Чэнь Юань временами думал, что Ли Юэхе и Ли Цзэсюй по своей сути — совершенно одинаковые люди: своенравные, холодные и донельзя высокомерные. Даже прожив с Ли Юэхе больше десяти лет, он в редкие мгновения чувствовал, как же далек от него любимый человек, словно луна на небе — видишь, да не дотянешься.
От этой мысли ему самому становилось немного смешно.
Он молчал, подавляя эмоции, ровно до тех пор, пока не услышал приближающиеся перебранки Ли Цзэсюя и Ли Юэхе, пока не увидел, как Ли Цзэсюй висит на Ли Юэхе и они, толкаться и пихаясь, спускаются со второго этажа. Только тогда он вынырнул из этой сложной и запутанной пучины чувств.
— Сяо Юань, иди-ка сюда, дай старшему брату поцеловать тебя! — с этими словами Ли Цзэсюй, от которого разило алкоголем, отлип от Ли Юэхе и снова повис на Чэнь Юане.
Чэнь Юань отстранился и нахмурился:
— Сколько же ты опять выпил? Мы же договаривались навестить учителя Суня.
Чэнь Юаня слегка раздражало то, как Ли Юэхе обращается с Ли Цзэсюем, но при этом он прекрасно знал ориентацию Ли Цзэсюя, ревновать было не к кому и не за что, поэтому его лицо невольно помрачнело, а в голосе поубавилось мягкости.
Ли Юэхе улыбнулся, и его глаза превратились в полумесяцы:
— Да всё нормально, А-Юань, он притворяется, трезвый как стеклышко.
С этими словами он отвесил Ли Цзэсюю пинок под зад, подгоняя того в ванную.
Чэнь Юань снова опустился на диван, чувствуя, что голова начинает раскалываться, и правой рукой стал массировать точки цзинмин между бровей. Ли Юэхе подсел к нему, взял за левую руку и произнес:
— Ты не сердись на Цзэсюя, он прошлой ночью возил продюсера...
Чэнь Юань долго молчал, а затем спросил:
— Тебе не кажется, что во мне уживаются две совершенно разные личности?
Услышав это, Ли Юэхе улыбнулся, приобнял своего младшего возлюбленного за плечи и ответил:
— Нет. Мне кажется, что ты жуткий цундэрэ.
Чэнь Юань: «……»
Ли Юэхе посмотрел на покрытое темными тучами лицо Чэнь Юаня и нашел это забавным до невозможности, а потому продолжил дразнить его без тени смущения:
— Ой, да признайся честно, ты ведь втайне сох по нашему Цзэсюю, признайся же...
Вышедший из ванной Ли Цзэсюй услышал это, и у него от ужаса мурашки побежали по коже. Охваченный крайним смущением, он поспешно спрятался обратно. Чуть позже, хлопая себя по лицу, он подумал: это вообще-то мой дом! С какой стати я должен прятаться от этой парочки придурковатых гомосексуалов?
А в это время Чэнь Юань, разозленный шуточками Ли Юэхе, подумал про себя: если бы у меня действительно что-то было с Ли Цзэсюем, с твоим-то характером, Ли Юэхе, ты бы разве не заставил меня тут же уступить место?
И он холодно фыркнул:
— Он что, красивее тебя или умнее? С чего бы мне на него заглядываться?
Подслушивающий у стены Ли Цзэсюй рассвирепел и возмутился:
— Чэнь Сяоюань, выражайся яснее! Я между прочим тоже в прошлом звезда, с чего это я хуже старого Ли?!
Вчетвером они, наконец, добрались до больничной палаты старика Суня как раз к десяти часам.
Сунь Чжан так долго не видел Ли Цзэсюя, что поначалу едва его узнал. Пожав Ли Цзэсюю руку, он повернулся к стоявшему рядом Чэнь Юаню и спросил:
— Сяо Юань, это твой старший брат навестить меня пришел?
Ли Цзэсюй несколько раз судорожно сглотнул ком в горле и выдавил:
— Учитель, я пришел навестить вас.
Сунь Чжан кивнул, словно собирался сказать тысячу слов, но в итоге выронил лишь одно:
— Иди верной дорогой. Главное — потом не жалей.
Ли Цзэсюй вдруг почувствовал, что эти слова весят тысячу цзиней. Глаза заволокло слезами — он пожалел, давным-давно пожалел. Вот только жизнь не повернуть вспять, и на сердце остался лишь груз нерастраченных сожалений.
Сунь Чжан перевел взгляд на Ли Юэхе и Чэнь Юэ, легко улыбнулся и сказал Чэнь Юаню:
— Это твой муж и ребенок? Такие уже большие.
Чэнь Юань присел на корточки у кровати Сунь Чжана и, видя, что учитель вовсе не сердится, осмелел:
— Да, мы вместе уже много лет. Боялись, что вы рассердитесь, поэтому молчали. Сяо Юэ, поприветствуй дедушку-наставника.
Чэнь Юэ звонким голосом поздоровался:
— Дедушка-наставник.
Старик погладил Чэнь Юэ по голове и сказал Чэнь Юаню:
— Ребенок очень на тебя похож.
Затем старик медленно перевел взгляд на Ли Юэхе. Ли Юэхе подошел к нему вплотную —
— Не представишь своего мужа?
Чэнь Юань залился краской смущения перед старшим. Сцена, которую он мысленно прокручивал и репетировал бесчисленное количество раз, разворачивалась прямо у него на глазах, но он вдруг почувствовал себя тем самым неуклюжим, косноязычным пареньком из провинции на первом курсе института. Промучившись долгое время, он выдавил из себя лишь:
— Он очень хороший, он программист, человек просто невероятно, необыкновенно хороший.
Сунь Чжан с улыбкой шумно перевел дыхание и, немного отдохнув, произнес:
— На самом деле я давно догадывался, что ты не такой, как все... За эти годы я несколько раз собирался сказать тебе: найди себе уже хорошего человека для жизни, не обращай внимания на то, что думают другие. Пока живешь на свете, главное — чтобы самому было радостно и счастливо. Но каждый раз, когда слова уже вертелись на языке, я не смел их произнести. Мне все казалось, будто это я во всем ошибаюсь...
Ли Юэхе с улыбкой опустил голову, прижимая к себе Чэнь Юэ.
— Но теперь я вижу: то, как ты живешь — это тоже очень хорошо. Даже намного лучше, чем у других.
Чэнь Юань серьезно ответил:
— Да, учитель, сейчас мне очень хорошо. У меня любимая работа, самый любимый на свете человек, и даже есть ребенок. В юности я о таком и мечтать не смел.
Сунь Чжан, казалось, немного утомился. Помолчав подольше обычного, он произнес:
— И всё же не забывай приглядывать за своим старшим соучеником. У него слишком много собственных задумок и ума через край. Чрезмерная одаренность хрупка, я вечно боюсь, что он натворит каких-нибудь глупостей.
У Ли Цзэсюя покраснели глаза, но он всё равно не преминул вставить колкость:
— Учитель, да он меня только и делает, что отчитывает и поучает при каждой встрече! Если вы ему такое говорите, он теперь вообще задерет нос.
Чэнь Юань улыбнулся и сказал Сунь Чжану:
— Раз учитель велел, я, конечно, буду слушаться.
Покинув больницу в полдень, все четверо отправились вместе пообедать. Ли Цзэсюй предложил:
— Давайте сходим в тот ресторан западной кухни?
Ли Юэхе вдруг вспомнил того прекрасного юношу, его сердце рухнуло на самое дно, и он мрачно бросил:
— Не хочу западную кухню.
Чэнь Юань удивился и спросил:
— Разве ты не хотел еще перед Новым годом сводить туда Сяо Юэ...
Не успел Чэнь Юань договорить, как Ли Юэхе прервал его с явным и нескрываемым раздражением:
— Разве нельзя не хотеть этого прямо сейчас?
Из-за болезни Сунь Чжана Чэнь Юань и сам был не в лучшем расположении духа, поэтому слова Ли Юэхе вспыхнули в нем искрами почти мгновенного гнева. Однако он от природы не умел закатывать скандалы, тем более — изрыгать проклятия в адрес любимого брата, поэтому его губы то сжимались, то размыкались, не издавая ни звука, и только кадык быстро ходил вверх-вниз, выдавая бурю эмоций.
Ли Цзэсюй почувствовал, как у него заныл затылок: почему эти двое сегодня либо выставляют напоказ свою любовь, либо грызутся? И он поспешил сгладить острые углы:
— Ладно тебе, старый Ли, ты сколько лет живешь на свете, а привычку срывать характер только на близких так и не исправил, да?
http://bllate.org/book/36177/4488752
Готово:
