Пять консервных банок уже уплели за обе щеки.
— Приходил.
Юнь Ми: «?» Как такое возможно!
Он поспешно соскочил с кровати, подбежал к Чжуан Цинхуаю и заглянул в экран телефона: пять банок там были совершенно пустыми, на дне лишь оставались крошечные кусочки мяса.
— Всё исчезло?!
Консервы вылизаны не до конца. Чжуан Цинхуай засомневался, промотал запись назад и увидел, что после того, как Да Цюй и Да Бай доели две баночки и ушли, туда прокралась какая-то тень.
Это был коричневый пудель.
Завидев еду, пудель уткнулся носом в банку и принялся жадно уплетать угощение, в мгновение ока опустошив оставшиеся три. Затем он спрыгнул вниз, наделал лужу прямо у ограждения и убежал.
А-а-а-а!
Проклятый пудель!
Юнь Ми так взволновался, что чуть не разразился руганью, но, вспомнив, что он в человеческом обличье, сдержался. Он заскжетал зубами, из-за чего раздался громкий скрежет.
Чжуан Цинхуай нахмурился:
— Он съел еду Юньми.
Еще больше его расстраивало то, что в столь поздний час Юньми так и не пришел поужинать.
— Что же делать с котиком, как же быть с котиком? — Юнь Ми продолжал повторять эту фразу.
Чжуан Цинхуай холодно произнес:
— Наверное, кот наелся где-то в другом месте.
Черт с два, он вовсе не ел.
При одной этой мысли Юнь Ми заскрежетал зубами от злости, ему страстно захотелось немедленно вернуться в коттеджный поселок и задать трепку этому пуделю.
Юнь Ми:
— В следующий раз, когда вернемся, я поставлю в твоем дворе защитный массив.
Поставить барьер с помощью силы ёкай.
Создание барьера требует постоянного поддержания и отнимает много силы ёкай, поэтому раньше он не стал ставить его для Чжуан Цинхуая.
Но теперь...
Ради того, чтобы Чжуан Цинхуая не тревожили Злые духи, мухи, комары, крысы и особенно всякие собаки, он решил поставить барьер сразу же по возвращении.
Какая же он все-таки хорошая кошка.
Юнь Ми посмотрел на Чжуан Цинхуая и продолжил:
— Впрочем, в следующий раз перед установкой массива мне придется вернуться в даосский монастырь Юньгуань, чтобы подготовить кое-какие вещи. С барьером Злые духи не посмеют приближаться.
Чжуан Цинхуай поверил этому объяснению.
Однако ему всё равно казалось, что что-то здесь не так.
Если всё это так мощно, почему столько лет никто из людей не мог избавить его от проблем?
Не сумев найти ответа, он бросил размышления. Измотанный за целый день Чжуан Цинхуай стоило только лечь в постель, как его тут же сморил сон, и он провалился в дремоту.
Рядом с ним на кровати лежал Юнь Ми. Во тьме его глаза ярко светились, а зрачки совершенно не походили на человеческие.
За окном подул ветер, принеся с улицы клубы пыли прямо в комнату.
Он почувствовал стремительно приближающуюся ауру ёкай.
Юнь Ми сел на кровати и повернул голову к окну.
В лунном свете у окна вырисовывался огромный темный силуэт, заслонявший собой почти весь проем.
Силуэт тряхнул копытами, раздалось несколько глухих ударов «топ-топ», и под тяжелое сопение и фырканье эта тварь резко прыгнула вперед, прорвала оконную сетку и вломилась в комнату, бросившись на спавшего в постели человека.
Действовавший Демон-вепрь ликовал: промышляя в Лесу Цинси столько времени, он наконец-то напал на лакомый кусочек! Стоит только сожрать этого смертного, и его уровень культивации сделает огромный шаг вперед!
Влетев в воздух, он внезапно увидел несущуюся на него черную тень. В тот же миг его голову хлестнуло лапой, брызнула кровь, после дикой боли в ушах зазвенело, в глазах поплыло, и тело разом лишилось сил.
С глухим стуком Демон-вепрь рухнул на пол и, перевернувшись, замер лапами кверху.
Он заметил, что у него на груди сидит большой черный кот.
Демон-вепрь завопил:
— Что за чертовщина?!
Юнь Ми пнул Демона-вепря.
— Заткнись.
Демон-вепрь издал пару хриплых звуков и окончательно потерял способность двигаться.
И без того было тошно из-за того, что консервы сожрали, так этот Демон-вепрь еще и трепался без умолку. Будучи ёкаем, он не обязан соблюдать правила человеческого общества, поэтому с подобными Злыми духами вроде Демона-вепря умел расправляться мастерски. Но теперь, когда его личные данные были внесены в базу Бюро управления демонами, он уже не мог действовать столь беспечно.
Юнь Ми спрыгнул с Демона-вепря.
На полу сгорбленный человек распрямился во весь рост, раскинул руки, и в них из ниоткуда возник мобильный телефон.
— Даже Громовую Скорбь еще не прошел, а уже суешься куда не просят? И людей сожрать захотел? Не знаешь разве, что люди больше всего любят таких вот диких свиней из гор!
С сожалением произнес Юнь Ми.
Он бы и сам не прочь полакомиться...
Но сейчас Юнь Ми послушно взял телефон и набрал номер.
— Гудки...
Прошло секунд десять, прежде чем на том конце ответили:
— Алло, вы кто?
Юнь Ми с гордым видом отрапортовал:
— Я Юнь Ми, хочу сделать донос: я поймал Демона-вепря, который пытался причинить вред человеку!
Сян Янь на другом конце провода:
— ...Где ты сейчас? Держи его под контролем, не привлекай внимания людей, я сейчас же отправлю коллег забрать нарушителя.
Юнь Ми протянул «угу-угу», наступил ногой на голову Демона-вепря, и в мгновение ока тот сжался до размеров крошечного поросенка.
— Можете не волноваться, — сказал он.
Только повесив трубку, Юнь Ми почувствовал неладное. Оглянувшись, он увидел, что в темноте человек, который должен был крепко спать, неизвестно когда приподнялся на кровати и теперь с крайне сложным выражением лица в упор смотрит на него.
Юнь Ми так испугался, что чуть не выронил телефон из рук.
— Ты... ты всё видел?
Чжуан Цинхуай:
— ...Угу.
Видел, как этот хрупкий на вид человек одним ударом ноги превратил огромного вепря в миниатюрного поросенка.
Лицо Юнь Ми слегка побледнело, он уже собирался применить силу ёкай, чтобы стереть тому память, как вдруг услышал:
— Это называется «таблетка уменьшения»?
Юнь Ми:
— А?
Чжуан Цинхуай с сожалением произнес:
— Жаль, не удалось посмотреть, как ты рисуешь талисманы. Проснулся — а дикий кабан уже стал поросенком.
Заметив, что выражение лица собеседника не фальшивое, Юнь Ми облегченно выдохнул: хорошо, что не раскрыл себя, в следующий раз надо действовать осторожнее.
Шум, поднятый диким кабаном, был немалым, и вскоре во дворе зажегся свет.
В тот же миг, как снаружи вспыхнули фонари, Юнь Ми пинком закатил Демона-вепря под кровать.
При ярком свете ужасное состояние оконной сетки в комнате Чжуан Цинхуая бросалось в глаза. Снаружи к окну стремглав подбежал сотрудник съемочной группы и заглянул внутрь.
— Учитель Чжуан, у вас всё в порядке?
— Кажется... кажется, здесь пробегал дикий кабан, даже часть забора обрушилась.
— Это сетка на окне от кабана пострадала? Боже мой!
В комнате зажегся свет.
Юнь Ми стоял у окна и кивнул сотруднику:
— Да, это кабан натворил дел, но я спугнул его палкой.
В этот момент Чжуан Цинхуай тоже поднялся и подошел к окну.
Лицо сотрудника было бледнее полотна:
— Учитель Чжуан, вы не ранены?
Чжуан Цинхуай сохранял прежнее невозмутимое спокойствие.
— Телохранитель подоспел вовремя, я не пострадал.
Сотрудник чуть в обморок не упал и тут же схватился за телефон, чтобы набрать режиссера.
— Боже мой... Как опасно, страшно даже представить!
Услышав шумиху, Гао Цзе тоже примчался сюда. Выяснив, что произошло, и убедившись, что Чжуан Цинхуай цел и невредим, он наконец успокоился.
— А ты, оказывается, не промах, — не удержался от похвалы Гао Цзе, глядя на Юнь Ми.
Теперь уснуть — будь то те, кто уже спал, или те, кто еще бодрствовал — никто больше не решался.
Ночь выдалась на редкость оживленной.
Оконную сетку ночью починить было невозможно, поэтому они просто задернули шторы.
Юнь Ми принял звонок.
— Угу, мои коллеги уже забрали ёкая-нарушителя. На этот раз ты вовремя сообщил, мы накинули тебе два балла. Продолжай совершать добрые дела, их можно будет обменять на награды, так держать, — отрапортовав о результатах, Сян Янь во второй половине фразы зазвучал крайне вяло, словно бездушный робот-повторяшка.
Юнь Ми заглянул под кровать: там и впрямь не осталось и следа Демона-вепря.
— Ого.
Похоже, на этот раз работали коллеги-ёкаи, какая высокая эффективность.
Юнь Ми не удержался и понизил голос:
— ...А ему придется платить за ремонт здания?
Сян Янь:
— Это зависит от конкретных обстоятельств.
Юнь Ми:
— Понятно.
Повесив трубку, Чжуан Цинхуай тоже заглянул под кровать и обнаружил, что Демон-вепрь исчез.
— Всё-таки дал ему сбежать.
— Как думаешь, он еще вернется?
Юнь Ми покачал головой, изображая крайнее расстройство, и произнес:
— Видимо, я еще недостаточно искусен в ремесле. В следующий раз не буду пытаться творить заклинания на расстоянии, нужно использовать настоящую желтую бумагу и киноварь с чернилами. В этот раз плохо подготовился, и ёкай удрал, во всем моя вина.
Чжуан Цинхуай подошел ближе и мягким голосом утешил Юнь Ми:
— Ты невероятно, просто потрясающе силен. Если бы не ты сегодня ночью, я даже не представляю, что бы делал.
Услышав это, Юнь Ми подумал, что люди и правда слишком легковерны, и тут же повеселел.
И в этот самый момент Чжуан Цинхуай заметил на полу в комнате кровавый след — раньше они оба просто не обратили на него внимания.
У него внутри всё сжалось, и он перевел взгляд на Юнь Ми.
Юнь Ми как раз в этот момент повернулся к нему:
— Не переживай, если он заявится снова, я опять проучу его!
Чжуан Цинхуай заметил на лбу Юнь Ми капельку крови. Она застыла ровно посередине межбровья, напоминая точку киновари — точь-в-точь как в сегодняшнем гриме.
Но сейчас она выглядела невероятно чужеродно.
— У тебя тут...
Юнь Ми:
— М?
Чжуан Цинхуай с хмурым видом достал салфетку, шагнул вперед и стер пальцем ту капельку крови со лба Юнь Ми.
— Стерлось, теперь не грязно.
Юнь Ми посмотрел на испачканную кровью салфетку, затем коснулся пальцем собственного межбровья, вдруг что-то вспомнил, его глаза ярко заблестели, и он указал на то самое место:
— Вот тут, прямо как у тебя сегодня.
Рука Чжуан Цинхуая, убирающая салфетку, замерла. Он опустил взгляд и тихо произнес:
— Если тебе нравится, завтра я поставлю тебе такую же.
http://bllate.org/book/34957/4314077
Готово:
