Слова Гу Яна пришлись Линь Лань по душе. Она смотрела на своего сына, и он нравился ей всё больше и больше, вот только одна вещь доставляла ей немало головной боли — сын не любил разговаривать.
Она переживала, что если он будет и дальше молчать, то совсем замкнется в себе.
Характер Гу Яна казался ей солнечным и открытым, поэтому она была спокойна, зная, что у сына появился такой друг.
К тому же, в глубине души она надеялась, что Гу Ян сможет найти общий язык с Линь Сяожанем.
Ранее Гу Сююань уже говорил ей, что они неплохо ладят, но, не увидев этого своими глазами, она все равно немного тревожилась.
А теперь, встретившись с Гу Яном лично, она почувствовала настоящее облегчение.
— Тогда договорились, на тебя и оставляю нашего Жаньжаня.
— Хорошо.
Эти двое, не спросив мнения самого Линь Сяожаня, в одностороннем порядке решили его судьбу.
Стоило звонку завершиться, как Гу Ян наткнулся на ледяной взгляд Линь Сяожаня. Тот смотрел так, будто собирался пронзить его лицо двумя кинжалами, — было очевидно, что поступок Гу Яна привел его в ярость.
Глаза Гу Яна, похожие на лепестки персика, изогнулись в улыбке; ему показалось, что реакция Линь Сяожаня довольно забавная.
Ведь это Линь Лань жаловалась, что сын молчалив, но стоило ему оказаться рядом с ней, как он лишь по-детски поджимал губы и вел себя донельзя послушно.
А перед Гу Яном он моментально преображался, готовый, казалось, выжечь глазами дыры в его лице.
На самом деле Гу Ян обещал Линь Лань лишь для вида и не собирался по-настоящему заставлять Линь Сяожаня говорить больше.
Да кому придет в голову тратить столько сил, пытаясь разговорить Линь Сяожаня?
Однако, наблюдая за его реакцией сейчас, он нашел это довольно интересным и со смешком произвел:
— А по-моему, тетя права. Тебе и правда стоит побольше разговаривать. А то пойдешь в университет в незнакомом месте, заблудишься — и даже дорогу спросить не захочешь, вот беда-то будет.
Какое тебе дело!
Линь Сяожань поджал тонкие губы, глядя на дурашливую улыбку Гу Яна. Он уже было хотел съязвить в ответ, но передумал — счел это бессмысленным. Просто проигнорировав его, он вытащил сегодняшнее домашнее задание, бросил перед Гу Яном и холодно бросил:
— Если что-то непонятно — спрашивай.
Это застало Гу Яна врасплох.
Время действия временной метки уже истекло, и Линь Сяожань наверняка знал, что Гу Ян не станет покорно корпеть над уроками, однако все равно взял и расписал все шаги решения для задач, не требующих творческого подхода.
Это поставило его в неловкое положение.
Он не спешил тянуться к тетрадям, а лишь пристально смотрел на Линь Сяожаня.
Тот бросил на него быстрый взгляд, считал мысли и сдержанно ответил:
— Писать или нет — твое дело, учить или нет — мое. Можешь отказаться, я тебя не заставляю.
Сказав это, он указал на дверь, давая понять, что Гу Яну пора уходить.
Разумеется, Гу Ян никуда не ушел. Напротив, он с интересом разглядывал его, а в его янтарных глазах плясала странная насмешка. Линь Сяожань, не понимая, что происходит, не удержался и одарил его сердитым взглядом.
Гу Яна это ничуть не смутило. Он по-прежнему лучезарно улыбался и спросил:
— А ты заметил, что только что произнес двадцать четыре слова, если не считать знаков препинания?
Линь Сяожань: «...»
Насколько же скучно этому парню? Он что, считал его слова?
Линь Сяожань лишился дара речи. Он просто проигнорировал его слова, постучал светлым кончиком пальца по столу и с явным нетерпением вновь указал на дверь.
Но у Гу Яна был особый талант: если он не хотел чего-то слышать, то мог мастерски притвориться, что не понимает. Прислонившись к столу, он с самым серьезным видом начал переговоры:
— Давай так, договоримся: если ты сможешь произнести длинное предложение из тридцати слов без запинки, я сегодня вечером добросовестно выполню все эти задания. Как тебе?
Никак!
Линь Сяожань слегка приподнял веки, и его чистый, холодный взгляд остановился на лице Гу Яна. Он молчал.
Но Гу Ян прекрасно понял, что тот имел в виду: Пиши или не пиши, мне-то что?
Гу Ян не удержался, опустил голову и тихо рассмеялся:
— Ну не будь таким. Смотри: мой отец заставляет тебя следить за моей учебой, твоя мать просит тебя научить меня говорить — у нас обоих есть задание. Нехорошо как-то, если мы будем пропускать слова старших мимо ушей, верно? Поэтому я считаю, что нам нужно сотрудничать. С сегодняшнего дня ты каждый день произносишь хотя бы тридцать предложений, а я каждый день вовремя выполняю задания, которые ты мне даешь. Разве это не честно?
Линь Сяожань пошевелил алыми губами, собираясь выплюнуть слово «скучно», но не успел — Гу Ян улыбнулся и добавил:
— Конечно, если ты считаешь, что не справишься, считай, что я ничего не говорил.
Не справлюсь, твою ж...!
Линь Сяожань мгновенно передумал. Он уставился на Гу Яна холодным, решительным взглядом и отчетливо произнес:
— Хорошо, по рукам!
Кто кого еще возьмет на слабо?
Линь Сяожань сердито подумал об этом, неосознанно поджав губы, что выглядело по-детски обиженно.
Все это не укрылось от глаз Гу Яна. Он потер кончик носа и украдкой усмехнулся.
Он знал, что метод провокации сработает на Линь Сяожане.
Ранее, когда он вез Линь Сяожаня домой на велосипеде, он спросил его:
— Ты же знал, что феромон альфы заставит тебя плохо себя чувствовать, почему согласился на баскетбольный матч с Гуань Цзюнем?
В конце концов, они были на территории Седьмой средней школы, и если бы Линь Сяожань действительно не хотел, Гуань Цзюнь не смог бы его заставить.
Поэтому Гу Ян не мог понять, зачем тот согласился.
Тогда он услышал холодный, отстраненный ответ:
— Он сказал, что я не посмею. Хм!
Гу Ян: «...»
Значит, на первый взгляд холодный и неприступный гений Линь в глубине души совершенно не выносит провокаций.
Это было неожиданно.
Но, кажется, эта его черта весьма забавна.
Пока в голове Гу Яна проносились эти мысли, Линь Сяожань снова нетерпеливо постучал по столу, требуя, чтобы тот поскорее забирал свои листы и проваливал.— Не спеши, разве твоё задание на тридцать фраз ещё не выполнено? Учитывая, что сегодняшний день уже почти подошёл к концу, заставлять тебя произносить тридцать фраз — пожалуй, перебор. Скажи лишь одно предложение, но длиннее тридцати слов.
Не дожидаясь возражений Линь Сяожаня, Гу Ян тут раз и добавил:
— Ты ведь уже согласился, не можешь же ты отказываться от своих слов?
И правда, готовое сорваться с языка Линь Сяожаня «вали» застряло в горле. Пара черных блестящих глаз пристально уставилась на Гу Яна, а розоватые губы сжались в тонкую линию. Было заметно, что предложение Гу Яна ему неприятно, но в то же время он находил его логичным и не мог возразить, из-за чего метался между двумя решениями.
Гу Ян ещё никогда не видел на лице Линь Сяожаня столь сложных эмоций, отчего его настроение на мгновение стало на удивление прекрасным. Он прислонился к письменному столу, наклонил голову и подмигнул парню, чрезмерно гордясь собой.
Линь Сяожаню это бахвальство жутко не понравилось, и он, не стесняясь, закатил глаза. Его тонкие губы наконец разомкнулись:
— Гу Ян, какого чёрта ты столько болтаешь? Живо бери тетради и вали отсюда, не мешай мне спать!
Гу Ян замер:
— …
Пока он отвлёкся, Линь Сяожань окончательно потерял терпение, вскочил со стула, вытолкнул Гу Яна за дверь и с грохотом захлопнул её.
Только тогда Гу Ян пришёл в себя. В мыслях он машинально пересчитал слова в только что брошенной Линь Сяожанем фразе — ровно тридцать, ни больше ни меньше.
Кто бы мог подумать, что этот парень и впрямь способен на такое.
Гу Ян усмехнулся, повернулся, вернулся в свою комнату и уселся за стол с тетрадями, собираясь приняться за уроки, как вдруг осознал, на какую сделку только что подписался с Линь Сяожанем.
Линь Сяожань каждый день говорит по тридцать фраз, а он взамен обязан вовремя выполнять всю домашку.
Какого чёрта?!
С какой стати?
Как ни посмотри, в убытке остался он!
Он с таким трудом дождался окончания действия временной метки и наконец-то мог больше не притворяться пай-мальчиком, так зачем же он сам полез в пекло?
Только ради того, чтобы услышать, как Линь Сяожань говорит чуть больше обычного?
Гу Ян потёр переносицу, чувствуя, что его рассудок, похоже, дал сбой.
Вся беда была в том, что это он сам предложил такую идею, и теперь, если отказаться, лицо окажется полностью разбитым. Приходилось идти напролом.
Оставалось лишь надеяться, что Линь Сяожань не справится с условиями договора и сам первым предложит расторгнуть сделку.
Весь этот вечер он провозился с уроками и лёг спать только под утро.
К счастью, Линь Сяожаня волновало лишь то, делает ли сосед домашку, а вовсе не то, когда тот ложится спать, так что наутро он благополучно проспал до девяти.
Встав и умывшись, он взял школьный портфель и уже собирался выходить, как вдруг заметил, что подарок, преподнесённый Линь Сяожанем прошлым вечером, всё ещё не распакован.
В конце концов, это был знак внимания с его стороны, так что он всё-таки подошёл, взял коробку и открыл её. Внутри лежали чёрные часы.
Знакомая вещица… Разве не многие носят такие?
Рассуждая так, Гу Ян надел часы на запястье, посчитав, раз уж подарок принят, стоит выразить свою симпатию подобным образом.
После этого он наскоро перекусил и не спеша вышел из дома.
Тем временем Линь Сяожань уже успешно отсидел два урока и собирался воспользоваться большой переменой, чтобы доспать. Сидевший перед ним Ян Цзялэ замялся, повернулся назад и осторожно постучал по его парте:
— Эм… учёный гений…
Линь Сяожань поднял на него взгляд:
— Говори.
Ян Цзялэ простодушно улыбнулся:
— Ну… ты… заходил на форум? На форум нашей школы.
— Нет.
Линь Сяожань испокон веков не интересовался сплетнями и никогда не заглядывал на школьный форум. Вопрос Ян Цзялэ показался ему донельзя скучным, и он решил проигнорировать его и поспать.
Ян Цзялэ поспешно протянул ему телефон:
— Вот… вот… вот на это, взгляни.
Сказав это, он тут же отпрянул назад, словно опасаясь, что если уберёт руку хоть на секунду, Линь Сяожань его съест.
Увидев столь трусливое поведение, остальные ученики первого класса единодушно презрительно посмотрели на него, словно говоря: «Эх ты, ни на что не годен».
Ян Цзялэ мысленно показал им средний палец и не выдержал внутреннего возмущения: «Я трус? Если такие смелые, шли бы сами! С чего вдруг мне выпало выяснять, действительно ли учёный гений сошёлся с хулиганом? Только потому, что я сижу ближе всех к гению? Да хоть ближе некуда, гений от этого со мной лишнего слова не сказал!»
На беду, одноклассники из первого класса никак не могли унять жажду сплетен — им до смерти хотелось узнать, что же творится между гением и школьным хулиганом. Стоило Линь Сяожаню сегодня утром появиться в школе, как временная группировка принялась всячески подбивать Ян Цзялэ подойти к нему и окольными путями всё выведать.
И как раз некстати отсутствовал Гу Ян — разве не идеальная возможность?
Но нужна ли была Яну Цзялэ эта возможность, чёрт побери?!
В конце концов, Линь Сяожань не стал грубо отшвыривать телефон, а взял его и пробежал глазами пару строк.
Ян Цзялэ подсунул ему пост, который со вчерашнего вечера удерживался на самом верху главной страницы форума: «Да ладно, неужели я один считаю, что хулиган и гений теперь вместе?»
На тот момент под этой публикацией насчитывалось уже более пяти тысяч комментариев — все только и делали, что обсуждали, сошёлся ли Линь Сяожань с Гу Яном, причём с каждым новым сообщением слухи обрастали всё более убедительными подробностями.
Линь Сяожань бегло просмотрел ветку, находя её невероятно скучной, и уже собирался вернуть телефон владельцу, как вдруг его взгляд зацепился за свежую тему на главной странице: «Свежие доказательства того, что гений и школьный хулиган вместе, скорее заходите посмотреть».
В глубине чистых глаз против воли мелькнуло любопытство — ему и впрямь стало интересно, до какого рода бредня додумаются на этот раз ученики Седьмой средней школы.
Поэтому он кликнул на пост.
В заглавном сообщении красовалась фотография: Гу Ян с рюкзаком за плечами небрежной походкой шагал на территорию школы — всё как обычно.
Но Линь Сяожань с первого же взгляда уловил главную деталь: на запястье Гу Яна красовались чёрные часы, точь-в-точь такие же, какие носил он сам.
http://bllate.org/book/33791/4156490
Готово:
