Голос Линь Фэн, чистый и неземной, казалось, проникал в самую глубину души, когда он сидел бок о бок с Чжао Шуцином.
Коллеги, которые ещё мгновение назад шумно заказывали еду, притихли. Один за другим они отрывались от телефонов, заворожённые этим пением, и оборачивались в их сторону.
Чжао Шуцин и сам не ожидал, что Линь Фэн вдруг запоёт.
Возможно, у того просто было хорошее настроение, а может, умиротворяющий свет луны навеял покой.
Так или иначе, русалка тихонько напевал, согревая ладонь Чжао Шуцина в своих руках. Его голос не звучал так же громко и раскатисто, как тогда, на берегу реки, — нежный, хрустальный напев струился ласковой колыбельной, медленно и глубоко западая в душу.
От этих звуков сердце Чжао Шуцин невольно сжалось.
Ему чудилось, будто этот незнакомый мотив ему смутно знаком, но он никак не мог вспомнить, где слышал его прежде.
Линь Фэн прикрыл глаза и чуть приподнял голову, приоткрывая изящный изгиб белоснежной шеи. Лунный свет дрожал на зеркальной глади бассейна, мягким серебряным покрывалом ложась на их плечи.
Кто-то из сотрудников поспешно достал телефон, стараясь запечатлеть это мгновение. В лаборатории воцарилась благоговейная тишина, нарушаемая лишь песней, которую Линь Фэн дарил ночному светилу.
Когда последние звуки растаяли в воздухе, Линь Фэн повернулся к Чжао Шуцину. Его синие глаза лучились мягким светом, словно безмолвно спрашивая, понравился ли ему этот напев.
Прежде чем Чжао Шуцин успела ответить, тишину взорвали восторженные аплодисменты.
— Как же красиво, Линь Фэн! — наперебой закричали коллеги.
От неожиданности русалка вздрогнул. Он испуганно посмотрел на ликующих людей, а затем со страхом и надеждой перевёл взгляд на Чжао Шуцина.
Чжао Шуцин мягко улыбнулся ему:
— Очень красиво. Ты чудесно поёшь.
Обрадованный Линь Фэн выпустил его руку, мгновенно соскользнул в воду и скрылся в глубине бассейна, только лазурный хвост мелькнул на прощание.
Поняв, что русалка отправился отдыхать, Чжао Шуцин не стал его беспокоить. Он аккуратно расставил медикаменты по местам, собрал необходимые документы и вернулся к себе в общежитие, рассчитывая за эти спокойные дни закончить работу над научной статьёй.
Когда он вошёл в комнату, Гу Яо ещё не вернулся. Чжао Шуцин понимающе усмехнулся про себя: похоже, у них со старшим соучеником действительно всё шло на лад.
Насыпав корма кошке, Чжао Шуцин погрузился в систематизацию данных. За работой время пролетело незаметно; когда он наконец оторвал взгляд от бумаг, на часах уже глубоко перевалило за полночь. Наскоро умывшись, он лёг спать, даже не подозревая, что следующим же утром проснётся знаменитым.
[#ПениеРусалки]
[#ПервоеПоявлениеРусалки]
[#РусалкаИЕёСмотритель]
Эти теги мгновенно возглавили списки самых обсуждаемых тем. Наибольшую популярность набрал первый из них: если кликнуть по нему, можно было увидеть видеоролик, опубликованный в официальном аккаунте океанариума. На записи Линь Фэн и Чжао Шуцин сидели на краю бассейна под ночным небом, и русалка, слегка запрокинув изящную голову, пел, обращаясь к луне.
В мягком лунном свете его очертания казались окутанными серебряной дымкой, а сапфировый хвост переливался и вспыхивал, точно драгоценная смальта.
Его голос на записи звучал чарующе и плавно, а сам поющий русалка был столь грациозен, что казался сошедшим со страниц древних легенд сказочным духом.
«Боже мой, так вот как поют русалки? Будь я моряком, я бы без раздумий бросился за ним в пучину!»
«Линь Фэн невероятно красив... Как природа могла создать столь совершенное существо?»
«Ужасно завидую его смотрителю. Раньше я мечтал ухаживать за пандами, а теперь хочу растить русалку!»
«Очнись! Что для панд, что для русалок от смотрителя требуют как минимум докторскую степень».
«...»
Стоило Чжао Шуцину переступить порог лаборатории, как он почувствовал на себе десятки пристальных взглядов. Сконфуженно оглядевшись, он недоумённо спросил:
— Что случилось? Почему вы все так на меня смотрите?
Коллеги тут же обступили его со всех сторон, наперебой показывая экраны телефонов с открытым видео.
Вглядываясь в экран, Чжао Шуцин изумлённо округлил глаза — ему ещё никогда в жизни не доводилось оказываться в центре такого всеобщего внимания.
— А не слишком ли рано мы раскрыли внешность Линь Фэн? — обеспокоенно спросил он, возвращая телефон. Память о недавнем похищении всё ещё была слишком свежа.
Е Сюнь небрежно отмахнулась и ободряюще улыбнулась:
— Не переживай. Тех наёмников из-за границы, поговаривают, уже замели. К тому же карантин вот завтра закончится, и Линь Фэн так или иначе придётся предстать перед публикой. Немного раннего пиара ей не повредит, да и океанариуму обеспечит отличный приток посетителей.
Хотя основные исследования финансировались государством, часть их бюджета напрямую зависела от доходов самого океанариума. Каждая их экспедиция привозила из открытого моря новые образцы и диковины, пополняя местную коллекцию, поэтому администрация никогда не скупилась на субсидии.
Новость о поимке преступников принесла долгожданное облегчение. Чжао Шуцин вновь скользнул взглядом по экрану: они с Линь Фэн сидели совсем рядом, плечом к плечу, и от этой картины его сердце наполнилось щемящей нежностью.
"А ведь со стороны мы действительно смотримся удивительно гармонично"
Испугавшись столь внезапной и дерзкой мысли, Чжао Шуцин поспешно вернул гаджет коллеге и с головой ушёл в работу.
Спустя неделю карантина и тщательных медицинских обследований стало ясно, что здоровью Линь Фэн больше ничего не угрожает. Совместно с Е Сюнь было решено организовать её переезд в понедельник — день, когда океанариум закрыт для посетителей.
Весть о скором появлении русалки в океанариуме быстро разлетелась по миру, приковав к себе всеобщее внимание. Впрочем, кое-где за рубежом по-прежнему вовсю трубили о фальсификации и мистификациях, упорно игнорируя любые научные данные и видеозаписи.
Отношение исследовательского центра к этим выпадам укладывалось в простую формулу: хотите верьте, хотите нет.
Ранним утром в понедельник Чжао Шуцин пришёл в лабораторию одним из первых, однако Сюй Тан и Е Сюнь уже были на месте. Обменявшись с ними приветствиями, Чжао Шуцин с любопытством повернулся к старшему соученику:
— Сяо Тан-цзе, а ты почему здесь так рано?
После тех посиделок в выходные Чжао Шуцин толком не виделся ни с Сюй Тан, ни с Гу Яо. Последний дневал и ночевал на работе, полностью погрузившись в проект «Двойная женская репродукция». Чжао Шуцин, заваленный собственными делами, старался его не тревожить, но как верный друг в глубине души очень переживал за его личную жизнь и страстно желал узнать, есть ли прогресс.
Однако Гу Яо при каждой попытке завести этот разговор упорно увиливал от темы. Поняв, что друг не настроен откровенничать, Чжао Шуцин не стал настаивать.
Но теперь, когда перед ним стоял сам Сюй Тан, устоять перед искушением разузнать подробности того вечера было решительно невозможно.
— Сяо Тан-цзе, — Чжао Шуцин осторожно увлёк его в тихий угол и заговорщически прошептал: — Ну так... как у вас дела с Гу Яо?
Сюй Тан сделал вид, будто не понимает, о чём речь:
— В каком смысле?
— Да ладно тебе! Ну, тогда, когда я ушёл... Он тебе ничего такого не говорил? Не ляпнул какую-нибудь глупость?
Лицо Сюй Тан осталось совершенно бесстрастным.
— Нет, ничего. Мы просто поужинали и разошлись по домам.
— И всё? — разочарованно протянул Чжао Шуцин.
Сюй Тан пристально посмотрел на него:
— А чем, по-твоему, мы должны были заниматься после ужина?
В её тоне проскользнули опасные нотки, и Чжао Шуцин поспешно пошёл на попятную:
— Да нет, ничего, я просто так, к слову пришлось...
Одарив его красноречивым взглядом, Сюй Тан повернулся к транспортировочному резервуару у края бассейна.
— Занимайся делом, а не глупостями, — отрезал он. — Пора за работу.
Смущённо потерев переносицу, Чжао Шуцин молча последовал за ним.
Перспектива снова лезть в тесный переносной контейнер вызвала у Линь Фэн бурю негодования. Лабораторный бассейн хоть и не был бескрайним морем, но всё же давал свободу движений, несравнимую с этой узкой коробкой. Чжао Шуцин пришлось долго уговаривать и успокаивать его, объясняя на пальцах, что это временное неудобство ради скорого «новоселья» в настоящем огромном резервуаре.
Перевозка русалки вместе с тоннами воды в океанариум превратилась в целую процессию. В принципе, Чжао Шуцин мог бы справиться и без лишней шумихи, но на месте их уже ждали директор комплекса, многочисленные чиновники и даже пара съёмочных групп. Событие мирового масштаба требовало соответствующей помпы.
К счастью, всё прошло гладко. Чжао Шуцин наблюдал, как контейнер доставили в техническую зону океанариума. Перед ними раскинулась огромная водная система, разделённая на глубокие сектора прочными стальными решётками.
Днём крупные обитатели могли беспрепятственно плавать по всему выставочному пространству, но после закрытия опасных или особо ценных хищников изолировали в вольерах, чтобы они не нарушили экосистему в отсутствие персонала. Безвредная мелочь вроде мелких рыбёшек и креветок пользовалась полной свободой круглосуточно, так что специальных закрытых резервуаров оборудовали всего около десятка.
Оказавшись в новой воде, Линь Фэн несколько раз шумно плеснул хвостом, привыкая к температуре, а затем подплыл к краю и, испуганно глядя на Чжао Шуцина, тихонько позвал его по имени.
— Всё хорошо, маленький, всё хорошо, — Чжао Шуцин ласково погладил его по голове. — Я здесь, я никуда не уйду.
Линь Фэн продолжал взволнованно жаться к бортику. К счастью, официальные лица ограничились быстрой фотосессией и вскоре покинули вольер. Сюй Тан, как куратор проекта, ушёл вместе с ними, на прощание бросив на Чжао Шуцина ободряющий взгляд.
Как только суета улеглась, Чжао Шуцин вместе со смотрителем океанариума принялся помогать русалке осваиваться на новом месте и знакомиться со своими будущими «соседями».
Чжао Шуцин присел на бортик, облачённый в плотный чёрный неопреновый гидрокостюм. Линь Фэн с любопытством разглядывал его непривычный вид, положив подбородок ему на колени и наблюдая, как тот затягивает ремешки ластов и проверяет баллон с кислородом. Заметив этот озадаченный взгляд, Чжао Шуцин улыбнулся и легонько коснулся его щеки:
— Не бойся, я сейчас спущусь к тебе.
Погружение под воду не представляло для Чжао Шуцина никакой сложности. Закончив со снаряжением, он плавно скользнул в глубину. Линь Фэн испуганно рванулся к нему: в представлении русалки сухопутные люди были слишком хрупкими созданиями, обречёнными без его защиты на мгновенную гибель.
Однако на этот раз его человеку ничто не угрожало.
Чжао Шуцин сделал несколько глубоких вдохов через загубник, привыкая к давлению. Русалка взволнованно кружил вокруг, готовая в любой миг вытащить его на поверхность, но вскоре сообразил, что в этом странном чёрном «панцире» его друг чувствует себя превосходно, и заметно успокоился.
Чжао Шуцин сделал знак рукой, приглашая его за собой в глубоководную зону, где плавали другие обитатели океанариума. Линь Фэн послушно взмахнул хвостом. Они плыли рядом, плавно огибая искусственные рифы, словно две русалки — одна в чёрном облачении, другая в лазурном сиянии.
Пробудившиеся природные инстинкты дали о себе знать: оказавшись в просторном глубоком бассейне среди сотен живых существ, Линь Фэн заворожённо замер. Его глаза расширились от изумления, и он растерянно посмотрел на Чжао Шуцина.
Выпустив облачко серебристых пузырей, Чжао Шуцин ободряюще махнула рукой, безмолвно разрешая ей плыть куда захочется.
Линь Фэн нерешительно качнулась вперёд, проверяя реакцию спутницы. Убедившись, что та лишь с улыбкой наблюдает за ней, русалка мощным толчком хвоста послала своё тело вперёд. Подобно стремительной лазурной стреле, она ворвалась в самую гущу мирно дрейфующего косяка рыб.
Сквозь стекло маски Чжао Шуцин видела, как Линь Фэн кружится в этом живом водовороте. Мелкие рыбёшки, ничуть не испугавшись новой соседки, с любопытством облепили её, закрутившись весёлым хороводом.
Линь Фэн плыла легко и непринуждённо, наслаждаясь каждым движением.
Свободная.
Невероятная.
В этой глухой, обволакивающей тишине Чжао Шуцин слышала лишь собственное сердце, глухими ударами бьющееся в груди.
Это происходило уже не впервые.
Каждая встреча с Линь Фэн заставляла её пульс ускоряться. Чжао Шуцин до боли в груди любила этот доверчивый, ищущий взгляд, любила то, как русалка ластится к ней, как кружит рядом, не желая отпускать ни на шаг.
Ей до безумия нравилось её лицо, её изящные движения. То, как она устраивалась у её ног под холодным лунным светом и пела свою тихую песню.
"Кажется, я действительно полюбила эту прекрасную русалку"
http://bllate.org/book/35771/4753755
Готово:
