— Я...
Глядя на пунцовое личико Ся Бая, Линь Цы вдруг понял, какую двусмысленность тот вообразил. Юноша окончательно растерялся, не зная, куда деваться от смущения.
— Да что ты такое несешь? — вмешался Юй Е. — Он же Омега, что он тебе сделает? Живо на выход!
С этими словами Юй Е увлек Ся Бая и Юй Сяо за собой, освобождая пространство.
Как только за ними закрылась дверь, Линь Цы торопливо вытащил из кармана помятую коробочку с тестом на беременность.
Пальцы дрожали, тщетно пытаясь поддеть плотную защитную пленку. Чем сильнее он спешил, тем упрямее не поддавалась пластиковая обертка. Изведясь от нетерпения, он в конце концов просто сжал коробку в кулаке, собираясь разорвать ее силой, как вдруг от двери донесся ровный, глубокий голос Цинь Яня:
— Что ты там делаешь?
От неожиданности Линь Цы едва не подпрыгнул. Он моментально спрятал руки за спину и судорожно замотал головой:
— Н-ничего! Совсем ничего!
Цинь Янь сложил руки на груди и слегка прищурился:
— Да неужели?
Линь Цы закивал с удвоенной силой, а взгляд его так и лучился паникой:
— Правда! Ничего там нет!
Цинь Янь не понимал причин этого внезапного испуга, но и в искренность слов своего Омеги, разумеется, не поверил. Впрочем, допытываться он не стал, лишь ровно спросил:
— Тогда почему до сих пор не вышел?
— Я... я уже иду!
Линь Цы торопливо проскользнул мимо него, виновато опустив голову, и только оказавшись в полутемном коридоре, незаметно запихнул смятую упаковку обратно в карман брюк.
Не успел он перевести дух, как прямо перед ним вырос Ли Шу.
Стоило тому завидеть Линь Цы, как он тут же бесцеремонно ухватил его за локоть:
— Сяо Цы, иди за мной. Нужно поговорить.
Не успела утихнуть одна буря, как тут же нагрянула следующая. У Линь Цы просто опускались руки — сил справляться со всем этим хаосом уже не оставалось.
Он попытался высвободиться и поспешно соврал:
— Я не могу. Брат Янь велел мне ждать его здесь, я...
Но Ли Шу и слушать не желал. Настойчиво увлекая его за собой, он безапелляционно бросил:
— Это займет пару минут, ничего с твоим Цинь Янем не случится.
Линь Цы не мог вырваться. В голове мелькнула мысль позвать на помощь, но ведь Ли Шу не пытался причинить ему вред — поднимать крик из-за пустякового разговора казалось глупым и неловким.
Затащив юношу в соседнюю пустующую комнату, Ли Шу плотно прикрыл дверь и вкрадчиво спросил:
— Сяо Цы, это ведь ты пробудил топливного эспера?
Отпираться не имело смысла — сегодня на заправке его манипуляции с бензином видели абсолютно все. Линь Цы неохотно кивнул:
— Да.
Ли Шу так и просиял. Перехватив его ладони, он преувеличенно горячо заговорил:
— А я-то думал, это у Цинь Яня эспер-способность! Кто бы мог представить, что такой редкий дар достался тебе! Почему ты скрывал это от меня, Сяо Цы? Разве можно было умалчивать о столь важном деле?
В нынешние времена любые источники энергии ценились на вес золота. Обычный бензин, без которого не завести машину и не запустить генератор, превратился в самый востребованный ресурс. Будь Линь Цы хоть чуточку сильнее, он, будучи топливным эспером, мог бы диктовать свои условия любой базе выживших. Его бы на руках носили.
С таким козырем в руках можно было открыть любые двери. Но увы — Линь Цы оставался всего лишь хрупким Омегой, которого без труда мог подчинить себе любой мало-мальски сильный Альфа. Самостоятельно занять вершину пищевой цепочки ему не светило при всем желании.
Нахмурившись, Линь Цы аккуратно, но настойчиво высвободил свои руки из чужого захвата.
— Мне пора, — не поднимая глаз, буркнул он.
Ему претила сама мысль задерживаться здесь и пускаться в долгие объяснения с Ли Шу. В этом попросту не было нужды. К тому же Цинь Янь терпеть не мог, когда Линь Цы приближался к этому человеку.
Однако Ли Шу преградил ему дорогу, не давая сделать и шага к выходу.
— Сяо Цы, постой, не уходи! Что с тобой происходит в последнее время? Ты сторонишься меня, избегаешь... Да и твои феромоны совершенно расстроены. Почему они так пахнут? И откуда этот тяжелый чужой запах? Это... запах Цинь Яня?
При мысли о том, что ненавистный соперник уже успел оставить на юноше свой след, лицо Ли Шу на мгновение исказилось от злости. Слова проклятий едва не сорвались с губ, но он вовремя совладал с собой, придав лицу выражение глубокой тревоги и участия:
— Как он смеет так с тобой поступать? Он что, силой принудил тебя? Обидел?
Линь Цы поднял голову и молча посмотрел на него. Прежде этот соседский парень казался ему верхом благородства, мягкости и красоты, но теперь фальшь сквозила в каждом его жесте. За напускной тревогой Ли Шу даже не потрудился скрыть вспыхнувшую в глазах ярость.
Понимая, что увязать в этих бессмысленных препирательствах нельзя, Линь Цы отрезал:
— Он меня не обижал. Мне нравятся его феромоны, я сам попросил поделиться ими. Я ведь уже говорил тебе, Ли Шу: мой выбор сделан. Я хочу быть его Омегой. А значит, все, что происходит между нами, происходит по моему согласию.
Ли Шу потребовалось несколько секунд и один очень глубокий вдох, чтобы укротить бушевавший внутри гнев.
— Понимаю, — процедил он сквозь зубы, силясь вернуть голосу прежнюю мягкость. — Я и не претендую на то, чтобы стать твоим Альфой. Но неужели мы не можем остаться близкими людьми? Пусть мы больше не соседи, но дружба-то никуда не делась. Позволь мне и дальше быть для тебя просто старшим братом.
Заметив сомнение на лице юноши, он поспешно добавил:
— Если у тебя возникнут трудности или этот тип посмеет тебя обидеть — только скажи. Я всегда заступлюсь за тебя, как в старые добрые времена. Обещаю, никто больше пальцем тебя не тронет.
Линь Цы промолчал.
Ли Шу терпеливо ждал ответа, напустив на себя самое преданное выражение, хотя в душе так и исходил злобой.
«Ну что за капризная дрянь! — мысленно бесился он. — Подумаешь, сорвался на него пару раз, а он теперь строит из себя оскорбленную невинность. Мои извинения для него что, пустой звук?»
Но как бы то ни было, сейчас он не имел права потерять доверие Линь Цы.
Прежде им двигало лишь примитивное желание заиметь смазливого Омегу. Теперь же ставки возросли: ему требовалось, чтобы Линь Цы добровольно и беспрекословно отдавал в его распоряжение свой редчайший топливный дар.
Пока рядом маячил Цинь Янь, провернуть такое силой было невозможно — тот бы мигом переломал ему хребет. Значит, оставался единственный путь — втереться в доверие, окружить заботой и лаской, стать незаменимым.
Приходилось лавировать, подбирать самые нежные слова и буквально заглядывать в рот.
Видя, что Линь Цы все еще колеблется, Ли Шу умоляюще заглянул ему в лицо:
— Правда, Сяо Цы. Клянусь тебе, все будет как раньше. Поверь мне хотя бы раз, ну же?
Линь Цы прекрасно понимал подлинные мотивы этой внезапной нежности. Топливный эспер — слишком лакомый кусок, любой вцепился бы в него зубами. Юноша также отдавал себе отчет в том, что если он прямо сейчас ответит отказом, Ли Шу, возможно, и не применит силу, но костьми ляжет, а уйти просто так не позволит. Будет канючить, ходить хвостом и действовать на нервы.
Чтобы покончить с этим, Линь Цы тихо вздохнул и кивнул:
— Ладно.
Стоило согласию сорваться с его губ, как Ли Шу тут же выложил карты на стол:
— Вот и отлично! Пока мы на базе, здесь безопасно, но завтра, возможно, придется выдвигаться дальше. Когда поедем, садись ко мне в машину, ладно?
Линь Цы аж лишился дара речи от такой прыти.
Отказывать наотрез означало спровоцировать новый виток уговоров. Подавив раздражение, он уклончиво ответил:
— Хорошо. Но сперва мне нужно спросить разрешения у Брата Яня.
Ли Шу просиял еще шире и, бесцеремонно приобняв Линь Цы за плечи, увлек его к выходу из комнаты.
— Договорились, спросишь. Только помни, Сяо Цы: ты уже взрослый человек и должен сам решать свою судьбу. Не позволяй никому навязывать тебе свою волю и вести себя на поводке. Имеешь же ты право на собственное мнение?
—... Угу, — безучастно отозвался Линь Цы.
Он плелся следом, уставившись под ноги и машинально поддакивая.
«Интересно, и у кого же сейчас в руках этот самый поводок? Кто сильнее всех мечтает дергать за него?»
В этот момент в конце коридора показалась высокая фигура Цинь Яня. Его голос прозвучал подобно ледяному душу:
— И что тут происходит?
Вскинув голову, Линь Цы мгновенно отшатнулся от Ли Шу и со всех ног бросился к Альфе. Ухватившись за его сильное предплечье, он поспешно, словно жалуясь, зашептал:
— Брат Янь! Ли Шу настойчиво предлагает, чтобы при следующем переезде я поехал в его машине.
Лицо Цинь Яня мгновенно потемнело. Он смерил Ли Шу таким взглядом, словно вонзил ему под ребра пару острых клинков. Голос его оставался ровным, но от сдерживаемой ярости у обоих присутствующих мороз прошел по коже:
— Ты пытаешься увести моего Омегу?
Ли Шу застыл как вкопанный.
«Твою мать... — взвыл он про себя. — Я же просил его спросить разрешения, а не сдавать меня со всеми потрохами! Что за непроходимый тупица!»
Натянув на лицо вымученную улыбку, Ли Шу сделал пару шагов вперед и примиряюще поднял руки:
— Зачем же сразу так утрировать? Мы с Сяо Цы выросли в одном дворе. Я отношусь к нему как к родному брату, и мое приглашение — всего лишь дружеское желание позаботиться о нем в дороге.
— Позаботиться?
Цинь Янь пренебрежительно хмыкнул:
— Хочешь сказать, что я сам не в состоянии оградить его от опасностей?
Больше не удостаивая соперника вниманием, он крепче сжал ладонь Линь Цы и решительно увлек его за собой по коридору.
Оставшись один, Ли Шу в бессильной ярости с размаху пнул бетонную стену, едва не вывихнув пальцы.
***
Когда они вернулись в кабинет, устроившийся там отряд уже вовсю готовился ко сну. Расположившись на полу и офисных стульях, люди наскоро ужинали сухпайками и переговаривались вполголоса.
Линь Цы послушно опустился на свободное место рядом с Цинь Янем. Заветный тест по-прежнему жег карман, но подходящего момента все не предвиделось.
«Ладно, — уныло подумал он, — попробую отлучиться в туалет чуть позже, когда все улягутся»
Цинь Янь опустил перед ним пухлый синий рюкзак и негромко спросил:
— Выбирай. Что будешь есть?
Линь Цы заглянул внутрь, немного поколебался и выудил крупное спелое яблоко.
Цинь Янь недовольно нахмурился:
— Нет. Это не еда.
Решив, что Альфа упрекает его в излишней скромности, Линь Цы торопливо потянулся в сумку и достал еще и оранжевый апельсин.
Однако Цинь Яня эта прибавка не устроила. Он мягко, но настойчиво отобрал у него фрукты, вернул их назад в рюкзак и выудил коробку с саморазогревающимся рисом. Сноровисто вскрыв упаковку, он принялся готовить порцию:
— Сначала съешь горячее, а потом получишь свои десерты.
Линь Цы опешил от такой заботы, но послушно согласился:
— А... хорошо!
Для сильных Альф вроде Ли Шу и его брата Ли Тао еда служила лишь топливом, они без лишних капризов жевали безвкусные галеты. А вот сидевшие неподалеку Беты явно заглядывались на исходящую паром коробочку. Почуяв аппетитный аромат специй, Юй Сяо тихонько потеребил за рукав Ся Бая.
Поняв намек друга, Ся Бай набрался смелости и несмело обратился к командиру:
— Брат Янь, мы ведь прихватили мешок крупы из того заброшенного дома. Можно мы найдем какую-нибудь плитку и сварим нормальной каши?
Просить готовую еду у сурового вожака Ся Бай робел, но раз уж они разбили лагерь в здании, а не ютились в тесных машинах, то приготовить свое казалось вполне разумной мыслью.
— Нельзя, — коротко отрезал Цинь Янь.
Ся Бай растерялся:
— Но почему?
Линь Цы тоже удивленно взглянул на него. Ему и самому свежесваренный рис казался куда привлекательнее сухих пайков, так почему же Альфа ввел этот запрет?
— В реках полно утонувших зомби, — ровным тоном пояснил Цинь Янь. — Источники пресной воды давно отравлены трупным ядом и вирусом. Очистные станции заброшены. Пользоваться местным водопроводом смертельно опасно.
Перед глазами Линь Цы тут же возникла жуткая картина, которую они наблюдали с моста — вздувшиеся серые тела, копошащиеся на мелководье. Юноша зябко передернул плечами и тихо спросил:
— Если сделать хоть глоток такой воды... заразишься?
— Моментально, — подтвердил Цинь Янь.
Линь Цы прикусил губу и притих, уставившись на свои колени.
Ся Бай в панике округлил глаза:
— Господи... Но я же только что мыл руки из-под крана! Что же теперь делать? И вообще, если водопровод ядовит, как выживать дальше?
Запасов чистой бутилированной воды едва хватало для питья, но ведь человеку ежедневно нужно огромное количество воды для элементарной гигиены. Неужели в этом проклятом мире им теперь суждено вечно ходить грязными, забыв о возможности умыться или принять душ?
Лицо Юй Сяо сделалось мертвенно-бледным — он тоже успел воспользоваться раковиной в коридоре.
Линь Цы встревожился не меньше остальных. Несмотря на то что его собственный организм обладал уникальной невосприимчивостью к патогену, сама мысль о соприкосновении с заразой внушала ему глубокий инстинктивный страх. К счастью, он так и не успел воспользоваться уборной и не прикасался к местному крану. Но тревога за их общее будущее тяжелым камнем легла на сердце.
— Без паники, — спокойно осадил их Цинь Янь. — Если не пить эту воду и не допускать ее попадания на открытые раны, ничего страшного не случится.
В конце концов, в пылу сражений им на кожу постоянно попадали брызги гнилой крови, но никто от этого не мутировал.
Цинь Янь перевел взгляд на Ся Бая и указал на пустующий пыльный аквариум, стоявший на тумбе у стены:
— Тащи его сюда.
Не понимая, чего от него хотят, Ся Бай послушно принес тяжелую стеклянную чашу и поставил на стол. Цинь Янь просто протянул руку над емкостью, и прямо на глазах у изумленных спутников из его ладони хлынул чистый, прозрачный поток, мгновенно заполнивший аквариум до самых краев.
— Мойте, — коротко бросил он.
Линь Цы потрясенно уставился на колышущуюся воду:
— У тебя... эспер-способность управлять водой?
При слове «эспер-способность» Ли Шу и Ли Тао одновременно вскинули головы. Они не проронили ни слова, но их взгляды, полные жадного, напряженного любопытства, буквально впились в фигуру Цинь Яня.
Ся Бай стоял раскрыв рот от изумления. Поборов первый шок, он поспешно поманил притихших товарищей, призывая их смыть опасную водопроводную воду чистой влагой.
Цинь Янь повернулся к Линь Цы и тихо, так, чтобы слышал только он один, произнес:
— О воде можешь не беспокоиться. Пока я рядом, у нас всегда будет чистый источник.
С этими словами он достал из потайного отделения рюкзака небольшую пачку сушеной рыбки в пряном масле и протянул ее юноше:
— Перекуси пока этим.
Золотистые рыбки, густо политые багровым соусом чили, выглядели невероятно аппетитно. От одного их вида у неизбалованного разносолами Линь Цы потекли слюнки.
— Спасибо, — искренне поблагодарил он.
Он с предвкушением потянул за край упаковки. Однако едва пряный, густой аромат специй вырвался наружу, как Линь Цы внезапно побледнел. В следующую секунду, даже не успев сообразить, что с ним происходит, он резко согнулся пополам и судорожно закашлялся от подступившей к горлу тошноты.
— Кх... о-оу-у... — из горла вырвался глухой, мучительный спазм.
http://bllate.org/book/34807/4698657
Готово:
