Шэнь Цинсюй замер на месте на добрую половину минуты, словно наконец смирившись с уготованной ему судьбой или судорожно обдумывая пути отступления.
Наконец он едва слышно вздохнул и, словно покоряясь неизбежному, произнес:
— Пойдёмте.
Семья Шэнь была семейным предприятием, а потому обладала всеми присущими ему особенностями.
Например, многие руководящие должности занимали седовласые, но полные сил и бодрости старики.
Или, например, все эти старики наблюдали за тем, как растет наследник, и приходились Шэнь Цинсюю дядьями или даже дедушками.
Они не только имели полное право побеседовать с ним о пустяках, но даже могли увлечь за собой в эту беседу Чжоу Хуая — его мужа.
Приняв у секретаря список участников, Шэнь Цинсюй почувствовал, как перед глазами у него потемнело.
Один дедушка и два дяди.
Неудивительно, что Чжоу Хуай решил, будто он явился сюда именно ради этого совещания. Раз уж поднялся такой шум и приехали старожилы компании, было бы странно присутствовать здесь и при этом избегать встречи с ними.
Шагая по коридору, застеленному бесшумным ковром, Шэнь Цинсюй с заметной неохотой приближался к третьему конференц-залу.
Он намеренно потянул время в надежде, что совещание начнётся без него — тогда он, возможно, смог бы привлечь к себе чуть меньше внимания.
Однако всё пошло наперекосяк: когда он толкнул дверь, места по обе стороны длинного овального стола уже были заняты.
Слева сидели топ-менеджеры и проектная команда Шанхан Технолоджи — в строгих костюмах, с суровыми лицами. Справа расположились посланцы Шэнь Сюй, во главе которых восседал Шэнь Шоуго; рядом с ним устроились еще два пожилых члена семьи Шэнь с улыбками и невозмутимым видом, а также несколько помощников.
Хотя в конференц-зале никто не болтал попусту, атмосфера вовсе не казалась напряженной, ее скорее можно было назвать дружелюбной.
В конце концов, кто же не знал, что боссы с обеих сторон делят одно ложе, а обе компании в определенном смысле давно уже стали одной семьей.
Увидев входящего Шэнь Цинсюя, Шэнь Шоуго, тихо беседовавший с соседом, явно опешил. Но тут же его лицо озарилось искренней улыбкой, и он поднялся на ноги:
— Цинсюй? Ты как здесь оказался?
Шэнь Шоуго приходился родным братом отцу Шэнь Цинсюя, будучи его самым настоящим дядей, который в детстве немало поносил племянника на руках.
Перед лицом этого доброго старца неловкость Шэнь Цинсюя достигала предела.
Он торопливо сделал несколько шагов вперед, жестом останавливая Шэнь Шоуго, который собирался встретить его стоя, и понизил голос, стараясь говорить как можно более непринужденно:
— Я заехал по делам в Шанхан, услышал, что вы здесь, и решил заодно заглянуть.
Чжоу Хуай в этот момент неторопливо последовал за ним, с безупречно невозмутимым видом первым протянув руку Шэнь Шоуго и двум другим старейшинам семьи Шэнь, причем держался он с привычной непринужденностью:
— Дядя Шэнь, рад встрече.
Он намеренно притворялся близким человеком, чем невольно и весьма удачно соответствовал роли племянника-зятя.
— Председатель Чжоу излишне любезен, — улыбка на лице Шэнь Шоуго от появления Чжоу Хуая стала чуть более официальной и вежливой, и он все же попытался подняться со своего места, чтобы уступить главному во главе стола. — Идите-идите, как раз вовремя, я уступлю вам обоим местечко.
Его стул стоял ровно посередине длинного стола, естественным образом разделяя Шэнь Цинсюя и Чжоу Хуая.
— Дядя Шэнь так проницателен.
— Не нужно!
Похвала Чжоу Хуая и отчаянный отказ Шэнь Цинсюя прозвучали почти одновременно.
Воздух на мгновение замер. Все взгляды в конференц-зале устремились на них.
Шэнь Шоуго уже наполовину встал, застыв в неловкой позе между ними — садиться было поздно, стоять глупо, и ему оставалось лишь неловко рассмеяться:
— Ничего-ничего, вы двое и должны сидеть на главных местах, я просто пересяду в другое место.
Он думал, что Шэнь Цинсюй просто стесняется сгонять старшего с места.
Однако Чжоу Хуай лишь уголки губ приподнял, чуть качнув подбородком в сторону Шэнь Цинсюя, и произнес с почти показной покорностью:
— Тогда сидите. Я слушаю… нашего юного господина.
Шэнь Шоуго:
— …А?
Все участники совещания, совершенно ничего не понимающие:
— …………
Секретарь, уже собиравшийся прикрыть за собой дверь и выйти, едва не оступился от неожиданности:
— …………
Шэнь Цинсюю казалось, что вся кровь в его теле прилила к лицу; ему чудилось, будто он физически ощущает, как взгляды присутствующих сдирают с него кожу и втаптывают ее в пол.
Шэнь Шоуго не зря повидал на своем веку немало бурь: после секундного замешательства он твердо уселся обратно на стул, вновь натянув на лицо чуть застывшую улыбку и переводя все в шутку:
— Ну… раз вы настаиваете, откажусь от скромности, ха-ха, давайте-ка скорее начинать.
Совещание официально перешло к повестке дня. Один из проектных менеджеров Шанхана вышел к трибуне, открыл тщательно подготовленную презентацию и начал докладывать о текущих результатах проекта и планах на следующий квартал.
Материалов к обсуждению оказалось немало. Поскольку Шэнь Цинсюй присоединился спонтанно, его экземпляр еще не успели распечатать, и сидевший рядом Шэнь Шоуго подвинул к нему свою папку:
— Посмотри мою, а то, что касается тебя, проверишь сам — ты справишься с этим куда лучше меня.
Шэнь Цинсюй опустил взгляд, зацепившись за подробные пункты о выделении средств на следующий квартал.
Сумма, которую Шанхан собирался инвестировать, оказалась даже больше, чем он предполагал, причем значительная ее часть целевым образом направлялась на модернизацию главной лаборатории группы А и сопутствующих объектов.
Он потратил несколько секунд на то, чтобы вникнуть в прочитанное.
Разве это не его собственный кабинет?
Ниже тянулся длинный и донельзя подробный перечень закупок:
Элитный шерстяной ковер ручной работы из Италии — 1 шт.
Новейший эргономичный комплект из умного стола и кресла — 1 шт.
Профессиональная система защиты зрения с регулировкой спектра и цветовой температуры (установка во всем здании)
И даже миниатюрная термостатическая экологическая витрина… Всё до единой вещи было премиальным и баснословно дорогим.
Если бы этот план воплотился в жизнь, его кабинет, который он сам воспринимал как временное убежище с минималистичной, почти пустой обстановкой, вероятно, превратился бы в нечто не уступающее президентскому люксу в фешенебельном отеле.
Шэнь Шоуго улыбался с видом человека, которому всё предельно ясно; не будь они посреди совещания, он, пожалуй, непременно бросил бы что-нибудь вроде: «А молодежь-то в самом деле влюблена».
Широкие жесты Чжоу Хуая, готового спустить целое состояние ради улыбки красавца, были озвучены менеджером проекта беспристрастным тоном и легли на бумагу в виде сухих строк протокола.
Как раз в этот момент один пункт повестки подошел к концу, и презентация перелистнулась на следующую страницу.
Шэнь Шоуго собрался было вернуть внимание к экрану, но краем глаза неожиданно заметил, что Чжоу Хуай смотрит на него нежным, полным чувств взглядом.
На него?!
У Шэнь Шоуго волосы встали дыбом; забыв о риске свернуть шейные позвонки, он резко повернул голову так, что в воздухе едва слышно свистнуло.
Чжоу Хуай подпирал подбородок одной рукой, а в другой небрежно вертел перьевую ручку, но его взгляд, миновав старшего, точно падал на сидевшего напротив Шэнь Цинсюя.
Фокус этого взгляда был предельно сосредоточенным: он скользил по опущенным длинным ресницам Шэнь Цинсюя, перебирался на точеный кончик носа, опускался на чуть сжатые бледные губы и наконец замирал на темной макушке.
Заметив слишком явное внимание со стороны Шэнь Шоуго, Чжоу Хуай наконец отвел глаза, перевел их на лицо дяди и одарил того безупречно вежливой, но холодной и отстраненной улыбкой.
Она словно говорила: у вас есть ко мне вопросы?
Шэнь Шоуго: ?
В смысле? Какого черта они переглядываются через него?
Пожалейте старика, в самом деле!
Экран презентации сменился снова. Шэнь Шоуго с трудом заставил себя вернуть внимание к содержанию встречи.
Однако стоило ему наполовину развернуть голову обратно, как боковое зрение вновь подсказало: взгляд Чжоу Хуая снова намертво прилип к Шэнь Цинсюю, и в этом взгляде по-прежнему читалось столько нежности, что хоть нити тяни.
Наконец Шэнь Шоуго потерял последние остатки терпения. Воспользовавшись паузой при смене слайдов, он слегка подался корпусом вперед и тихо бросил Чжоу Хуаю:
— Председатель Чжоу, может, поменяемся местами? Я тут вам немного обзор загораживаю.
Услышав это, Чжоу Хуай изящным жестом велел Шэнь Шоуго сидеть смирно и с абсолютной естественностью отклонил предложение:
— Не стоит, дядя Шэнь. Если я сяду ближе, наш юный господин, пожалуй, перестанет позволять мне так на него смотреть.
Шэнь Шоуго:
— …
Ему показалось, что картина мира, которую он выстраивал больше полувека, в этот момент слегка пошатнулась.
Они же находятся в конференц-зале, где обсуждаются многомиллиардные инвестиции, верно?
Эти двое — законные супруги, которые после работы укладываются в одну постель, верно?
Тогда какого чёрта он, Шэнь Шоуго, вообще здесь сидит и какую роль исполняет?
Двое сидевших в зоне главных мест устраивали столь явные тайные вольности, что стоявший у трибуны менеджер, зачитывая доклад, то и дело с опаской косился на босса, готовый в любой момент прерваться ради вопросов.
Остальные присутствующие за столом давно забросили рабочие материалы и переглядывались, общаясь безмолвными взглядами, полными шока и жажды сплетен.
Те, кто сидел ближе и уловил обрывки фраз, выглядели еще более впечатляюще — их лица выражали словно бы проглоченную на лету муху, полную стимуляторов: сказать что-то они не решались, но и смолчать было выше сил.
Что делать, если босс превратил конференц-зал в спальню?
Шэнь Цинсюй был готов распустить волосы, лишь бы прикрыть ими лицо. Превозмогая чудовищную пытку и чувствуя на себе бесчисленные эфемерные взгляды, он наконец дотянул до конца совещания.
Его предчувствия оправдались: едва встреча завершилась, Шэнь Шоуго хлопнул его по плечу и потащил в сторону:
— Цинсюй, давай-ка… выйдем, потолкуем о том о сём?
За полтора часа совещания морщины на лице старика словно стали глубже, а в глазах читались растерянность, неловкость и та самая свойственная старшим забота, смешанная с полным непониманием, с какой стороны к ней подступиться.
Чжоу Хуай, вдоволь наглядевшийся на любимого человека, пребывал в отменном расположении духа. Он последовал за ними, остановился за спиной Шэнь Цинсюя и с легкой интонацией бросил приглашение:
— Дядя Шэнь, время уже позднее, не соизволите ли составить нам компанию и перекусить?
Хотя конкретных воспоминаний об этом старшем родственнике у него не было, наладить отношения определенно стоило — в конце концов, когда он выставит мужа Шэнь Цинсюя за дверь, ему будет куда проще наведываться в этот дом.
К тому же, в присутствии старшего Шэнь Цинсюй точно не станет демонстрировать ему свою обычную холодность.
— Не нужно, не нужно, — перепугался Шэнь Шоуго, торопливо замахав руками и выговаривая с решимостью: — Я просто пару слов скажу Цинсюю, не стану отнимать ваше время.
Шэнь Цинсюй вовремя сделал шаг вперед, незаметно увлекая Шэнь Шоуго ближе к выходу из переговорной и одновременно бросая Чжоу Хуаю красноречивый взгляд в стиле «ну погоди у меня»:
— Да, мы поедим чуть позже.
http://bllate.org/book/36617/4553310
Готово:
