко и приятно, отзываясь в ушах звоном горного ручья, отчего сердце Ао Жуня невольно дрогнуло.
Пропади оно пропадом, что за наваждение? Он только что был поражен красотой какого-то мужика.
Ао Жунь торопливо вздохнул, пытаясь успокоиться и взять себя в руки.
Он изо всех сил попытался отыскать это имя в памяти и почувствовал, что оно действительно звучит смутно знакомо — кажется, ему доводилось слышать его от кого-то другого. Вот только тогда он не придавал этому особого значения, а вдобавок к этому Бай Шао вел себя незаметно, из-за чего у Ао Жуня почти не осталось о нем воспоминаний.
— Эм, так ты ищешь меня по рабочим вопросам? — Ао Жунь задал вопрос, который волновал его больше всего.
Бай Шао сперва опешил, а затем медленно перевел взгляд на Ао Жуня. Опустив голову, он на мгновение задумался, а после серьезно кивнул.
Глядя на это строгое лицо, Ао Жунь, хоть и не понимал, о чем пойдет речь, поддался его настроению и тоже немного занервничал. Забыв о том, что с него все еще капает морская вода, он истово проникся миссией примерного директора и изобразил предельное внимание, наклонив голову, чтобы получше расслышать.
— Я…
— Мм?
— Я хотел сказать…
Ао Жунь подался ближе.
Бай Шао глубоко вздохнул:
— Не забудьте выключить свет после закрытия!
Сказав это, он со скоростью ветра испарился с места и пулей вылетел из дельфинария.
Ао Жунь проводил взглядом его удаляющуюся спину, а над его головой медленно возникли три вопросительных знака.
— Чего?..
Внезапно ему показалось, что над ним просто-напросто посмеялись.
Впрочем, стал бы какой-то работник устраивать подобные странные шуточки со своим начальником? Даже при том, что у Ао Жуня был отличный характер, он никогда не командовал подчиненными и всегда пользовался безупречной репутацией в коллективе, едва ли кто-то стал бы маяться дурью ради таких розыгрышей.
На время оставив раздумья, он непринужденно взмахнул правой рукой, словно стряхивая что-то с одежды.
В тот же миг прозрачные капли воды, послушные какой-то неведомой магии, сорвались с его одежды и волос, собираясь в единый водяной шар прямо на ладони. Ао Жунь бросил его в сторону — водяной шар с глухим звуком шмякнулся в стоявший неподалеку бассейн, подняв фонтан брызг и напугав высунувшую голову дельфина.
Что же до Ао Жуня, то он, совершенно сухой с головы до ног, направился прямо к выходу из павильона. Убедившись, что Бай Шао действительно покинул территорию Океанариума, он вышел за ворота.
Как и вчера, он собирался заглянуть к Ин Хуо в Гуаньюань. Независимо от того, сбежал этот паршивец на самом деле или с ним приключилась какая-то беда, раз его не было видно столько дней, нужно же дать хоть какое-то объяснение… Пусть даже его заберет полиция на чашечку чая за жалобы на безумно завышенные цены!
— Старик Чжан! Старик Чжан!
Невысокий старичок выглянул из магазинчика напротив. Поправив очки, он посмотрел на того, кто его звал, показал жест OK и расплылся в сальной улыбке.
Закончив кричать, Цай У торопливо одернул одежду, поспешно уселся обратно за прилавок, сделал вид, будто вовсе не заметил приближающегося Ао Жуня, и легонько потрепал стоявшего на насесте крупного попугая.
— Да здравствует император, да здравствует император, да здравствует император!
Стоило Ао Жуню войти, как эта разноцветная ара вдруг заговорила человечьим голосом, принявшись горланить эти четыре слова. Цай У испугался ее внезапной выходки, да и у самого Ао Жуня шерсть встала дыбом.
Он цапнул за хвост сидевшего в кармане пальто Ао Гуаня и, чувствуя, как эта крошечная птичья тушка отчаянно бьется под его рукой, издавая жалкие жалобные писки, наконец разжал пальцы. И едва он это сделал, ара словно очнулась ото сна — замолкла на полуслове и вновь принялась тупо пялиться перед собой, вернувшись в прежнее дурацкое состояние.
Он так и знал, что это проделки Ао Гуаня.
— Вот чудеса-то, — Цай У подпрыгнул на стуле и бросился навстречу Ао Жуню. — Только вы вошли, как мой великий царь выдал такое, чему я его срочно отродясь не учил. Уж не уготована ли вам судьба богача?
— Просто совпадение, совпадение, — Ао Жунь поспешно отмахнулся, пытаясь сменить тему.
Он пришел посмотреть, не открыта ли по-прежнему лавка Ин Хуо по соседству, и рассчитывал раздобыть у старика Цай хоть какой-нибудь информации. Время не ждало, и ему совсем не улыбалось уйти с пустыми руками во второй раз — требовалось хотя бы напасть на след Ин Хуо.
В этот самый момент худой и низкорослый старик, которого звали старик Чжан, направлялся к ним из переулка напротив. Проходя мимо Ао Жуня, он с любопытством оглядывал разнообразных птиц вокруг, вид у него был так увлеченный, будто ему безумно всё это нравилось.
— Старик…
— Хозяин, сколько стоят эти волнистики?
Ао Жунь только хотел заговорить, как старик Чжан опередил его.
— Ой, у вас глаз-алмаз! — услышав это, Цай У тут же подскочил к нему и, указывая на щебечущих в клетке птенцов, принялся расписывать товар: — У моих волнистых чистейшая родословная, их выкармливали самыми лучшими кормами! Говорят, в их жилах течет кровь самого Златокрылого Пана! Слыхали о Златокрылом Пане? Он же дядишка самого Будды! Так что они не только умнейшие, но и одарены духовной энергией. Только взгляните на эти глазенки, разве они не живые?
Ао Жунь молча наблюдал за этим представлением со стороны, думая про себя, что этот старик под стать Ин Хуо — они оба стоят друг друга, когда дело доходит до сочинения небылиц.
— Неплохо. И почем?
— Вообще-то по пять тысяч за штуку, но раз уж лавка скоро закрывается, да и вы человек неслучайный, отдам пару за две тысячи! Ну как вам?..
— Так дорого? — старик Чжан вытаращил глаза. — Не буду брать, не буду! У тебя тут просто грабеж средь бела дня, ищи себе других любителей удачи!
С этими словами он резко развернулся и зашагал прочь.
Ао Жунь проводил взглядом его удаляющуюся спину, смутно ощущая, будто вся эта сценка служит ему каким-то намеком.
— Эх, ничего не попишешь, нынче знатоков мало, — пожаловался Цай У, поворачиваясь к Ао Жуню. — Что вы хотели меня спросить?
— Вы не видели, в какую сторону ушел хозяин рыбной лавки по соседству?
— Старик Чжан-то? Приходил сегодня, но пробыл всего часа два и ушел. А куда направился — этого я и правда не видал.
— Пожалуйста, скажите мне, у меня к нему дело, — глаза Ао Жуня загорелись.
Услышав это, Цай У вдруг скорчил крайне озасаченную физиономию. Он вернулся за прилавок, сел, нахмурился и принялся цыкать языком:
— У меня в последнее время совсем плохи дела с торговлей, а раз торговля не идет, кусок в горло не лезет; не ем — слабею, в глазах от голода темнеет, так что куда там мне заметить, кто куда пошел…
http://bllate.org/book/33547/4123555
Готово: