Из-за присутствия Сун Ли Цзян Чжэну было неудобно расспрашивать Гу Цзиньняня о том, что произошло.
Гу Цзиньнянь очень хотел отвезти Сун Ли в тот самый ресторан, о котором тот говорил по телефону, но, проверив карту, обнаружил, что он переехал, и теперь было неизвестно, куда именно.
В итоге они забронировали номер в отеле и заказали ужин прямо в комнату.
Было уже поздно, и возвращаться обратно в Цзинши доставляло слишком много хлопот. К тому же, ни квартира Гу Цзиньняня, ни собственная квартира Сун Ли, куда тот сегодня так и не добрался, стояли заброшенными уже очень давно, и селиться там сегодня было бы не совсем практично.
Поужинав, Сун Ли с некоторым запозданием произнес:
— Завтра понедельник, я не смогу пойти в НИИ.
— Возьми там отгул, — Гу Цзиньнянь погладил его по голове. — Если такой выдающийся научный сотрудник, как наше Сяо Ли, который трудится не покладая рук и у которого отроду не было выходных, попросит об отгуле, директор ведь не рассердится, правда?
Цзян Чжэн от услышанного покрылся мурашками — он почти подозревал, что Гу Цзиньняня подменили.
— Я немного поспал у тебя на полу, там столько пыли, я хочу принять ванну.
Сун Ли счел слова Гу Цзиньняня разумными и отправил директору сообщение с просьбой об отгуле, хотя тот, судя по всему, все еще находился за границей на конференции.
Гу Цзиньнянь перевел взгляд на Цзян Чжэна, и тот сразу всё понял: попрощавшись с ними, он отправился в свой номер.
Сун Ли ушел мыться, а Гу Цзиньнянь от нечего делать открыл на телефоне почту и ответил на несколько срочных писем.
В верхней части экрана всплыло уведомление — сообщение от Цзян Чжэна:
Ты совсем распоясался, не перегибай палку, иначе как я потом буду оправдываться перед Сун Сяо?
Она уже знает, — ответил Гу Цзиньнянь.
Не дожидаясь, пока Цзян Чжэн продолжит сомневаться в несправедливости этого мира, Гу Цзиньнянь поднялся, взял халат и постучал в дверь ванной. Шум воды внутри стих.
— Чего тебе? — голос Сун Ли донесся из-за двери, звуча глухо.
— Ой, ну как же так, Сяо Ли, я тоже ужасно хочу искупаться, весь грязный, такое противное ощущение.
Сун Ли ничего не ответил, и вода зашумела снова, всем своим видом выражая отказ.
Но Гу Цзиньнянь не сдавался и продолжил стучать:
— Сяо Ли, какое у тебя жестокое сердце! Разве ты можешь совестить меня оставлять грязным снаружи? Или ты меня больше не любишь?
Шум воды снова прекратился. Сун Ли заикающимся голосом произнес изнутри:
— Ты... ты подожди немного, еще чуть-чуть, и я закончу, это быстро.
— Ты же... ты же взрослый человек, не... не будь таким капризным!
Гу Цзиньнянь кашлянул:
— Но мне так хочется помыться вместе с Ли-Ли! Если не с Ли-Ли, то я вообще не хочу мыться.
— Ты понимаешь, насколько серьезными будут последствия, если я не искупаюсь? Мне придется лечь с тобой в одну постель грязным, и ты тогда тоже испачкаешься.
— Ты сможешь это вытерпеть?
Дверь резко распахнулась. Сун Ли стоял в халате, лицо его пылало неестественным румянцем, а шея покраснела, и краснота эта уходила далеко за уши.
— Я закончил, давай мойся быстрее! — выпалил он, опрометью бросился в спальню и захлопнул дверь.
Гу Цзиньнянь посмотрел на метнувшуюся прочь испуганную фигурку и улыбнулся.
Ничего, время есть.
Гу Цзиньнянь искупался быстро, так как, войдя в ванную, обнаружил, что Сун Ли забыл забрать фен, а он переживал, как бы тот не простудился.
Взяв фен, он вернулся в спальню. Сун Ли сидел, нахмурившись и уставившись в экран телефона.
Гу Цзиньнянь включил фен в розетку и подсел к нему:
— В чем дело? Давай-ка посушим волосы.
— Значит, я и правда звонил тебе?
— Только я ничего не помню.
Ничего не отвечая, Гу Цзиньнянь притянул голову Сун Ли к себе, щелкнул тумблером и принялся сушить ему волосы.
Закончив, Сун Ли посмотрел на свое отражение в погасшем экране телефона и заметил на макушке упрямо торчащий хохолок.
— Ты меня некрасиво высушил, — заявил он Гу Цзиньняню. — Если бы твое имя было Тони, клиенты бы точно написали на тебя жалобу.
— Зато я покладистый, жаловаться на меня не станешь.
Сун Ли уперся руками в плечи Гу Цзиньняня, выпрямился и чмокнул его в щеку:
— Напротив, я тебя еще и поцелую в награду.
Гу Цзиньнянь отложил фен в сторону:
— А ты осознаешь, к каким последствиям приведет твой поступок, Сяо Ли?
Сун Ли снова устроился на постели и посмотрел на него, его глаза сияли, словно полные звезд.
— Я тебя накажу, — прошептал Гу Цзиньнянь ему на ухо.
Мягкому пружинному матрасу пришлось несладко этой ночью: постояльцы вели себя возмутительно и задали ему знатную трепку.
Бедняга, он так и лежал толстым плоским пластом, без рук и без ног, покорно снося любые тычки и хваты.
Умей он говорить, он бы посоветовал хозяину отеля тщательнее проверять прибывающих гостей или вывесить табличку с правилами — чтобы не творили всякие странные вещи только потому, что матрас кажется безобидным.
Проснувшись на рассвете, Сун Ли наконец понял, о каких последствиях говорил Гу Цзиньнянь.
Он все-таки испачкался.
Гу Цзиньнянь, полулежа на подушках и обсуждая рабочие вопросы с секретарем, заметив, что тот проснулся, отложил телефон, прилег и притянул Сун Ли к себе:
— Не хочешь еще немного поспать?
Сун Ли потерся о его грудь и осоловело промычал в ответ что-то невнятное.
Услышав гнусавость в его голосе, Гу Цзиньнянь приложил руку ко лбу Сун Ли, проверяя температуру.
Хорошо хоть жара нет.
— Тогда давай вставать, сходим за лекарствами, ты простудился.
Гу Цзиньнянь испытывал жгучее чувство вины: ему не следовало терять над собой контроль и постоянно норовить прижаться к Сун Ли, из-за чего тот теперь заболел.
Сун Ли выглядел вялым. Когда Гу Цзиньнянь, ведя его за руку, вышел из номера, из соседней комнаты как раз выбирался Цзян Чжэн. Окинув взглядом цветущего Гу Цзиньняня и изможденного Сун Ли, Цзян Чжэн подумал, что его собственный романтический путь, похоже, тоже подходит к концу.
Он все еще не мог поверить, что человек, про которого Гу Цзиньнянь еще в университете говорил, что тот ему нравится, — это и есть Сун Ли.
Неудивительно, что в дни без пар тот вечно мотался в университет Ку.
— Мы собираемся купить лекарства, после обеда вроде бы возвращаемся в Цзинши, поедем вместе?
Стоило Гу Цзиньняню заикнуться о лекарствах, как Цзян Чжэну тут же мерещилось нечто странное: будто тот переспал с невинной девушкой, а на следующий день ведет ее покупать экстренную контрацепцию. К тому же Сун Ли приходился младшим братом Сун Сяо, и Цзян Чжэну так и хотелось выругаться на него как на последнюю сволочь. Но тут он сообразил, что Сун Ли вообще-то парень.
— Что случилось, какие лекарства? — выпалил он, а сообразив, какова может быть истинная причина, почувствовал неловкость и едва не прикусил себе язык.
— Чего это у тебя за выражение лица? — ответил ему Гу Цзиньнянь. — Он простудился, немного подмёрз.
http://bllate.org/book/35371/4371568
Готово:
