Он усмехнулся, отложил телефон в сторону и небрежно бросил:
— Ой, да я знаю. Первый раз же, у всех бывает в первый раз.
Хэ Цзяши словно ударил кулаком по вате. Он какое-то время сердито уставился на Цинь Яня, и выражение его лица было таким, будто он готов проглотить Цинь Яня живьём.
Цинь Янь не смог удержаться от смеха, глядя на его донельзя серьёзную физиономию. Он потрогал Хэ Цзяши за щеку и снова спросил:
— Из-за этого злишься?
Хэ Цзяши ничего не мог с ним поделать. Повылуплявшись на Цинь Яня ещё немного, он сдался: Цинь Янь и не думал воспринимать его обиду всерьёз, да к тому же смотрел на него с улыбкой. В конце концов Хэ Цзяши больше не смог держаться с каменным лицом и сам фыркнул со смеху.
На следующий день они снова отправились гулять — на этот раз по Нанкинской пешеходной улице и набережной Вайтань. К вечеру Цинь Янь предложил подняться на телебашню Жемчужина Востока, но Хэ Цзяши наотрез отказался. Зная, что тот боится высоты, Цинь Янь не стал настаивать и давить на него.
После этого Хэ Цзяши даже стало немного неловко, и он сам предложил Цинь Яню:
— Пойдём, пойдём! Мы ведь столько ехали, грех упускать шанс.
Это было именно то, чего добивался Цинь Янь. Правда, стоило им подняться на Жемчужину Востока, как у Хэ Цзяши от страха подкосились ноги. Он боялся даже взглянуть вниз и, зажмурившись, мёртвой хваткой вцепился в руку Цинь Яня.
На самом деле Цинь Янь уже бывал здесь раньше с матерью, а сейчас привёл Хэ Цзяши специально ради того, чтобы тот полюбовался ночным Шанхаем. Поэтому он решил намеренно взять его на слабо:
— И чего ты так высоты боишься?
Услышав это, Хэ Цзяши стиснул зубы и всё-таки заставил себя открыть глаза. От вида залитого огнями неонового мира за окном у него внутри всё затрепетало: на небоскрёбах переливались разноцветные огоньки, а автомобили, словно светящиеся муравьи, жёлтыми полосками струились по извилистым линиям дорог.
Его рот слегка приоткрылся. Забыв о том, что он собирался возразить Цинь Яню, Хэ Цзяши невольно выдохнул:
— Как же в Шанхае здорово...
На смотровой площадке Жемчужины Востока было не протолкнуться от туристов. Люди, говорящие с самыми разными акцентами, вместе восхищались оживлением и процветанием этого города.
Цинь Янь улыбнулся. Ухватив Хэ Цзяши за руку, он увлёк его за собой в общий поток людей, делая круг за кругом.
Спустившись с башни, они оба были готовы умереть с голоду, поэтому просто заприметили на обочине первое попавшееся небольшое заведение, намереваясь отведать блюда шанхайской кухни.
Оба они были коренными жителями севера, а местная еда оказалась непривычно скудной и сладкой. Сделав всего пару палочек, они тут же перевели взгляды на видневшейся неподалёку ресторанчик KFC.
В итоге им пришлось сменить дислокацию: купив по гамбургеру, они наконец остались полностью довольны.
Вернувшись в гостиницу, Цинь Янь не преминул подшутить над Хэ Цзяши:
— Ну что, в видеоигры рубиться будем? А то ведь раньше всё хвастался, что затащишь меня к победе?
Лицо Хэ Цзяши побледнело:
— Да... давай в другой раз.
Цинь Янь снова рассмеялся, уперся пальцем ему в лоб и толкнул на кровать, а затем, точь-в-точь как Хэ Цзяши накануне, целиком рухнул сверху на него.
Неизвестно почему, но тело Хэ Цзяши вдруг напряглось. Он легонько толкнул Цинь Яня:
— Ты чего творишь?
Цинь Янь нашёл его реакцию странной:
— Ты же вчера точно так же на меня завалился!
Хэ Цзяши, не зная, как с ним быть, оставил попытки сопротивляться:
— Ладно-ладно, давай, дави меня, дави.
Они заглянули друг другу в глаза, но не прошло и минуты, как даже самому Цинь Яню стало не по себе. Он поднялся, сел на краешек кровати и, словно пытаясь замести следы, принялся рассеянно листать ленту на телефоне.
Спустя пару секунд Хэ Цзяши тоже приподнялся. Одной рукой он прикоснулся к спине Цинь Яня, а другой уперся в матрас и произнёс:
— Цинь Янь, давай после окончания школы поступать в Шанхай.
Цинь Янь повернул голову и посмотрел на него:
— Понравилось здесь?
Хэ Цзяши кивнул:
— Угу. И от дома далеко.
Цинь Яню было в общем-то всё равно — он объездил почти все крупные города Китая, и ни один из них не вызывал у него ни особой любви, ни антипатии. Тем не менее ему захотелось ещё немного подразнить Хэ Цзяши.
Поэтому Цинь Янь ответил:
— Шанхай — так себе. Мне не по вкусу местная еда. Разве ты сам не говорил, что здешняя стряпня тебе не нравится?
Хэ Цзяши немного подумал и пошёл на уступки:
— Я буду готовить тебе сам.
Цинь Янь улыбнулся.
Ему очень нравилось подшучивать над Хэ Цзяши вот так, беззлобно. Каждый раз, видя, как Хэ Цзяши уступает ему, Цинь Янь отчётливо понимал: в любых планах Хэ Цзяши на будущее неизменно присутствует он сам.
Тогда Цинь Янь кивнул и сказал:
— Ладно. Раз будешь готовить мне еду, я так и быть составлю тебе компанию в Шанхае.
На третье утро они проспали почти до полудня, а после обеда сели на автобус и вернулись в город Ц.
По дороге Цинь Янь немного разморило от сна. Устроившись у окна, он незаметно задремал.
Солнечные лучи падали на лицо Цинь Яня, и в их золотистом сиянии Хэ Цзяши мог разглядеть каждую крошечную ресничку на его лице. В груди внезапно защемило, и он, не удержавшись, кончиком пальца легонько провёл по носу Цинь Яня.
Цинь Янь спал чутко и недовольно пробормотал:
— Не трогай...
Хэ Цзяши улыбнулся, протянул руку, сначала нежно погладил Цинь Яня по волосам, а затем прикрыл своей ладонью его голову, позволяя тому спать прямо у него на руке, и тихонько проговорил:
— Стекло же такое твердое.
Цинь Янь тоже улыбнулся. Ничего не ответив, он почувствовал, как в сердце поднялась целая волна сладких чувств.
В понедельник и вторник выдалась безумно сумасшедшая пора, и времени на написание глав совсем не оставалось. Но сегодня я наконец смог за них сесть! Надеюсь, вам понравится эта глава, низкий вам поклон!В конце июня вместе опубликовали результаты экзаменов в старшую школу и проходные балла всех учебных заведений.
В тот год из экспериментальной школы при металлургическом комбинате в провинциальную экспериментальную школу поступили ровно четыре человека, и Хэ Цзяши оказался как раз четвёртым.
Словно по предначертанию свыше.
Узнав свои баллы, он долго сидел неподвижно, уставившись в распечатку с результатами, пока Цинь Янь не толкнул его в плечо:
— Чего застыл? Сдал же, чего не радуешься?
Хэ Цзяши улыбнулся. Конечно же, он радовался — ведь это значило, что они с Цинь Янем снова смогут проучиться три года в одном классе.
Тогда он присел на стул и позвонил Хэ Цзюню. Однако тот на том конце провода вовсе не выглядел радостным. Сухо бросив, что заберёт сына ближе к началу учебного года, Хэ Цзюнь тут же сослался на срочное совещание и поспешно повесил трубку.
От начала и до конца Хэ Цзюнь даже не удобился спросить, сколько баллов набрал Хэ Цзяши.
Радостное настроение Хэ Цзяши увяло наполовину. На мгновение ему даже показалось, что собственный отец предпочел бы видеть его провалившим экзамены, чем с блестящим результатом поступившим в провинциальную экспериментальную школу.
http://bllate.org/book/36256/4502660
Готово:
