— Цзяцзя за эти годы перенесла столько операций и ни разу не заплакала, а ты почему такой большой, а всё слезы льешь? — Шэнь Цинцзэ подавил грызущее его чувство вины и нетерпеливо произнес эти слова.
Шэнь Юй сейчас испытывал сильную боль и не смел проронить ни слова, опасаясь, что, скажи он что-то не так, его снова побьют. Палка была цельной, толщиной всего в два больших пальца, но каждый удар такой палки по телу отдавался болью в самых костях.
Шэнь Цинцзэ нетерпеливо бросил палку на пол и сказал:
— Твой дядя пришел, спускайся скорее ужинать.
Услышав это, Шэнь Юй, словно встретив спасителя, закивал, медленно поднялся и вышел из кабинета. Шэнь Цинцзэ проводил взглядом спину младшего сына, и на душе у него стало паршиво. Старший сын почти не бывает дома, а если и заглянет, то каждый раз заканчивается ссорой. Младший же с утра до вечера только и делает, что приносит одни неприятности, покрыв себя дурной славой. Хорошо хоть, Цюй Вань родила ему такую заботливую дочь.
О чем думал Шэнь Цинцзэ, Шэнь Юй не знал. Вернувшись в комнату, он с облегчением выдохнул. В шкафу он нашел рукава, скрывающие руки, и надел их, чтобы спрятать следы побоев. Только после этого он спустился вниз. Другим нужно всего полминуты, чтобы спуститься, но Шэнь Юй потратил на это целых три минуты.
Увидев, что Шэнь Юй спустился, Шэнь Ихэ довольно нетерпеливо произнес:
— Почему ты каждый раз так долго спускаешься? Никакого прогресса.
Шэнь Юй поджал губы, но совсем не обиделся. Он знал, что Шэнь Ихэ волнуется за него.
— Здравствуйте, второй дядя, — Шэнь Юй встал посреди гостиной и обратился к двум людям, сидевшим на диване с добрыми, ласковыми глазами.
Второго дядю Шэнь Юя звали Шэнь Цинфэн, он родился всего на час позже Шэнь Цинцзэ. Семьи были очень дружны, поэтому каждые несколько дней они ходили друг к другу в гости. Сегодня вернулась Шэнь Цзяцзя, и Шэнь Цинфэн, конечно, привел свою семью, чтобы на нее посмотреть. Однако его жена не желала видеть мать и дочь и наотрез отказалась приходить. Зато его сын, опасаясь, что Шэнь Юя обидят, всю дорогу до дома болтал без умолку. Приехав на виллу и увидев, что Шэнь Юй всё еще не спустился, он изо всех сил вытягивал шею, выглядывая его, хотя на словах упорно твердил обратное.
— Давно не видел Сяо Юя, кажется, ты немного поправился, — сказал Шэнь Цинфэн и протянул Шэнь Юю подарок: — Это второй дядя привез тебе из-за границы наборы для рисования, не знаю, хорошие ли они.
Он ничего не смыслил в живописи, просто знал, что ребенок любит рисовать, и выбирал всё самое дорогое.
— Если не понравятся, вечером с дядей пойдешь выбирать подарки, что приглянется — то и возьмешь, — с готовностью добавил Шэнь Цинфэн.
Шэнь Юй покачал головой, и на его лице засияла радость:
— Спасибо, второй дядя.
— Папа, не балуй его так, я ведь тоже твой сын, — Шэнь Ихэ хмыкнул и закатил глаза, но всё же сунул Шэнь Юю в руки подарок, который приготовил сам.
Шэнь Юй расплылся в улыбке:
— Спасибо, брат Ихэ.
Голос ребенка был тихим, словно писк котенка, с естественными нежными нотками, отчего уши Шэнь Ихэ покраснели. Он поспешно отвернулся и увидел, как к ним подошла Шэнь Цзяцзя.
— Второй дядя, брат Ихэ.
Глаза Шэнь Цзяцзя были красными и припухшими, а руки густо замотаны бинтами — глядя на это, можно было подумать, что она получила тяжелейшее ранение.
— Не пытайся примазаться к родственникам, у меня только один младший брат — Сяо Юй.
— Ихэ! — Шэнь Цинфэн выразил неодобрение, как будто собирался отчитать сына.
Взгляд Шэнь Цзяцзя помрачнел. Она прекрасно знала, что никто в семье Шэнь Цинфэна не любит её. Особенно Шэнь Ихэ: пользуясь тем, что он единственный сын Шэнь Цинфэна, он повсюду порочил её репутацию.
— Второй дядя, а вы привезли подарок для Цзяцзя?
Лицо Шэнь Цзяцзя выражало невинность. Если бы Шэнь Цинфэн случайно не заметил в её глазах затаенную злобу, он бы точно купился на этот облик. Но, так как семьи были близки, он лишь улыбнулся и протянул заготовленный подарок Шэнь Цзяцзя. Та радостно приняла его и, обнаружив платье из новой коллекции этого сезона, пришла в полный восторг.
— Спасибо, второй дядя! — это было искреннее признание.
Шэнь Цинфэн ответил сухо и равнодушно, а затем вновь перевел взгляд на Шэнь Юя. Тот вел себя очень тихо и, когда его не трогали, сидел в углу, молча и одиноко.
Шэнь Цинфэн подал знак сыну, и Шэнь Ихэ, разумеется, понял его мгновенно. Однако Шэнь Цзяцзя оказалась проворнее и села рядом с Шэнь Юем. Шэнь Юй, похоже, был не в восторге и отодвинулся в сторону. Шэнь Цзяцзя, не понимая намеков, продолжала упорно придвигаться к нему.
— Брат Юй, ты злишься из-за того, что случилось раньше? — Шэнь Цзяцзя стиснула зубы, и слезы потекли по её щекам, будто бесплатные.
Шэнь Юй нахмурился и в следующее мгновение, словно от чумы, встал и пересел к Шэнь Цинфэну.
— ... — Шэнь Цзяцзя застыла.
Отец и сын Шэнь, казалось, ничего не заметили — они даже не взглянули в её сторону, продолжая оживленно беседовать с Шэнь Юем. Она в гневе поднялась, но, заметив на лестнице фигуру, снова села на место, приняв самый жалкий вид.
Шэнь Цинцзэ, спустившись, сразу увидел свою нежную дочь, сидящую в углу дивана с покрасневшими глазами. Его ярость мгновенно достигла предела, и он, не раздумывая, рявкнул:
— Шэнь Юй, ты что, не видишь, что твоя сестра плачет?
Шэнь Юй испуганно поднял голову и растерянно посмотрел на Шэнь Цзяцзя. Он действительно не видел, что она плачет. Вспомнив о сегодняшних побоях палкой, он судорожно вцепился в одежду Шэнь Цинфэна.
Шэнь Ихэ нахмурился:
— Дядя, Шэнь Цзяцзя сама устраивает истерики, при чем тут Сяо Юй?
Лицо Шэнь Цзяцзя побледнело, она поспешила оправдаться:
— Папа, не ругай брата Юя, это я сама во всем виновата.
Сказав это, она пошатнулась и без сил опустилась на диван. Шэнь Ихэ, наблюдая за этим, даже восхитился актерским мастерством Шэнь Цзяцзя и только хотел вставить язвительную реплику, как Шэнь Цинфэн прервал его.
http://bllate.org/book/34672/4279820
Готово:
