Проходя мимо небольшого лотка, Син Бянь случайно бросил взгляд на груду камней и среди них заметил серо-черный предмет. С первого же взгляда он решил, что это уголь.
Син Бянь остановился перед прилавком, указал на серо-черную вещицу и спросил торговца:
— Уважаемый, а что это такое?
Ему показалось, что эта штука очень похожа на графит. Если это действительно он, разве не идеальный материал для изготовления карандашей?
Заметив, что черный камень привлек внимание Син Бяня, торговец с улыбкой произнес:
— Это диковинный камень, который я раздобыл собственными силами. Хоть он с виду и похож на уголь, его невозможно сжечь, к тому же он обладает превосходными термоизоляционными свойствами. Даже купорос ему нипочем, он никак его не повредит!
Син Бянь понятия не имел, что такое купорос, но теперь он окончательно убедился, что этот камень — самый настоящий графит, и твердо решил его купить.
Он спросил лавочника:
— Сколько он стоит?
Увидев его интерес, торговец загнул пальцы:
— Пять гуаней.
Пять гуаней? Син Бянь был потрясен. Да это же безумно дорого! Один гуань равен тысяче вэней, значит, пять гуаней — это целых пять тысяч вэней. При нем же было всего чуть больше одного ляна, а в переводе на медные монеты это составляло даже не полные два гуаня.
Он слегка рассердился:
— Ты что, с ума сошел? Принимаешь меня за дурака? Отдать пять гуаней за какой-то обломок камня!
Торговец беспомощно вздохнул:
— Уважаемый, эта вещь была доставлена с самого юга! Неужели я даже расходы на дорогу окупить не имею права?
Син Бянь возразил:
— Ты же наверняка вез не только его одного! Я ни за что не поверю, что ты ездил за тридевять земель ради одного-единственного камня. Сразу видно, что прихватил его попутно!
Торговец попытался уговорами склонить покупателя к сделке:
— Молодой человек, ты ведь и впрямь хочешь купить? Коли намерен взять всерьез, я уступлю в цене.
Услышав это, Син Бянь спросил:
— И какова твоя окончательная цена?
Торговец снова заговорил:
— Так и быть, отдам за четыре гуаня, дешевле некуда.
Син Бянь поднялся, собираясь уходить. Даже если бы он очень хотел эту вещь, у него просто не было таких денег, так что оставалось только отказаться.
Лавочник торопливо окликнул его:
— Постои, а за сколько сам хочешь купить?
Син Бянь бросил:
— Пятьсот вэней.
Торговец скривился так, будто у него заболело сердце:
— Да это же совсем грабеж! Если отдам за пятьсот, я в убытке останусь.
— Максимум — один гуань.
Син Бянь чувствовал себя не лучше, сердце тоже кровью обливалось. Да он понятия не имел, как будет объясняться с остальными!
Лавочник изобразил на лице крайнюю степень скорби:
— Ладно, один гуань так один гуань!
Неподалеку от этого места как раз проходили Цзян Син и его слуга Юнь Ци. Юнь Ци с восторгом разглядывал товары на прилавках, как вдруг, подняв голову, заметил поблизости Син Бяня.
Он тут же потянул за рукав Цзян Сина:
— Ванъе, ванъе, смотрите! Разве это не тот самый человек, который испортил вашу парадную накидку? Говорил ведь, что у него нет денег, а теперь гляньте-ка, кажется, он собрался что-то купить!
Цзян Син проследил за взглядом Юнь Ци и действительно узнал Син Бяня.
— Пойдем-ка взглянем поближе, — бросил он слуге.
Син Бянь как раз собирался расплатиться, когда чья-то рука внезапно перехватила его запястье. Он опустил взгляд на державшую его руку, а затем перевел его выше и столкнулся лицом к лицу со знакомым человеком.
Да это же его кредитор!
Син Бянь нахмурился:
— Ты чего удумал?
Цзян Син в ответ задал встречный вопрос:
— Что ты собрался покупать?
Син Бянь не понимал, к чему эти расспросы, но все же честно указал на серо-черный камень:
— Вот это хочу купить. Пригодится дома для дела.
Он вовсе не собирался притворяться бедным и увиливать от долга, эта вещь была ему действительно необходима, да и деньги на покупку он выпросил у матушки.
Цзян Син окинул взглядом лежавший перед ним серо-черный камень. Ему уже доводилось встречать подобные породы, обычно их называли черным сланцем. Когда-то давно из него часто делали тушь для письма, но это было в прошлые времена — теперь едва ли кто-то пользовался им для таких целей. Зачем же он понадобился Син Бяню?
Он оценивающе глянул на торговца:
— Сколько просишь за него?
Торговец почему-то вдруг почувствовал нешуточное давление и испуганно пискнул:
— Один гуань.
Цзян Син произнес холодным тоном:
— Если я не ошибаюсь, эта вещица тебе даром досталась, ты ее просто подобрал?
Торговец опешил. Откуда этому парню знать? Но признаваться вслух он, разумеется, не собирался:
— Что вы такое говорите, уважаемый? С чего бы ей быть подобранной? Я ее специально с тех краев вез!
— Не хочешь говорить правду — и не надо, — Цзян Син повернулся к слуге: — Юнь Ци, ступай к чиновникам, заяви о мошенничестве на рынке!
— Слушаюсь! — Юнь Ци уже собрался уходить, но перепуганный торговец моментально бросился ему наперерез и взмолился о пощаде:
— Уважаемый господин, давайте всё обсудим! Чего же вы хотите? Хотите, я отдам этот камень вам даром, только смилостивьтесь, отпустите маленького человека на этот раз!
Син Бянь стоял с отвисшей челюстью. Он никак не ожидал, что его чуть было не надули посреди бела дня!
Впрочем, причиной всему было то, что он совершенно не ориентировался в здешних ценах и потому даже не подумал сомневаться.
Услышав такие речи от лавочника, Цзян Син слегка поморщился:
— По-твоему, я стану наживаться за твой счет?
Торговец замахал руками:
— Конечно нет!
Он уже тысячу раз пожалел о жадности. Знал бы, ни за что не стал бы дурить покупателя, а теперь вот влип в неприятности. По костюму и украшениям этого молодого господина сразу было видно, что он человек высокого происхождения, с таким лучше не связываться.
Цзян Син молвил:
— Раз уж эта вещица тебе ничего не стоила, сделай так: отдай ее ему за двадцать вэней. И как тебе такое предложение?
Лицо торговца мгновенно просветлело, он закивал:
— По рукам, по рукам! Я сейчас же заверну для молодого господина.
Раз удается выручить целых двадцать вэней из воздуха, глупо было бы отказываться.
Поскольку камень легко пачкал руки черной сажей, торговец аккуратно обернул его свежими листьями, а затем крепко перевязал соломенной веревкой, чтобы покупателю было удобно нести сверток.
Син Бянь расплатился, подхватил графит и зашагал прочь вместе с Цзян Сином. Не удержавшись от любопытства, он спросил спутника:
— С чего ты вообще взял, что он его нашел?
Неужели за городской стеной этого добра навалом? Если так, то он зря переплатил те двадцать вэней!
Цзян Син пояснил:
— Пару дней назад до меня дошли слухи, что один купец привез из других мест партию товара. Он думал, что это уголь, но камень горел совсем иначе, а иного применения он ему не нашел, вот и выбросил за ненадобности.
Еще бы он горел, мысленно хмыкнул Син Бянь. Хотя графит и уголь состоят из углерода, температура плавления у графита намного выше, с чего бы ему легко воспламеняться.
Цзян Син взглянул на него:
— Тебе нужно купить еще что-нибудь?
http://bllate.org/book/33720/4146851
Готово:
