Стоявший неподалёку Ю Жэньцзянь украдкой приблизился, пытаясь завязать знакомство, и надо же было такому случиться, что он с ходу услышал словосочетание «тупица».
— Это мисс Симан кого-то ругает?
На его лице застыла самодовольная, приторная улыбка, но Симан даже не удостоила его взглядом.
— Ты ведь не проходил разделение.
Взгляд Симан не отрывался от комнаты, однако вопрос был брошен стоявшему рядом человеку.
Ю Жэньцзянь вздрогнул. Хотя в наши дни подобные свойства вроде прохождения разделения уже не составляли секрета, подспудно между людьми всё же пролегала колоссальная пропасть в статусе, и любой благоразумный человек никогда не стал бы спрашивать об этом напрямую.
Ведь вопрос вроде «на кого ты разделился?» звучал столь же бестактно, как если бы в прошлом ребёнка из разлучённой семьи спросили: «Ты остался с папой или с мамой?».
— Мгм, у меня нет такой судьбы, так и не разделился.
Симан кивнул и развивать тему не стал. Ю Жэньцзянь растерялся и уже собирался допытываться дальше.
Как вдруг Симан поднёс указательный палец к губам:
— Тсс, смотрите, самое интересное начинается.
Снаружи они не слышали звуков, но видели, как Мо Чжии расстегнул первую пуговицу на воротнике своей рубашки.
— Я скажу… я всё скажу…
Помощник Ду чувствовал, как собеседник источает невесть откуда взявшиеся мощные феромоны. Будучи Бетумом класса C, обладающим человеческой железой в сочетании с низшим рангом, он под таким давлением в одно мгновение почувствовал, что горло ему кто-то сжатой намертво мёртвой хваткой, и он не может сделать ни вдох.
В будничные дни, неотлучно следуя за Ши Цзином, он повидал немало и прекрасно знал, на что способны доминантные феромоны, но ещё никогда ему не доводилось сталкиваться с феромонами такой сокрушительной мощи, которая способна в долю секунды лишить человека дыхания.
В полупомутнении рассудка помощник Ду подумал, что эти феромоны не так уж просты, однако его мозг, страдающий от кислородного голодания, словно консервная банка с фасолью, совершенно не соображал.
Общеизвестно, что лишь обладатели S-класса разделения наделяются Врождённым Даром.
Каким же окажется этот жуткий дар… По сравнению с его жалким видом Мо Чжии выглядел расслабленно, его дыхание было ровным.
Мучительно сглатывая слюну, он выдавил:
— Картина… картина Дега… это… это я её повесил…
Стоило Мо Чжии разжать руку, как помощник Ду бесславно рухнул на ковёр, заходясь в непрекращающемся кашле.
— Продолжай. Ты что, переродившаяся зубная паста — пока не надавишь, ни слова не выдавишь?
Едва вернувшись к жизни, помощник Ду, естественно, принялся лихорадочно соображать. Сейчас он не понимал, насколько глубоко Мо Чжии владеет ситуацией, и не знал, какая именно часть правды будет правильной.
Однако пока он, кашляя, хранил молчание, Мо Чжии нанёс ему прямой удар под дых.
— Картина «Мадемуазель Лала в цирке Фернандо» — это ведь ключ к сейфу за фальшивой стеной, верно?
Помощник Ду поперхнулся воздухом и чуть было не отдал концы прямо там.
Картины, ключ, секретное хранилище — насколько же глубоким умом и смертоносной хваткой должен обладать человек перед ним, чтобы насквозь видеть все хитрые замыслы его самого, подобного лисьему предку, и его старшего сородича по лисьей породе Ши Цзина?
И кто бы мог подумать, что на этом удар под дых не закончился.
— Какую бы вещь ни посчитали столь важной, ты бы ни за что не доверил её хранение кому-то другому и наверняка повсюду таскал при себе. Ты человек неглупый и понимаешь, что ведение дел с нами EOS обязательно требует запасного выхода, а потому ты вытащил картину из портфеля. А твоё безумное решение разыграть собственного босса и подменить две картины ясно показывает, что ты в совершенстве усвоил истину о том, что «самое сокровенное укрытие прячется в толпе». Слышал, вчера ты возвращался в здание корпорации Ши под предлогом необходимости забрать документы. Хм, боюсь, документы были лишь прикрытием, а главная цель заключалась в том, чтобы спрятать этот ключ за картиной в твоём кабинете, верно?
Помощник Ду уже не просто поперхнулся — ему казалось, что его заживо зажарили на сильном огне и превратили в пар.
Мо Чжии бросил взгляд на часы в комнате: те как раз показывали ровно двенадцать.
— Остальные члены нашей группы уже добрались туда, полагаю, ключ к этому моменту тоже найден.
— Не может быть, не так… — бормотал помощник Ду. — По информации, которую я получил, оставшиеся люди из EOS должны были прибыть лишь завтра в одиннадцать, почему же…
Его речь оборвалась, и он с дрожью во всём теле уставился на Мо Чжии:
— Это… это ты намеренно пустил фальшивую весть! Ты!
Мо Чжии похлопал себя по воротнику, с которого смахнул несуществующую пыль, поднялся на ноги и заблокировал помощнику Ду возражения предельно прямолинейным и жутко раздражающим заявлением:
— Подумаешь, запустить два одинаковых частных самолёта для пары рейсов — для Семьи Мо это сущие пустяки, размером с кунжутное зёрнышко.
Помощник Ду взревел:
— Раз тебе и так всё известно, зачем тогда расспрашивал меня?!
— Я подумал, что твой ум развит сносно, и решил, что такой пустышка, как Ши Цзин, который даже в картинах толком не разбирается, точно не смог бы тебя обуздать, а за твоей спиной стоит кто-то другой.
Мо Чжии наклонился, глядя помощнику Ду прямо в глаза:
— Я даю тебе шанс выжить: либо выкладываешь мне всё, что знаешь, словно горох из дырявого мешка, либо я выбрасываю тебя наружу в роли козла отпущения, и тогда остающаяся в Семье Ши свора голодных волков и хищных тигров сожрёт тебя так, что даже косточек не оставит.
— Ты человек умный, выбирай.
Губы помощника Ду побелели и затряслись — то ли от страха, то ли от изумления. Мо Чжии редко доводилось встречать столь несговорчивых людей, и он уже собирался вновь выпустить волну феромонов, как на его запястье зазвонил телефон. Это была Шу Чжу.
— Чжии, там двойная конструкция: за картиной открывается потайная ниша, забитая до отказа дисками. Обнаруженный сканером сейф находится прямо за этими дисками, но сейчас мы не можем найти ключ. К тому же здесь установлен механизм самоуничтожения с таймером на пять минут, если пытаться прорваться силой…
Голос Шу Чжу, всегда ровный, сейчас выдавал немалое волнение.
— Оставь это мне.
Мо Чжии перевёл телефон в режим громкой связи и устремил взгляд на человека перед собой.
— Говори. Пароль от сейфа.
Мо Чжии даже не шелохнулся, но исходившее от него давление уже делало дыхание невозможным.
Помощник Ду до крови закусил губы и долго молчал, словно всё ещё взвешивая последние варианты.
— Ты полагаешь, у меня много терпения?
Мо Чжии холодно усмехнулся, и в тот же миг вырвавшаяся на свободу волна феромонов острыми мечами рухнула с потолка конференц-зала, полосуя кожу до боли.
Портвейн — пожалуй, самое сладкое из красных вин, предназначенное для подачи к десертам, — обладал такой сладостью, которая, однако, несла в себе столь ужасающую разрушительную силу.
Алкогольный тип издревле почитался вершиной среди всех разновидностей феромонов из-за поистине колоссальной боевой и контролирующей мощи.
http://bllate.org/book/35150/4340641
Готово:
