— Лу Ван, ты каждое утро вот так воду кипятишь? — спросил Инь Бай.
Лу Ван поджал губы, а затем кивнул:
— Рано утром встаю и кипячу, чтобы на весь день хватило.
— Но ведь того количества воды, которое ты кипятишь, даже на мытьё не хватит.
— …Мои ожоги, не знаю, до конца ли они зажили, но от горячей воды и пара всё ещё сильно болят, поэтому я уже привык протираться тёплой водой.
Говоря это, Лу Ван опустил голову ещё ниже. В его выражении лица смешались спешка и тревога, а взгляд метался из стороны в сторону.
Это было так унизительно — предстать перед Инь Баем в самом своём жалком виде. Мало того, что его постоянно ругали и ни во что не ставили, так он ещё позволил Инь Баю увидеть свои столь убогие жилищные условия.
Они ведь из совершенно разных миров, и даже стоять рядом друг с другом им не положено, но при этом он так жаждал общаться с Инь Баем…
Инь Бай был потрясён его словами. Ладно ещё весна и лето, но осенью и зимой стоит сильный холод. Он живёт в столь жалком домике, где отовсюду дует ветер, и вдобазок может мыться только тёплой водой…
Лу Вану и так досталось, чтобы дожить до сегодняшнего дня, но он к тому же вынужден терпеть презрительные взгляды окружающих… И всё же Инь Бай не знал, как ему помочь.
Внезапно его глаза блеснули: он вспомнил, что у него с собой есть десять юаней, а у прежнего владельца тела имелась копилка, в которой хранилось немало денег. Возможно, он сможет купить Лу Вану электрический чайник.
Однако Инь Бай не стал произносить это вслух, опасаясь, что Лу Ван сочтет это подачкой и замкнётся в себе ещё сильнее.
Инь Бай похлопал его по спине в знак утешения, а затем взглянул на часы и понял, что скоро начнётся урок. Лу Ван бросил взгляд на ещё не закипевшую воду на столе, слегка вздохнул, после чего надел школьную форму, закинул за плечи ранец и вместе с Инь Баем вышел из деревянного хижина.
Дорога от дома Лу Вана до школы проходила по узким тёмным переулкам, где почти никто не ходил. Когда они уже подходили к школьным воротам, Инь Бай обогнал его и побежал впереди:
— Я пойду в школу первым, а ты держись позади. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь увидел, как мы вместе приходим на занятия. — Вдруг вспомнив что-то, Инь Бай добавил: — Сегодня около семи вечера я зайду за тобой, нужно кое о чём поговорить.
Взгляд Лу Вана несколько раз качнулся, но в конце концов он лишь молча кивнул. Провожая глазами удаляющуюся фигуру Инь Бая, он чувствовал себя бесконечно ничтожным.
И правда, Инь Бай наверняка брезгует им. Как он вообще мог столько времени разговаривать с ним, имея столь уродливое лицо? Наверняка Инь Бай считает его отвратительным.
Но… но ведь Инь Бай снова позвал его на встречу! Значит ли это, что он не так уж сильно им брезгует?
С этими мыслями Лу Ван, сам не свой от тревоги, пришёл в класс и съёжился за своей партой. Юй Цзяоцзяо по-прежнему не оставляла попыток привлечь к себе внимание, но Лу Ван оставался абсолютно равнодушным, отрешённо глядя на пустующее место Инь Бая.
День занятий подошёл к концу. Инь Бай вместе с Гу Янем отправился домой, и по прибытии они разошлись по своим жилищам. Когда Инь Бай вернулся в комнату, та супружеская пара всё ещё отсутствовала, но судя по тому, что еда на столе сохранила тепло, они уже поужинали.
На столе осталась записка: в ней говорилось, что они ушли на репетицию и вернутся поздно ночью, а также содержалось напоминание — сделать уроки и лечь пораньше.
Инь Бай посмотрел на эту записку, и на душе у него стало ещё тревожнее. Есть совсем не хотелось, поэтому, закончив уроки, он взял тридцать юаней и отправился в небольшой магазинчик поблизости, чтобы купить традиционный электрический чайник.
Странно, но хозяин лавки куда-то запропастился — сегодня за кассой сидел его сын, учившийся в средней школе.
У Инь Бая накопилась масса вопросов, но он не смел показывать виду. Забрав электрический чайник, он вприпрыжку побежал к дому Лу Вана, бросив взгляд на часы — было уже около семи.
В окнах дома Лу Вана действительно горел свет. Сжав покрепче ручку чайника, Инь Бай глубоко вздохнул и постучал в дверь. Изнутри донёсся суетливый шум, после чего дверь открыла фигура Лу Вана. Увидев Инь Бая, тот сильно напрягся и с заметной неловкостью обхватил себя за плечи.
— Т-ты пришёл, — заикаясь, произнёс Лу Ван.
Инь Бай потёр со лба пот и протянул чайник:
— Купил тебе. Больше не кипяти воду на дровах.
— Э-это мне? — Лу Ван даже не смел протянуть руку, его голос слегка дрожал, а сам он выглядел предельно робким и забитым.
Инь Бай сам вложил ручку чайника ему в ладонь:
— Ну да, а зачем бы я ещё пришёл.
Лу Ван был совершенно ошеломлён. Он с неверием смотрел на новенький электрический чайник в руке Инь Бая, его сердце колотилось как безумное, в носу защипало, а глаза вмиг покраснели.
Закусив губу, он бережно принял чайник:
— Наверное, он дорогой… Я верну тебе деньги…
— Недорогой, всего десяток с лишним юаней, просто пользуйся. Если действительно хочешь отблагодарить меня, то постарайся хорошо сдать экзамены, поступить в хороший университет и выбраться отсюда.
Глядя на этого юного паренька, Инь Бай протянул руку и похлопал его по плечу, хотя Лу Ван был значительно выше него ростом.
Он понимал, что Лу Ван — типичный трудный подросток, и если запереть его здесь на всю жизнь, так всё и сгниёт. Но раз тот благодаря собственным силам смог поступить в престижную старшую школу, значит, в нём несомненно скрывался огромный талант.
Инь Бай не знал, сколько ему было лет в прошлой жизни, но он точно был взрослее старшеклассников, а потому, глядя на Лу Вана, чувствовал себя так, будто заботится о младшем брате.
Хотя это был всего лишь ничтожный малый мир, Лу Ван казался ему живым, настоящим парнем, и Инь Бай не хотел, чтобы тот завял в этом глухом месте.
Мир за пределами острова был куда просторнее.
Лу Ван опустил голову, словно маленький щенок, крепко сжал зубы и хранил молчание. Шмыгнув носом, он вдруг крепко прижал Инь Бая к груди и с безумным упоением втянул носом его запах, чувствуя, как его сердце наполняется до краёв.
С самого семилетнего возраста это был первый раз, когда кто-то купил ему вещь, первый раз, когда кто-то проявил о нём такую заботу и сказал, что надеется на его отъезд с этого островка.
— Спасибо тебе… — голос Лу Вана сорвался на шёпот.
Инь Бай чуть не задохнулся в его объятиях и, занеся кулак, пару раз колошматил его:
— Я сейчас задохнусь! Отпусти немедленно!
Лу Ван послушно кивнул, украдкой смахнув слёзы, и с явным сожалением разжал руки.
Инь Бай глубоко перевёл дыхание и махнул ему рукой:
— Ладно, вещь я тебе передал, я пошёл назад.
http://bllate.org/book/34565/4263594
Готово:
