Но Линь Янь понимал: если сейчас не преодолеть возникшие проблемы, то его и без того шаткое ментальное состояние может окончательно рухнуть, приведя к непоправимым последствиям.
Он чувствовал, что их отношения с братом напоминают хождение по канату: малейшая оплошность — и они сорвутся в бездну, но придумать, как это исправить, Линь Янь не мог.
Раздраженно взъерошив волосы, он выпрямился на диване.
Больше нельзя так унывать, нужно что-то делать.
Он коснулся своего терминала и извлек из пространственного кармана данные, собранные на границе планеты Хунфэн.
— Надеюсь, здесь найдется хоть какое-то решение, — пробормотал он себе под нос, прижавшись лбом к прохладному электронному экрану.
— Я все решил. Кем бы ты ни был, брат, я хочу забрать тебя с собой.
…
В то же время, внутри Командной Башни на Столичной планете.
Просторный зал приемов был оформлен в черно-бело-серых тонах, демонстрируя предельный минимализм, присущий эстетике технологической эры, что лишь подчеркивало расточительную пышность имперского великого герцога. Чэн Юань, не сводя глаз с цели, окруженный элитой Авангарда, хранил молчание, взгляд его был тяжел. Профессор с каштановыми волосами, взятая ими в плотное кольцо, была доставлена прямо к великому герцогу.
Чэн Юань опустил веки и, опустившись на одно колено, застыл, словно изваяние. Голос его прозвучал холодно:
— Все подразделения Авангарда приветствуют Вашу Светлость.
— Благодарю за службу, Авангард, — Ашрус ответил скупой улыбкой. — Слышал, в этот раз точку перехода в звездном поясе Альфа атаковали пираты? К счастью, ваша быстрая реакция предотвратила серьезный ущерб.
— Кстати говоря, профессор Аделина, ваши исследования поистине выдающиеся. Я не удержался и решил пригласить вас, чтобы обсудить все в деталях. Империя гордится такими талантливыми людьми.
Аделина слегка нахмурилась, явно недовольная формулировкой про имперские таланты. Однако Идеологическое клеймо мгновенно вступило в силу, заставив её послушно склонить голову и принять похвалу герцога.
— Благодарю за высокую оценку, Ваша Светлость. Ради остроты клинков имперской армии и ради вас я приложу все усилия.
Великий герцог, восседавший на своем месте, видел всё.
Он издал низкий смешок и перевел взгляд на неподвижного Чэн Юаня:
— Генерал, что вы об этом думаете?
Плечи Чэн Юаня были напряжены, в его черных глазах не отражалось ни радости, ни скорби:
— Я искренне горжусь Империей, Ваша Светлость.
Ашрус изучал взглядом молодого лидера Авангарда. Прошло много времени, слишком много — настолько, что даже самому герцогу показалось, будто этот Меч Империи стоит на коленях слишком долго.
Высокий и статный беловолосый мужчина прищурился, но поднимать его не спешил.
Ашрус терпеливо ждал реакции Чэн Юаня, предвкушая, как этот юноша в гневе поднимет голову, сверкнув глазами, или, что еще лучше, выхватит меч и направит его в грудь герцогу. Но, увы, как бы долго он ни ждал, Чэн Юань продолжал стоять неподвижно, подобно несокрушимому черному железу.
И подчиненные за его спиной хранили точно такое же молчание, как и их лидер.
Опасное смирение. Опасное до крайности.
Ашрус с досадой отвел взгляд и махнул рукой, приказывая всем уйти.
Как скучно. Так же скучно, как сейчас с Цзи Хуаем.
Оставшись в одиночестве в пустом зале, Ашрус тяжело вздохнул.
…
— Командир, вы в порядке? — Маланда, заметив, что Чэн Юань витает в облаках, тихо спросила, решив, что ему нездоровится. — Последствия нахождения на Гунгнире могут быть затяжными. Не хотите отдохнуть?
Чэн Юань шел стремительно, его прямая осанка не выдавала никаких признаков недомогания:
— Не нужно. Где Чу Вэй?
— Только что отвез вашего Сяо Яня домой и уже направляется сюда.
Чэн Юань даже не обернулся:
— …Я не вернусь. Поругались. Раздражает.
Маланда чуть не споткнулась.
Так вот почему он был рассеян! Вся его доброта — как об стенку горох!
— Командир, вы сейчас в точности как старик, который после ссоры с женой уходит спать в кабинет.
Чэн Юань наконец посмотрел на неё, и во взгляде отчетливо читалась угроза. Главный ассасин Авангарда тут же прикусила язык.
— Меньше слов.
Маланда подняла руки в знак капитуляции.
В тот момент, когда они покинули Командную Башню, все почувствовали долгожданное облегчение.
— Тогда я отправлюсь на встречу с Чу Вэем и вернусь на базу гарнизона во Второй звездной системе ждать дальнейших распоряжений, — Маланда размяла плечи, ведь ей пришлось немало постоять по стойке смирно под пристальным взглядом герцога. — А вы, командир?
— Я остаюсь на Столичной планете, — отрезал Чэн Юань.
Маланда посмотрела на него так, словно увидела привидение:
— Серьезно? А где мой трудоголик-начальник? Вы кто такой?
— Вы не возвращаетесь на базу? Без прикрытия это опасно! Вы хоть представляете, сколько людей на Столичной планете следят за каждым вашим шагом?!
Чэн Юань проигнорировал её вопрос и невозмутимо добавил:
— Я остаюсь, чтобы преподавать в Первой военной академии и готовить курсантов к соревнованиям.
— Ага, да, понимаю, у вас наверняка задание устранить какого-то важного чиновника… Стоп, что вы сказали? — голос Маланды сорвался на визг. — Командир, вы что, таблеток наглотались?
Генерал Империи, лидер Авангарда, будет тренировать команду для соревнований? Это не будет выглядеть как избиение младенцев?
— Замени меня на посту представителя гарнизона Второй звездной системы, разберись с делами.
Чэн Юань надел гарнитуру и, как ни в чем не бывало, сел в подогнанный Нормой флаер, умчавшись прочь и оставив Маланду в полном замешательстве.
— …Командир! Вы же прекрасно знаете, что я председатель общества ненавистников сверхурочной работы!!!
На губах хладнокровного лидера Авангарда заиграла почти демоническая усмешка:
— Поработайте сверхурочно, мисс Маланда. Я выпишу вам премию.
Флаер на полной скорости прорезал темное небо, словно падающая звезда.
Норма заботливо проложила маршрут и активировала автопилот:
— Генерал, я думала, вы вернетесь во Вторую звездную систему вместе с остальными.
— Ваш уровень пробуждения нестабилен. Если вы не вернетесь на базу для калибровки, я буду беспокоиться.
Чэн Юань сжал пальцы в кулак и равнодушно бросил:
— Судя по тому, как вел себя сегодня великий герцог Ашрус, он еще долго не будет меня беспокоить.
— Ваша Светлость, похоже, сильно обеспокоен собственным тактическим искусственным интеллектом, — заметила Норма. — Моя база данных зафиксировала, что в последнее время он часто посещает Исследовательский центр. Если бы не какие-то неразрешимые технические проблемы, он бы туда и носа не сунул.
— …Понял, — Чэн Юань опустил голову. — Норма, без звука.
— Слушаюсь.
Женский голос в кабине смолк, оставив лишь приглушенный гул двигателей.
А дальше… Чэн Юань смотрел на очертания жилого комплекса, становящиеся всё четче в переднем окне, и, словно от головной боли, приложил руку к виску:
— Сегодня спать в кабинете или в гостиной?
Глава 13: Работа над ошибками
Небольшая квартира в старом районе Столичной планеты была спроектирована известным бюро с упором на комфорт, чтобы обеспечить владельцам ощущение уюта и приватности.
Но сейчас, стоя перед дверью, Чэн Юань не чувствовал никакого уюта — напротив, сквозняк, тянущий из-под двери, показался ему холодным.
— Командир, почему вы не разрешаете мне взять под контроль домашнюю систему? — поинтересовалась Норма, видя, что он застыл на пороге. — Вы стоите снаружи, чтобы подышать воздухом во дворе?
— Нет… — с досадой отозвался Чэн Юань.
Если ты откроешь дверь, как мне потом говорить с тем, кто внутри?
— Но командир… — только начала было Норма, как замок щелкнул. Линь Янь на мгновение показался в узкой щели открывающейся двери и тут же исчез, словно растворился в воздухе.
Ни звука шагов, ничего. Чэн Юань осекся на полуслове, потер переносицу и тяжело вздохнул.
— Почему он ходит так тихо, словно котенок? На цыпочках?
Внутри квартиры парень был повсюду. То мелькнет за дверью, то появится у шкафа. Чэн Юань положил руку на спинку дивана и наткнулся на теплый плед; стоило ему захотеть принять душ, как под рукой тут же оказывалось полотенце.
Но стоило ему попытаться поймать его — и каштановая макушка снова исчезала. По квартире разлилась неловкая тишина, которую нарушал лишь сбитый с толку робот-пылесос, бесцельно нарезавший круги.
Давно такого не было. Чэн Юань невольно вспомнил годы назад, когда Линь Янь был еще подростком, уткнувшимся в игры про меха, и время от времени дулся, отказываясь разговаривать после очередной перепалки.
— Впрочем… — Чэн Юань взвесил полотенце в руках и чуть приподнял уголки губ. — Если кто-то начинает так вот исподтишка проявлять заботу, значит, он уже понял, что был неправ.
И, как и ожидал Чэн Юань, развязка наступила очень скоро. Когда он вышел из ванной, Линь Янь, окончательно решившись, подошел, чтобы налить ему горячей воды, и заодно положил на стол лист бумаги.
Чэн Юань опустил взгляд: распечатанная таблица, заполненная от руки, краска еще даже не до конца высохла.
Чэн Юань:
— Ого. Что это? …Отчет о боевых действиях и работа над ошибками?
Линь Янь отвел взгляд, голос его был тише комариного писка:
— Это… Брат, сам прочитай.
Чэн Юань принялся терпеливо читать строчка за строчкой.
— «…Из-за недостаточного понимания действий нашего командира я принял неверное решение. Приношу свои глубочайшие извинения и обязуюсь исправиться в ходе повседневной жизни и тренировок. Составитель: Линь Янь».
Линь Янь, чья голова едва выглядывала из-под края листа, дрожавшего в руках брата, раздраженно воскликнул:
— Не смейся! Я писал это очень серьезно!
Чэн Юань чуть не расхохотался до слез. Линь Янь сначала поддался неловкости, вызванной реакцией брата, а потом запоздало осознал: кажется, брат… действительно доволен?
На мгновение он не понял, правильно ли поступил, но одно стало ясно: кажется, его брату нравится, когда он ведет себя немного глуповато. Или ему показалось?
Но раз это сработало, он перестал переживать и с надеждой посмотрел на Чэн Юаня:
— Брат, прости меня. Я не должен был так с тобой разговаривать. Впредь буду слушаться. Если можешь простить, поставь здесь свою подпись, хорошо?
http://bllate.org/book/34022/4187548
Готово:
