Зять, разумеется, совсем не горел желанием ехать. В конце концов, он ведь и сам-то достал билеты через знакомых исключительно ради того, чтобы отправиться туда вместе с сестрой.
Его сестра подумала, что раз билеты всё равно пропадут зря, то и ладно, и просто позвонила Ван Юйфэю, спросив, не хочет ли он поехать.
Ван Юйфэй как раз собирался завести об этом разговор с Ай Сяоцао. К его удивлению, Ай Сяоцао и сам планировал побывать в парке развлечений, так что это полностью совпало с его планами.
Поначалу Ай Сяоцао не давал согласия, но Ван Юйфэй, догадываясь, о чём тот беспокоится, взял да и позвонил Сюй Шэну.
Услышав об этом, Сюй Шэн, вполне ожидаемо, согласился, и вот теперь все четверо оказались в со столичном аэропорту.
— Братишка, эти билеты и отель, наверное, очень дорогие?
Оглядывая просторный и аккуратный номер гостиницы, Ай Сяоцао невольно сглотнул слюну.
Сюй Шэн опустил багаж и попутно ущипнул Ай Сяоцао за щёку, на этот раз рассчитав силу — красный след на лице не остался.
— О деньгах можешь не беспокоиться, с голоду не помрём.
Хотя Сюй Шэн говорил именно так, Ай Сяоцао ему не верил. Мысль о том, что Сюй Шэн потратил на него столько денег, лишь укрепила его в решении усердно учиться, поступить в университет, начать много зарабатывать и отблагодарить Сюй Шэна как положено.
Да, Ай Сяоцао уже мысленно вписал Сюй Шэна в своё будущее и даже всерьёз задумывался о том, как в старости будет сам заботиться о Сюй Шэну и провожать его в последний путь.
Узнай об этом Сюй Шэн, он бы наверняка размозжил Ай Сяоцао макушку, чтобы проверить, что за бред вообще застревает в этой башке каждый день.
Он же всего на год старше Ай Сяоцао, с чего это вдруг Ай Сяоцао собрался о нём заботиться на старости лет?
В этот момент за дверью внезапно раздался стук.
— Сяоцао, я иду к сестре за билетами, вы со мной?
Вообще-то Ван Цзяи, сестра Ван Юйфэя, жила совсем недалеко от их отеля, поэтому все решили прогуляться туда пешком.
Стоило Ай Сяоцао переступить порог отеля, как он тут же втянул голову в плечи, пряча бо́льшую часть лица в шарфе.
Столичная зима заставляла привыкшего к южным краям Ай Сяоцао дрожать от холода. Заметив это, Сюй Шэн просто снял собственный шарф, обмотал его вокруг шеи Ай Сяоцао и заодно натянул на него капюшон пуховика.
Ай Сяоцао оказался укутан настолько плотно, что наружу выглядывала лишь пара глаз.
У Ай Сяоцао и без того плохо слышало одно ухо, а после стараний Сюй Шэна он и вовсе наглухо отрезал себя от внешних звуков.
Весь мир словно замер, переключившись в беззвучный режим, из-за чего в груди Ай Сяоцао поднялась смутная паника.
Он инстинктивно протянул руку, словно пытаясь за что-то ухватиться, и в ту же секунду его пальцы сомкнулись на чьей-то тёплой и сухой ладони.
Пальцы Сюй Шэна замерли. Озадаченный, он обернулся к Ай Сяоцао, и, столкнувшись с его испуганным взглядом, слегка помрачнел.
Ничего не говоря, он просто привычным движением сунул зябкие пальцы Ай Сяоцао в карман своего пуховика и зашагал следом за Ван Юйфэем, не выпуская руку Ай Сяоцао из кармана ни на секунду.
Мэн Ичэнь впереди так сильно замёрз, что буквально подпрыгивал на ходу, собираясь прислониться к Ван Юйфэю, но тот оттолкнул его одним ударом ладони.
Хоть Ай Сяоцао и не слышал, о чём Мэн Ичэнь и Ван Юйфэй болтали впереди, судя по лицу Ван Юйфэя чернее тучи, Мэн Ичэнь снова сумел действовать ему на нервы.
Мэн Ичэнь, казалось, испытывал какую-то особую страсть к тому, чтобы донимать Ван Юйфэя. Словно страдая мазохизмом, он непременно должен был разозлить Ван Юйфэя до такой степени, чтобы тот хорошенько его отлупил, и только тогда успокаивался.
Сначала Ай Сяоцао находил манеру их общения странной, но потом, видя это сплошь и рядом, попросту привык.
Если бы в какой-то день Мэн Ичэнь не пристал к Ван Юйфэю с очередной глупостью, Ай Сяоцао, пожалуй, удивился бы куда сильнее.
Он посмотрел на дерущуюся парочку впереди, а затем перевёл взгляд на Сюй Шэна, шагавшего рядом. Его озябшие руки в кармане постепенно согревались, а от плотного соприкосновения ладоней на коже даже выступил лёгкий пот.
Мимо на полной скорости проносились автомобили, а редкие глухие гудки доносились словно сквозь пелену, смазанно и нечётко.
Голые, лишённые листьев ветви деревьев по обочинам дорог напоминали исхудалых, узловатых стариков.
Лучи заходящего солнца пробивались сквозь переплетение ветвей, и когда Ай Сяоцао поднял руку и разжал ладонь, солнечный зайчик упал прямо на неё, разливаясь слабым теплом.
Сердце Ай Сяоцао мгновенно успокоилось. Повернувшись к Сюй Шэну, он глухо произнёс сквозь два слоя шарфа:
— Брат, дай мне руку.
Сюй Шэн недоумевающе глянул на него. Не дождавшись ответа, Ай Сяоцао поторопил его ещё раз. Сюй Шэну пришлось с покорным вздохом протянуть Ай Сяоцао другую, свободную руку.
Ай Сяоцао притянул его ладонь к себе и перевернул её так, чтобы она оказалась ладонью вверх. Свет, только что гревший его собственную кожу, тут же упал на ладонь Сюй Шэна.
Он обхватил руку Сюй Шэна своими пальцами, заставив того согнуть их в кулак.
Уголки его глаз изогнулись дугой, а искорки света на дне зрачков засияли так ярко, что даже роскошный закат на краю неба вмиг поблёк.
— Смотри, поймал.Длинные ресницы Сюй Шэна слегка затрепетали. Он пристально глянул в улыбающиеся глаза Ай Сяоцао, шевельнул губами и только хотел заговорить, как его прервал окрик спереди:
— Сяоцаo, Сюй Шэн, вы чего там застряли?
Оглянувшись, Ван Юйфэй увидел, что Ай Сяоцаo и Сюй Шэн стоят возле дерева. Два парня держались за руки — бог весть чем они там занимались, но со стороны это выглядело крайне подозрительно.
Сюй Шэн невозмутимо отнял руку и бросил: «Ничего». Затем, сжав запястье Ай Сяоцаo, он быстрыи шагом догнал Ван Юйфэя, левой рукой пониже надвинув козырек кепки, чтобы попытаться скрыть эмоции, затаившиеся на дне его глаз.
Увидев Ван Цзяи, Ай Сяоцаo понял, что она совершенно не похожа на ту, какой он ее себе представлял.
Он-то думал, что Ван Цзяи будет обладать довольно округлой и пышной фигурой — в конце концов, семейство Ван Юйфэя казалось сплошь упитанным, и напрашивался вывод, что таковы особенности их генетики.
Но все оказалось с точностью до наоборот: Ван Цзяи была не только высокой, но и очень стройной, и лишь круглое лицо выдавало принадлежность к роду Ван.
— Сестра, мы приехали!
Едва переступив порог, Ван Юйфэй возбужденно завопил.
Стоило Ван Цзяи подойти ближе, как его лицо мгновенно изменилось. Он окинул ее долгим взглядом и, нахмурившись, недовольно произнес:
— Сестра, почему ты снова так сильно похудела? Ты что, опять из-за всяких диет нормально не ешь?
— А прошлый раз забыла, когда у тебя открылось язвенное кровотечение, и зять среди ночи вызывал скорую, чтобы отвезти тебя в больницу?
Ван Цзяи молча закатила глаза, скинула тапочки и, занеси руку, отвесила Ван Юйфэю увесистую затрещину.
— Попробуй-ка сам целыми днями мотаться за профессором повсюду, под дождем и ветром — тут не то что похудеешь, черта с два не схудчешь!
Ай Сяоцаo, едва стянув шапку и шарф, услышал голос Ван Цзяи и наконец-то проникся мыслью о поразительно сильной генетике Цзян Сяофан.
Надо же, и Ван Юйфэй, и Ван Цзяи целиком и полностью унаследовали луженые глотки своей матушки Цзян Сяофан.
Ван Цзяи подняла глаза и только теперь заметила, что за Ван Юйфэем кто-то идет. Ее взгляд в первую очередь упал на Мэн Ичэня, с которым она, очевидно, была хорошо знакома.
Семьи Ван и Мэн ведь были соседями, а Ван Юйфэй и Мэн Ичэнь с самого детства играли вместе.
В те годы, когда Ван Юйфэй был еще малышом, Цзян Сяофан и Ван Чжицян были заняты делами в ресторане, и за Вовкой обычно приглядывала она. Поэтому каждый раз, когда Мэн Ичэнь приходил к Ван Юйфэю, она заодно присматривала и за ним.
Проведя столько лет бок о бок, она уже воспринимала Мэн Ичэня как своего второго младшего брата.
Под убийственным взглядом Ван Юйфэя Мэн Ичэнь без малейших колебаний громко назвал Ван Цзяи сестрой, до зубовного скрежета разозлив Ван Юйфэя.
Сама Ван Цзяи осталась крайне довольна этим обращением «сестра» и даже мимоходом похвалила:
— А Сяочэнь-то с каждым днем все краше.
Услышав это, разъяренный Ван Юйфэй притащил сестру к себе и принялся допытываться, кто же красивее — он или Мэн Ичэнь. В ответ он удостоился лишь красноречивого взгляда сестры, значение которого сводилось к фразе «ты бы совести постеснялся», отчего погрузился в такую тоску, что снова яростно зыркнул на кое-кого.
— Ого, тут у нас, оказывается, еще парочка красавцев. Скажи-ка мне, Фэйфэй, неужели ты друзей по внешности выбираешь? И не скажешь ведь, что ты у нас такой эстест!
Подковырнув Ван Юйфэя, Ван Цзяи заставила того вспыхнуть от жгучего стыда и злости — ведь домашнее прозвище, выданное родной сестрой, прозвучало прямо при друзьях.
Надолго задерживаться у Ван Цзяи компания не стала: забрав билеты в парк развлечений и немного посидев, они попрощались.
Ван Цзяи была совершенно покорена послушным и тихим Ай Сяоцаo и прямым текстом велела Ван Юйфэю в следующий раз непременно взять Ай Сяоцаo с собой погулять.
Сюй Шэн, услышав отзыв Ван Цзяи об Ай Сяоцаo, не удержался и бросил взгляд на забившегося в угол и похожего на перепуганного птенца Ай Сяоцаo. У него на правой щеке едва заметно проступили ямочки от улыбки, а на душе стало забавно.
Если бы Ван Цзяи узнала, каким болтуном бывает Ай Сяоцаo перед сном, ее глаза, пожалуй, полезли бы на лоб от удивления.
Испытывая забавное чувство, он одновременно ощутил зарождение какой-то тайной, скрытной радости.
Эта мысль заставила его насторожиться — что-то здесь было не так, однако он никак не мог понять, откуда именно берется это странное ощущение.
Вернувшись вечером в отель, оба умылись и забрались на свои кровати.
Они сняли номер с двумя раздельными койками, и простора широкой односпальной кровати Ай Сяоцаo вполне хватало, чтобы ворочаться во все стороны, не думая о том, как бы тесниться рядом с кем-то другим, но особой радости он почему-то не испытывал.
В конце концов, они с Сюй Шэном уже несколько месяцев делили одно ложе на двоих, и теперь, когда рядом вдруг никого не оказалось, он почувствовал себя непривычно.
Ай Сяоцаo ворочался с боку на бок, и производимый им шум так сильно действовал на нервы Сюй Шэну, что тот в конце концов не выдержал и подал голос:
— Не спится?
Голос Сюй Шэна внезапно прорезал темноту, и Ай Сяоцаo тут же оживился.
Приподнявшись на локтях, он посмотрел на бугорок чужой постели и обиженно пробормотал:
— Привыкнуть не могу, что теперь один сплю.
В комнате воцарилась внезапная тишина. Спустя мгновение Ай Сяоцаo увидел, как фигура на соседней кровати приподнялась, зажала в руке какой-то продолговатый предмет и направилась к нему.
Этот силуэт подошел к кровати, швырнул то, что держал в руке, на матрас, откинул одеяло и нырнул внутрь.
http://bllate.org/book/35092/4332715
Готово:
