Стенка была от силы метра три, но стоило Нань Юйчэну взобраться на самый верх, как у него подкосились колени. Высота казалась головокружительной, и парню чудилось, что, прыгни он сейчас вниз, точно переломает себе ноги.
Он робко глянул вниз. Цинь Цзихэн, конечно, обещал его поймать, но верить, что тот удержит почти взрослого парня весом под шестьдесят килограммов, было глупо. Да и прыгать на глазах у будущих главных героев, влюбленных в Цзихэна, прямо в его объятия — затея паршивая со всех сторон.
И хотя внешне все старались держать лицо, Нин Шуан больше не улыбался, да и на вечно беззаботной физиономии Шао Цуна промелькнула тень тоски.
Грехи наши тяжкие.
Юйчэн понимал, что тот просто строит из себя заботливого старшего бро, но принять эту любезность никак не мог.
Он отмахнулся и, напустив на себя максимально бесстрашный вид, соврал:
— Да ладно вам, сверху всё выглядит не так уж и страшно.
— Серьёзно? — Цинь Цзихэн смерил его откровенно недоверчивым взглядом.
— Зуб даю, — соврал Нань Юйчэн, даже не моргнув.
Цзихэн оглядел его с ног до головы и указал пальцем на побелевшие костяшки:
— А чего тогда руки так трясутся?
— Это врождённый тремор, — выпалил Юйчэн. От чужого разоблачения он запаниковал ещё сильнее, и язык сработал быстрее извилин. Только договорив, парень осознал, какую несусветную чушь сморозил.
— Чё, реально есть такая болезнь? — с подозрением прищурился Шао Цун. — Или ты это только что из пальца высосал?
Сам кашу заварил — самому и расхлёбывать. Пришлось выкручиваться, как бы дико это ни звучало.
Парнишка изо всех сил напустил на себя уверенный вид: он-то знал, что с этим простодушным дурачком залог успеха — наглость. Чем твёрже стоишь на своём, тем охотнее этот наивный простак схавает любую лапшу.
— Тебе медицинскую справку показать, что ли? — с вызовом бросил он.
Цзихэн сразу раскусил обман, но лишь лениво повернулся к Шао Цуну. На его лице застыла красноречивая гримаса: «Серьёзно, бро? Ты настолько тёмный, что про врождённый тремор никогда не слышал?» — будто высмеивая того за дремучее невежество.
Как ни крути, а своего верного оруженосца в обиду давать нельзя.
Шао Цун нутром чуял, что эта парочка спелась и дружно держит его за лоха, но доказать ничего не мог. Помявшись и пробурчав что-то себе под нос, он с сомнением переспросил:
— И чё... правда бывает такая фигня?
Юйчэн, всё так же боясь опустить взгляд со своего насеста, с самым серьёзным и торжественным видом закивал.
Шао Цун рассудил, что в первый же день знакомства нормальный человек не станет врать дважды подряд. И снова послушно заглотил наживку.
— Да нет, про саму болезнь-то я слышал, — замялся он. — Просто засомневался, что у тебя именно она.
Юйчэн молча уставился на него, выдерживая мхатовскую паузу.
Решив, что ему не верят, Шао Цун пошёл ва-банк и тоже принялся самозабвенно врать:
— У меня у троюродного дяди такая же болячка! Просто у него симптомы немного другие, вот я и подумал сначала, что ты заливаешь.
Юйчэн мысленно зажёг свечку за здоровье несуществующего дядюшки. Из последних сил сдерживая рвущийся наружу хохот, он вдруг заметил, что Нин Шуан уже вовсю прыскает в кулак, а у Цзихэна отчаянно подрагивают плечи.
Смех, как известно, заразителен. В конце концов Юйчэн не выдержал и покатился со смеху.
Шао Цун побагровел от ярости:
— Сука, так я и знал, что ты мне по ушам ездишь! — взвыл он, готовый лопнуть от злости. — Какая, к чёрту, болезнь?!
Юйчэн нутром почуял, что сейчас огребёт. Пытаясь увернуться от летящего к стене разъярённого одноклассника, он неловко повернулся, потерял равновесие и с воплем полетел вниз.
Тот самый Цинь, который божился поймать беглеца, в этот момент загибался от хохота, держась за живот. Поэтому его свежеиспечённый «подопечный» шмякнулся прямо перед ним на газон, раскорячившись точь-в-точь как испуганная лягушка.
Зрелище было настолько уморительным, что Цзихэн едва не заржал в голос. Однако, вспомнив о долге покровителя, он выдавил из себя серьёзную мину и потянул растянувшегося парня за руку:
— Эй, живой там?
Высота была небольшой, да и длинные ноги не подвели: даже когда в голове вовсю гулял сквозняк от испуга, тело сгруппировалось само. Юйчэн спружинил на стопах и вовремя упёрся ладонями в землю, сохранив равновесие.
Под ногами оказалась мягкая, сочная трава, так что приземление вышло безболезненным. Парень отряхнул джинсы на коленях и гордо вскинул подбородок, спасая остатки мужского достоинства:
— Всё путём, я в полном порядке.
— Точно? — Цзихэн скептически приподнял бровь.
— Лучше не бывает, — отрезал Юйчэн. Лицо его оставалось непроницаемым, и если бы не всё ещё дрожащие пальцы, никто бы не догадался, какого страху он натерпелся секунду назад.
Но стоило ему договорить, как до Шао Цуна с его феноменально длинной, как экватор, цепочкой мыслей наконец дошло.
— Ага! — победно завопил он, просияв. — Значит, ты всё-таки струсил! А я ведь сразу это понял!
Юйчэн молча переглянулся с Цзихэном.
Цзихэн заметил, что, несмотря на всю свою напускную невозмутимость, новоиспечённый приятель залился краской от кончиков ушей до шеи.
Такое нелепое несоответствие грозного вида и крайнего смущения показалось ему на удивление... забавным? И даже милым.
Но не успел он раскрыть рот, чтобы вступиться за бедолагу, как тот, кого он мысленно окрестил «милашкой», выдал такую тираду, что у бедного Шао Цуна перехватило дыхание.
Потеряв лицо, Юйчэн и не думал обижаться. Вместо этого он расплылся в широченной улыбке и принялся утрированно, громко аплодировать оппоненту, будто тот только что совершил научное открытие века.
Вдоволь насладившись чужим недоумением, он протянул театральным тоном:
— О боже мой! Невероятно! Ты всё-таки догадался! Какое достижение, поздравляю! Жаль только, медаль тебе за это не положена.
Шао Цун захлопал глазами, окончательно сбитый с толку.
«Что за хрень? Он ведь должен был оправдываться или злиться!» — пронеслось у него в голове.
Пока тот пытался переварить услышанное, Юйчэн демонстративно достал телефон, заглянул в экран и с умным видом кивнул:
— Итого... три минуты и двадцать восемь секунд. Ну, для твоего серого вещества это просто космический прорыв. Молодчина, хвалю! В следующий раз постарайся уложиться в три.
Вся заготовленная желчь застряла у Шао Цуна в горле. Осознав наконец скрытый подтекст, он вытаращился на наглеца:
— Слышь, ты щас меня тупым назвал, что ли?
— Да бог с тобой, — с самым невинным выражением лица парировал Юйчэн. — Я тебя искренне хвалю.
— Сволочь, так я тебе и поверил! Точно издеваешься! — взревел Шао Цун.
Поняв, что спорить бесполезно, он сжал кулаки и с криком бросился на обидчика.
Но Юйчэн, едва почувствовав под ногами твёрдую землю, воспрянул духом. Имея за спиной такую надёжную крышу в лице Цзихэна и Нин Шуана, подставляться под удары он не собирался.
Парень принялся скакать резвым кроликом, уворачиваясь от выпадов и ловко кружа вокруг ошарашенных одноклассников.
Убедившись, что неповоротливый преследователь его не догонит, он подлил масла в огонь:
— Да ладно тебе, прогресс же налицо! Раньше ты бы сарказм вообще не выкупил, а тут смотри-ка — справился!
Шао Цун аж зарычал от бессильной злобы. Будь он диким котом, у него бы сейчас точно вся шерсть дыбом встала.
Цинь Цзихэн мысленно содрал с Юйчэна ярлык «милашки» и выбросил его в помойку. Подпирая плечом стену, он с удовольствием наблюдал за бесплатным цирком и лениво вмешивался, только когда «подопечный» начинал совсем уж истошно вопить о помощи.
Глядя на эти «высокие» отношения новоиспечённых соседей, Цзихэн невольно улыбнулся.
«Да уж, этот пройдоха своего точно не упустит».
***
Шашлычная вовсю заманивала посетителей акцией в честь начала учебного года: овощные шпажки отдавали по пять юаней, мясные — по десять.
Для огромного мегаполиса, где каждый метр земли стоил бешеных денег, ценник был просто сказочным. Семьи у всех четверых явно не бедствовали, поэтому скромничать парни не стали. Стол быстро заполнился горами ароматного мяса на углях — идеальная еда для вечно голодных старшеклассников.
Когда пришло время расплачиваться через приложение, Юйчэн, заглянув в баланс телефона, едва не поперхнулся. Столько карманных денег он в руках отродясь не держал. И ведь это были всего лишь средства на виртуальном кошельке WeChat! На банковской карте сумма наверняка исчислялась куда более астрономическими цифрами.
В этот момент в голове радостно затрезвонила Система, явно напрашиваясь на комплимент:
[А то! Зацени, какой шикарный образ я тебе состряпала. Классический богатенький буратино без царя в голове! В прежней школе ты устроил истерику и потребовал перевода только потому, что повара в столовой баловались чесноком. Предкам до тебя дела нет, они вечно на работе, так что дома ты натуральный домашний тиран. Короче: бабла навалом, тормозов нет, твори что хочешь! С такими картами в руках сводить парочки — одно удовольствие!]
Вспомнив сиротливо лежащий в рюкзаке экзаменационный бланк, где до тройки не хватило ровно одного балла, Юйчэн трезво оценил свои новые умственные способности.
«Ладно, пускай дурачок, зато при деньгах», — философски рассудил он. Превращение из нищего вечного студента в зажравшегося мажора его более чем устраивало.
В реальном мире он рос сиротой и выживал исключительно благодаря стипендии да редким выигрышам на студенческих олимпиадах. О том, чтобы вот так сидеть в кафе и заказывать горы шашлыка, не заботясь о завтрашнем дне, он раньше и мечтать не смел.
Но стоило ему расслабиться и подумать, что жизнь в романе не так уж плоха, как Система безжалостно вернула его с небес на землю:
[Кстати, сейчас отличный момент! В комментариях к прошлой главе читатели просто умоляли о милых взаимодействиях между Нин Шуаном и Цинь Цзихэном за ужином. Ну, там, положить друг другу лучший кусочек в тарелку, встретиться взглядами, многозначительно улыбнуться... Действуй!]
Юйчэн перевёл взгляд на парней. Те сидели плечом к плечу, но общались с грацией двух случайных попутчиков. С другого бока, словно голодный коршун, за ними ревниво бдел Шао Цун.
«Забираю свои слова обратно. Перерождение в книге — это адский отстой», — мысленно взвыл Юйчэн.
Да уж, участь шиппера-кукловода легкой не назовешь.
Пока в душе бушевала буря, парень лихорадочно соображал, с какого боку подступиться к этим двум деревянным истуканам. Как ни крути, а без мало-мальского фундамента любви не построишь.
Если у Цзихэна к Нин Шуану вообще ничего не ёкает, насильно их в постель не уложишь — тут действовать надо тоньше.
Вокруг плыл густой, аппетитный дымок от мангала. Раньше Нин Шуан не жил с Цзихэном в одной комнате, так что совместные вылазки в кафе случались нечасто. Сегодняшний день и без того принёс ему массу приятных сюрпризов, поэтому парень так и лучился тихим счастьем. Даже новообретённый сосед казался ему чертовски милым парнем.
Встретившись с ним взглядом, Юйчэн почувствовал укол совести.
Но делать нечего: читательская фанбаза требовала зрелищ, а значит, придётся отрабатывать хлеб.
Ситуация складывалась комичной: он, посторонний человек, радел за чужое личное счастье усерднее, чем сами потенциальные влюблённые.
Обглодав сочное куриное крылышко и убедившись, что обстановка за столом разрядилась, Юйчэн как бы между прочим закинул удочку:
— Брат Цинь, а я слышал, вы с Нин Шуаном с самого детства не разлей вода?
— Ага, — кивнул Цзихэн, отправляя в рот кусок мяса. — Считай, в одном манеже сидели.
Нин Шуан улыбнулся, его взгляд потеплел от нахлынувших воспоминаний. Он охотно подхватил тему:
— Точно. Наши родители дружат сто лет, так что мы с Цзихэном буквально выросли на одном горшке. Столько всего про друг друга знаем...
— Во-во! — Цзихэн хлопнул ладонью по колену. — Как вспомню одну историю, так до сих пор смех разбирает...
Он многозначительно замолчал, выдерживая гроссмейстерскую паузу.
Все трое тут же уставились на него. Юйчэн с Нин Шуаном прямо-таки светились от любопытства, да и Шао Цун, хоть и делал безразличный вид, навострил уши.
Убедившись, что завладел всеобщим вниманием, рассказчик с гордостью выдал:
— Мы с ним в детстве как-то раз нарядились в девчачьи платья! Не поверите, но я тогда был первой красавицей на нашей улице!
Распалившись от собственных воспоминаний, он уже полез в галерею телефона за компроматом, но густо покрасневший Нин Шуан вовремя перехватил его руку, не давая позориться перед новыми знакомыми.
Наблюдая за согнувшимся в три погибели от хохота Шао Цуном и абсолютно довольным собой Цзихэном, Юйчэн в очередной раз задался резонным вопросом:
«И как этот придурок умудрился стать всеобщим любимцем? Он что, лично подкупил автора мешками с золотом?»
http://bllate.org/book/35328/4413783
Готово:
