Она слегка повернулась боком, вытащила из сумочки цветные мелки, которые подарила тётя Юэ, повертела их в руках и посмотрела на Жун Чжаня.
Жун Чжань знал, что она ищет альбом для рисования, но намеренно не стал ничего говорить. Он полистал детскую книгу, которая была у него в руках, и сначала рассказал маленькой девочке историю:
— Эми, я хочу поделиться с тобой одной интересной вестью. Давным-давно...
Закончив сказку, Жун Чжань наконец достал заранее приготовленный новый альбом для рисования и маркеры формата B5.
Эми взяла блокнот и альбом, небрежно их полистала. Было очевидно, что маркеры привлекли её больше, и она принялась хаотично водить мелком по бумаге.
Жун Чжань опустил взгляд и с абсолютно серьёзным видом произнёс:
— Абстракционизм. Искусство.
Эми словно не слышала его. Она вырвала первую страницу и продолжила рисовать, выбрав мелок другого цвета. Больше всего на листе оказалось беспорядочных кругов, похожих на запутавшийся клубок нитей.
Иногда следы, оставляемые ребёнком на бумаге, могут отражать его внутренний мир.
Жун Чжань знал, что в её сердце по-прежнему таится много подавленной злости и чувства вины. Просто из-за своего юного возраста она ещё не понимала, что это за эмоция такая — гнев, а потому, естественно, не могла найти способ выплеснуть её.
В психологическом консультировании существует метод, который называется сказкотерапией через совместное сочинение историй. В 1913 году Хельми впервые применила этот метод при работе с детьми, и после последующих модификаций он стал общепринятой терапией.
Эми была ещё слишком мала для глубокого погружения, но Жун Чжань заметил, что она не по годам развита, и захотел попытаться сыграть с ней в игру по сочинению историй.
— Эми сегодня добилась больших успехов, и у меня есть ещё одна история, которой я хочу поделиться, — сначала Жун Чжань похвалил девочку и подбодрил её, а затем начал мягко и плавно повествовать.
Он рассказал историю об одной принцессе, которая страстно любила заводить питомцев. Животные умели разговаривать и со временем из обычных любимцев превратились в близких друзей, с которыми можно поделиться сокровенным. Он сделал особый акцент на радости и эмоциональной привязанности, которые принцесса обретала благодаря этим животным.
По мере того как его голос затихал, Эми нарисовала в маркерном альбоме фигурку, похожую на птичку, добавила рядом ещё несколько штрихов, изобразив шар с двумя глазами, а также несколько «непонятных существ», постепенно заполнив весь лист.
Она показала свой рисунок Жун Чжаню, и в ходе беседы, направляемой им, ответила на его историю с помощью собственного рисунка.
Жун Чжань взял альбом и мягко истолковал её рисунок. Он уловил несколько ключевых моментов, словно умел читать в мыслях у Эми, отчего та невольно подняла сияющие глаза и несколько секунд упорно пялилась прямо на него.
— Похожа ли моя история на то, что было у тебя на душе? — Жун Чжань вернул альбом Эми и склонил голову, ловя её взгляд. — Когда тебе что-то не нравится, ты обязательно должна давать мне знать, что ты расстроена. Точно так же, когда ты счастлива, ты тоже должна показывать это, потому что твои чувства невероятно важны для меня.
Сделав небольшую паузу, мужчина проговорил нежным, ласковым голосом:
— Каждую секунду.
Пальцы Эми, сжимавшие кисть, напряглись, губы чуть задрожали.
Когда Чжун Шу была жива, она часто говорила ей одну фразу: я люблю тебя, каждую секунду.
В комнате воцарилась тишина, и внешний мир был точно так же безмолвен.
Чжун Шан утомился ждать в пустом баре на втором этаже и уже подумывал спуститься в консультационную, чтобы проведать Эми, но боялся помешать ходу сеанса.
Когда его взгляд задержался на двери консультационной № 2 дольше чем на десять секунд, в памяти всплыло, какое значение имеют для него оба человека, находившихся внутри, и его сердце постепенно сжалось.
Через мгновение Чжун Шан спустился по винтовой лестнице на первый этаж и увидел администратора в форменной одежде центра психологической помощи, который чинно сидел в кресле.
Заметив приближающегося человека, администратор невольно выпрямил спину.
Сунув руки в карманы, Чжун Шан неторопливо подошёл к стойке регистрации.
Их взгляды встретились, и администратор вежливо улыбнулся.
С точки зрения Чжун Шана, это была миниатюрная и очаровательная молодая девушка с большими живыми глазами, в которых читалась наивность.
— Здравствуйте, сэр, будете конфетку? — тихо произнёс администратор ласковым голосом с едва уловимыми нотками унисекса.
Чжун Шан уловил нечто странное, но не подал виду, окинув собеседника своим привычным ленивым взглядом.
Почувствовав на себе этот пристальный взгляд, администратор застенчиво опустил глаза, а изящный указательный палец указал на стеклянную чашу с мятными леденцами на стойке:
— Освежающие леденцы, или вы... хотите что-нибудь выпить?
Чжун Шан бросил быстрый взгляд на этот палец и улыбнулся уголками рта.
Администратор мгновенно почувствовал, как учащённо забилось сердце, а лицо залилось краской. Он от природы был немногословным, мягким и застенчивым человеком, и сейчас ему хотелось лишь провалиться сквозь землю в надежде, что кто-нибудь придёт и спасёт его.
Небеса услышали мольбу администратора и послали ему Оуян Ли.
Помощник Оуян на каблуках цокала по полу, спускаясь вниз, излучая уверенную, неотразимую энергетику.
С первого же взгляда заметив смущение администратора, она направилась прямо к стойке и, грациозно прислонившись точёной фигуркой к краю, устремила сияющие глаза на профиль Чжун Шана:
— Генеральный директор Чжун, вы так смотрите на нашего Яньцзы — хотите до смерти заставить его смущаться?
Чжун Шан тут же переключил внимание на женский голос, повернулся, встретился с ней взглядом и удивлённо приподнял бровь, невольно посмотрев на девушку по-новому. Мысленно он отметил, что люди вокруг Жун Чжаня действительно «необычные».
Оуян Ли позволила разглядывать себя и махнула рукой в сторону стойки:
— Яньцзы, иди домой, я побуду здесь.
Яньцзы торопливо кивнул, одарив её благодарной улыбкой, затем вежливо кивнул Чжун Шану, подхватил сумочку и, даже не переодеваясь, поспешил на метро.
Проводив взглядом эту хрупкую миниатюрную фигурку, Чжун Шан испытал лёгкое изумление, но ещё большее любопытство:
— Она... трансгендер?
— Он ещё не делал операцию по смене пола, но постоянно откладывает деньги на неё, — с энтузиазмом пояснила Оуян Ли самым обычным тоном. — Нашего администратора зовут Лу Яньцзы, несколько лет назад он приехал на заработки в Государство Люй и ему посчастливилось встретить доктора Жун. У него трансгендерность: выражаясь словами доктора Жун, физически он мужчина, а по психотипу — девочка.
Чжун Шан понимающе кивнул, и тут его внезапно осенило вспомнить ту куда более экзотическую на вид «женщину», которую он встретил в баре наверху. Его любопытство разгорелось с новой силой:
— Красотка, с которой я столкнулся на втором этаже, тоже из них?
— Красотка? Генеральный директор Чжун, как красиво вы умеете говорить, услышь он это — до смерти обрадовался бы. — Оуян Ли указала пальцем вниз, на цокольный этаж. — Тот, о ком вы говорите — Ян Ханьшэн, чистокровный кросслессер. Ему просто нравится носить женскую одежду, чтобы удовлетворять свои специфические пристрастия. Между трансгендерностью и кросслессингом большая разница: Ханьшэн совершенно не отвергает своё мужское тело, да и к тому же он в отношениях занимает активную позицию.
Чжун Шан одной рукой ослабил галстук и едва заметно улыбнулся:
— В вашем центре психологической помощи и правда полно талантов. Ханьшэн тоже психолог?
Интонация, с которой он говорил, и его чёткая артикуляция были небрежными, но почему-то несли в себе некий уникальный шарм.
Столь неповторимый голос пришёлся Оуян Ли по душе, и она воспользовалась моментом, чтобы рассмотреть его получше. Перед ней стоял не кто иной, как интернет-знаменитость первого поколения в Государстве Люй, некогда провозглашённый народом «даром небес», всеобщий любимчик в самом прямом смысле слова. Устроившись на работу в Государство Люй сразу после окончания учебы, вторым делом она узнала о местном национальном кумире, а первым — какая работа приносит больше всего денег.
— Вы, прямо как ваш босс, похоже, любите пялиться людям в лица, — слегка приоткрыв тонкие губы, Чжун Шан вновь одарил её той самой полуусмешкой.
Оуян Ли ответила без раздумий:
— Мы с боссом в монахи не уходили, конечно, нам трудно устоять перед искушением красавчиков.
Бровь Чжун Шана взлетела вверх:
— Вы мне нравитесь.
Оуян Ли улыбнулась:
— Вы не первый, кто это говорит.
Её всё же польстило это заявление, и она радостно побежала к барной стойке, принеся два напитка. Протянув один из них собеседнику, она спросила:
— Молодой господин Чжун, о чём вы меня только что спрашивали?
— Кем приходится Ханьшэн? Психологом?
— Нет, он дизайнер ювелирных украшений. Доктор Жун сдал ему цокольный этаж под студию, они хорошие друзья.
Чжун Шан отпил глоток напитка и перевёл взгляд на винтовую лестницу. Его глубокие глаза выражали такое сосредоточение, словно там стоял кто-то чрезвычайно важный.
Проследив за его взглядом, Оуян Ли улыбнулась краешком рта и продолжила просветительскую беседу:
— Генеральный директор Чжун, вы уж не удивляйтесь, у нас тут публика на любой вкус. Вы ещё не были на третьем этаже — там заседает архивариус и по совместительству инспектор чистоты с умеренным обсессивно-компульсивным расстройством. Раньше у него была тяжелая форма, такая, что он даже пытался покончить с собой, но, к счастью, встретил доктора Жун. Что же касается охранника Да Чжуана у входа, то и без моих слов вы наверняка видели его много раз и сразу поняли, что он не такой, как все. У него врождённое умственное отставание, или, если выражаться словами доктора Жун, он — ангел со сломанными крыльями. Он прошёл курс обучения в специализированном учреждении и теперь может зарабатывать на жизнь простой работой в обществе.
— А вы? — Чжун Шан перевёл взгляд на Оуян Ли. — Болтушка? Синдром дефицита внимания и гиперактивности? Нарцисс или демонстративная личность?
— ...
Оуян Ли чуть не забыла, что перед ней человек, способный язвить куда хлеще неё самой, и тут же выпрямилась с видом невиновности:
— Генеральный директор Чжун, шутки в сторону. Мы с доктором Жун — одни из немногих нормальных людей в центре, а вот у остальных точно есть те или иные проблемы.
Не успела она договорить, как её глаза засияли, и она звонко щелкнула пальцами:
— Нет, не так. Проблемы есть у всех, кроме меня, включая доктора Жун.
В тот самый миг, когда она не могла видеть его лицо, выражение лица Чжун Шана неуловимо изменилось, губы сжались в тонкую линию:
— О? И что же с ним не так?
Оуян Ли озорно подмигнула:
— Он страдает фригидностью.
Чжун Шан, всегда славившийся своей выдержкой, услышав это, едва не потерял лицо. Его мимика едва не вышла из-под контроля, и он заподозрил у себя слуховые галлюцинации:
— У кого, простите, фригидность?
— Некоторые люди с виду такие скромные и сдержанные, а на деле умеют куда больше остальных — классические скрытые извращенцы, — продолжала жестикулировать Оуян Ли. — Но доктор Жун не просто выглядит скромным и целомудренным, он воздерживается на полном серьёзе. Я даже подозреваю, что он девственник.
Столь утрированный тон Оуян Ли был вполне объясним: в здешнем Сянхуайе жизнь строилась вокруг удовольствий, и тот, кто до двадцати лет не попробовал запретного плода, запросто мог попасть в заголовки газет.
Взгляд Чжун Шана сделался непроницаемым и сложным, комментировать он это не стал:
— Возможно.
Фригидность Жун Чжаня не была секретом в мастерской — он сам открыто заявлял об этом.
У него действительно отсутствовало либидо в привычном понимании, и физический контакт с людьми для него ограничивался лишь приветствиями. Дело было вовсе не в консервативных взглядах или брезгливости: он мог прижаться щекой или поцеловать кого угодно, но сигналы, которые он при этом передавал и получал, были исключительно знаками дружеского тепла.
Это ощущение было простым и естественным, оно не доставляло ему никаких хлопот — казалось, этот тумблер в нём не работал с самого рождения.
Нынешний доктор Жун не увлекался вечеринками, хотя в студенческие годы посещал их регулярно. Накануне выпуска несколько членов баскетбольного клуба устроили шумную вечеринку, и он пошёл по приглашению, став свидетелем того, как бесчисленные парочки красивых парней и девушек занимались спортом в комнатах.
http://bllate.org/book/34588/4267158
Готово:
