Гу Пинвань задумалась на пару секунд:
— Можно, но платить не нужно.
— Нет уж, я плачу за знания, а не тебе, — Цян Хуай состроила гримасу, а на её лице засияла улыбка.
— Хм, ну ладно.
Гу Пинвань знала, что Цян Хуай руководствуется добрыми намерениями, и не была человеком, который пренебрегает чужей добротой.
Си Цзэ вернулась после телефонного звонка как раз в тот момент, когда Гу Пинвань с мусором в руках вышла за дверь.
Цян Хуай изначально собиралась проводить её до выхода, но получила отказ.
— Твои расчёты были слышны даже у двери, — поддразнила Си Цзэ. — Так сильно стараешься ради других — смотри, останешься с носом, выложат тебя дочиста и иронии не заметишь.
Цян Хуай разочарованно откинулась на спинку офисного кресла:
— Я согласна остаться с носом ради неё, хоть сколько раз.
Си Цзэ возмутилась:
— Цян Хуай! Пожалуйста, не забывай, что ты актриса!
…
— Как там с проверкой? — выражение лица Цян Хуай мгновенно изменилось.
— IP-адрес указывает на Шаньси, — ответила Си Цзэ.
Цян Хуай кивнула:
— Пиар-отдел уже замял желтушные новости. Найди несколько СМИ и пусти слух о моих других выдуманных чёрных пиар-скандалах.
— А затем подведите всё к тому, что тот мужчина преследовал меня, получил отказ и решил оговорить меня в отместку.
Си Цзэ записала всё в блокнот:
— Поняла, учитель Цян становится всё изощрённее.
— Уйти на дно — значит подготовить почву для лучшего прыжка, — улыбнулась Цян Хуай. — Пока у нас нет стопроцентных доказательств, не обращайся в полицию, не отправляй письма от адвокатов и вообще ничего не объясняй.
— Я хочу посмотреть, получится ли у меня поймать эту крупную рыбу, — Цян Хуай крутила в пальцах ручку, её костяшки пальцев были отчётливо видны.
Си Цзэ захлопнула блокнот, который носила с собой:
— Эти люди только и ждут, что мы начнем метаться. Мы не доставим им такого удовольствия.
Когда Си Цзэ ушла, Цян Хуай откинулась на спинку кресла и достала телефон — классный чат пестрел сообщениями с утешениями.
Она прокрутила переписку снизу вверх и заметила, что от Ань Линьлинь нет ни весточки.
Это казалось странным: раньше, стоило появиться каким-нибудь новостям о ней, Ань Линьлинь всегда проявляла активность в чате, почему же сегодня царило полное молчание?
Она задумчиво вертела телефон в руках.
В то же время Гу Пинвань, поужинав, сразу принялась за отладку программы, и не успела опомниться, как наступил час ночи. Она тут же схватила ноутбук и поспешила в больницу.
Мать Гу лежала на больничной койке и спала. После химиотерапии цвет лица у людей совсем неважный, и когда она неподвижно лежала, порой казалось, будто вовсе непонятно, живой этот человек или нет.
Гу Пинвань стучала по клавишам на соседнем стуле; в полумножной палате светился лишь экран ноутбука.
— Сяовань, ты всё ещё работаешь? — мать Гу проснулась от жажды и попыталась приподняться, чтобы попить воды.
Услышав шорох, Гу Пинвань тут же отложила ноутбук и налила матери стакан воды:
— Угу.
Мать Гу сделала глоток и похлопала её по руке:
— Эх, я же говорила тебе идти домой отдыхать после работы. Мне здесь и самой неплохо, а ты так изматываешь себя, бегая туда-сюда.
Каждый день после работы Гу Пинвань сначала приходила в больницу навестить мать — хотя в большинстве случаев та уже спала, а порой, если засиживалась слишком поздно, прямо здесь и ночевала на раскладушке.
— Хочу побыть с тобой подольше, — тихо произнесла Гу Пинвань, ставя стакан на место.
В глазах матери Гу блеснули слёзы:
— Когда ты училась в средней школе, я почти за тобой не ухаживала.
Она всхлипнула, к счастью, в палате больше никого не было.
— Во всём виновата я, это я тяну тебя на дно, — эмоции матери Гу прорвались наружу, и слёзы хлынули нескончаемым потоком.
— Мам, не говори так, — Гу Пинвань нахмурилась.
Мать Гу от природы была очень жизнерадостным человеком, но после смерти мужа, когда Гу Пинвань исполнилось двенадцать лет, она не смогла этого вынести. Днями напролёт она обливалась слезами, подорвала здоровье криками и только сильнее вредила Гу Пинвань.
До сих пор её грызла сильная вина: в те годы Гу Пинвань переживала пубертатный период, и ей практически не доставалось материнской заботы — целыми днями та бездумно ходила на работу ради заработка либо оплакивала покойного мужа.
Лишь когда Гу Пинвань собственными силами смогла поступить в Цинхуа, мать Гу увидела надежду на жизнь. Она раскаивалась не потому, что сердилась на собственную дочь, а потому, что ненавидела себя.
Ей вечно казалось, что она не справилась с обязанностями матери: с младших классов школы и вплоть до старших Гу Пинвань почти никогда не ела еды, приготовленной матерью.
Теперь она хотела всё исправить, но было уже слишком поздно.
— Сяовань, — она вцепилась в руку Гу Пинвань. — Возвращайся на работу в НИИ! Я могу лечиться сама.
— Мама больше не хочет, чтобы ты останавливалась на достигнутом, я и так слишком многого тебя лишила.
— Всё из-за меня, во всём виновата я. Если бы не я, ты могла бы жить той жизнью, о которой мечтая.
У Гу Пинвань защипало в носу, она никогда в жизни не думала о подобном:
— Мама, то, что я сейчас могу находиться рядом с тобой — уже великое благо.
На самом деле она просто боялась. Боялась в один прекрасный день вернуться домой и не застать маму, точно так же, как когда-то не стало отца.
— Тогда пообещай маме, — срывающимся от слёз голосом произнесла мать Гу. — Как только я выпишусь, ты вернёшься на работу, хорошо?
Сдерживая слёзы, Гу Пинвань кивнула:
— Хорошо.
Успокоив мать и дождавшись, пока та засниет, она снова взялась за ноутбук и принялась писать код.
Строчки кода одна за другой быстро появлялись на экране, и Гу Пинвань привычно проверяла каждый параметр.
Она использовала алгоритм кластеризации K-Means для анализа общественного мнения. Днем, разглядывая фотографии в компании Цян Хуай, она случайно заметила на открытой странице браузера множество неблагоприятных высказываний в адрес актрисы.
Выражения были крайне резкими, позиции комментаторов практически однобокими, к тому же в нескольких сообщениях повторялось по меньшей мере три ключевых слова — это означало, что волной общественного мнения кто-то целенаправленно управлял.
Гу Пинвань запустила веб-паука для сбора контента по ключевому слову #Цян Хуай#, после чего настроила программу кластеризации K-Means, чтобы разбить собранную информацию на позитивные, негативные и нейтральные отзывы.
Во всей комнате раздавался лишь стук клавиатуры да щелчки мыши. Гу Пинвань вперила взгляд в устремленный вверх график ломаной линии негативных отзывов и перевела глаза на позитивные мнения, которые упорно держались на среднем уровне.
Она отвела взгляд и протяжно вздохнула.
Среди извлеченных из Weibo данных больше всего оказалось именно негативных отзывов.
Там утверждалось, что Цян Хуай якобы забеременела и спала с мужчиной даже в период вынашивания ребенка, из-за чего зачатым оказался и ребёнок в её утробе; другие заявляли, что она подвергает скрытым домогательствам артистов своей компании независимо от их пола, причем зачастую сразу по несколько человек разом. Находились даже те, кто сравнивал Цян Хуай с чеболями из некой зарубежной страны, заявляя, что она собственными руками возвела империю, ядром которой стала Группа Хуайшэн.
http://bllate.org/book/35730/4421793
Готово: