В этот момент главный злодей отсутствовал в комнате, и оба набили животы донельзя.
Нини, потирая свой круглый животик, спросила:
— Шуньшунь, куда мы пойдём играть чуть позже?
— Ты бывал в кабинете? — спросил Нин Шуньшунь.
— Конечно бывал!
— А ты знаешь, когда Ханьхай туда точно не заходит? — Нин Шуньшунь всё ещё испытывал лёгкий страх после того, как его тайком поймали в кабинете в прошлый раз.
— Он не ходит туда каждый день, когда отправляется в главный зал.
— Хорошо, тогда пойдём в кабинет.
У Нин Шуньшуня оставалось ещё много непрочитанных книг, и душа его зудела. Он страдал своеобразным «книжным обсессивно-компульсивным расстройством»: стоило ему наткнуться на что-то печатное, как ему не терпелось дочитать это до конца.
Злодей из книги казался не таким уж жестоким и буйным, как описывалось. Что же именно украл главный герой, раз всё обернулось так? Нин Шуньшунь на самом деле хотел докопаться до истины, но прежде ему следовало продумать пути отступления.
Словно на пороховой бочке сидишь рядом с тигром — находиться под боком у могущественного и влиятельного злодея было слишком тревожно.
В последние дни его ареал обитания снова расширился. В прошлый раз во время визита в кабинет его чуть не поймал сам грозный хозяин, так что теперь он действовал предельно осторожно.
Ради спасения собственной шкуры он вовсе не желал злить злодея, а потому поумнел: сначала он отправлял в кабинет Нини, чтобы та проверила, нет ли там кого, и лишь после этого заходил сам.
К тому же, читая, он всегда утаскивал книги в какой-нибудь труднодоступный уголок.
Сейчас он лежал, притаившись в самом углу и изучая «Энциклопедию морских трав».
Рядом с ним пристроилась Нини: она подпёрла щёки двумя пухлыми ручонками, а её рыбий хвост лениво покачивался из стороны в сторону.
— Зачем ты это читаешь, Шуньшунь?
— Разумеется, это пригодится.
Умение отличать съедобные растения от ядовитых было базовым навыком для выживания в океане. К тому же в этой книге описывалось множество целебных трав, и если он вдруг заболеет, то сможет спасти себя сам.
Маленькая Акула читала с огромным интересом, а Нини от скуки принялась водить кистью по бумаге, вырисовывая что попало.
Когда Нин Шуньшунь усвоил всю сегодняшнюю порцию знаний, он повернулся к Нини и увидел, что эта маленькая русалка рисует комикс прямо на каком-то блокноте.
— Нини, ты что делаешь?
— Рисую!
— Но ведь на том блокноте, где ты рисуешь, есть записи.
— Правда? А я и не заметила...
Нин Шуньшунь потёр лоб от стыда. У этого безрассудного ребёнка ветра в голове! А вдруг это были важные записи?
Он подтянул голову поближе и от испуга едва не лишился дар речи: это же был личный блокнот Ханьхая!
— Нини...
— Что такое, Шуньшунь? — Нини всё ещё была полностью погружена в своё творчество.
— Это блокнот Ханьхая.
Тут маленькая русалка замерла. Всмотревшись в блокнот повнимательнее, она натянула на лицо неловкую улыбку и захлопнула тетрадь:
— Ха-ха-ха, да как такое возможно! Ты просто ошибся! — с этими словами она спрятала блокнот за спину.
Глядя на виноватый вид маленькой русалки, Нин Шуньшунь понял: сомнений нет, это он самый.
Тогда Нин Шуньшунь попытался зайти издалека:
— Раз уж это неважный блокнот, можешь дать мне посмотреть?
Нини лукаво перевела взгляд. Она понимала, что снова вляпалась в неприятности, но блокнот всё равно придётся прятать, а показать его хорошему другу Нин Шуньшуню было вовсе не жалко.
— Ладно... только одним гладком!
Нини вытащила припрятанный блокнот и даже любезно сама принялась перелистывать страницы для Нин Шуньшуня.
Бросив беглый взгляд, Нин Шуньшунь сразу отметил, что каллиграфический почерк злодея был невероятно красив, заставляя его, человека образованного, невольно восхищаться.
Листая страницы, Нини не рассчитала силу детских рук и случайно с треском вырвала несколько листов.
Нин Шуньшунь: «……»
Какая жалость, такой потрясающий почерк...
— Что такое, Шуньшунь?
— Ни... ничего... — в душе Нин Шуньшуня шевельнулось горькое сожаление. Такой изящный почерк, похожий на произведение искусства, и вот так варварски разорван — ну просто сердце кровью обливается.
Внезапно его осенила идея.
— Нини, ты можешь помочь мне спрятать эти вырванные страницы в ожерелье?
— Конечно могу!
Раздобывший бесценные образцы каллиграфии Нин Шуньшунь пребывал в полном восторге — ему не терпелось даже вставить эти листочки в рамку для картин.
Радостно взмахивая хвостом, он стремглав понёсся обратно в комнату, напрочь забыв о том, что у него выпал зуб.
Лишь неделю спустя он осознал, что дело неладно: почему у него до сих пор не выросло ни единого нового зуба?!
Нет, так дело не пойдет! Неужели он заболел? Маленькая Акула перед зеркалом повертелась из стороны в сторону, лихорадочно соображая, где отыскать Ханьхая.
Каждый день Ханьхай жил по строгому расписанию: он бывал либо в главном зале, либо в кабинете, либо в своей спальне.
Полный сомнений и тревоги, Нин Шуньшунь ворвался в кабинет и слегка толкнул тяжёлую створку двери, высматривая, чем занята русалка внутри.
Ханьхай сидел за письменным столом и внимательно изучал ту самую разорванную тетрадь.
— Фу-фу-фу... — Маленькая Акула не умела издавать громких звуков, поэтому стоя у входа, она изо всех сил шумно дышала, пытаясь привлечь внимание Ханьхая.
Ханьхай поднял голову и увидел у дверей маленького глупы жареного дурачка, который смотрел на него жалостливым взглядом.
— В чём дело?
— Фу-фу-фу-фу-фу~ (Разве я и впрямь болен?)
Маленький дурачок решился прийти к нему сам, а это значило, что он и впрямь заметил какие-то странности в своём теле.
— Разве ты не отказывался от медицинского осмотра? — спросил Ханьхай.
Эх, теперь-то он согласен! По лицу Нин Шуньшуня было видно, что на нём крупными буквами написано: «Меня обидели».
— Не смей крутиться.
Маленькая Акула яростно закивала.
— Иди сюда...
Получив приказ, Нин Шуньшунь неуверенно переступил с места на место и послушно уткнулся носом в рыбий хвост Ханьхая.
Укротитель Зверей явился в восторженном расположении духа — раз уж маленькая акула наконец-то согласилась на лечение, он летел сюда на всех парах, едва ли не паря в воде с медицинским чемоданчиком в руках.
Скоро, совсем скоро он сможет потрогать Маленькую Акулку! Какое счастье!
В кабинете Ханьхай приобнял Нин Шуньшуня со спины.
Нин Шуньшунь всё ещё побаивался ветеринара, поэтому не смел делать лишних движений. Если этот лекарь посмеет причинить ему боль, Маленькая Акула ни за что его не простит!
— А... открывай рот...
Нин Шуньшунь послушно подчинился указаниям Укротителя Зверей.
— Умничка...
Укротитель Зверей наконец-то заполучил желаемое и легонько погладил Маленькую Акулку по макушке. Он был на седьмом от счастья облаке — эта мягкая, пухлая текстура кожи в точности оправдала все его ожидания.
К тому же Маленькая Акулка вела себя так послушно и ласково, что его так и подмывало умилиться до слёз.
http://bllate.org/book/33783/4155536
Готово:
