Он и представить не мог, что совершит столь безрассудный поступок.
Но еще сильнее будоражило то, как тот человек ответил на это после и сколь нежно к нему отнесся.
Цяо Чиюй резко отложил руководство, закрыл голову руками и сжался в комок, пытаясь силой успокоить растревоженные мысли.
Ему казалось, что с сегодняшнего дня он, пожалуй, просто не будет знать, как смотреть в глаза этому человеку.
Как вообще люди начинают встречаться?! Он знал лишь о тех сладких парочках из сериалов, которые, казалось, ни на секунду не хотели расставаться друг с другом, но разве в таком случае он не станет доставлять тому хлопоты?
Цяо Чиюй закрыл лицо ладонями, вспомнив слова, сказанные сегодня Инь Фэном, и смятение в глубине его души постепенно утихло.
Тот ответил искренне, это была вовсе не шутка.
А раз так, ему достаточно просто следовать велению собственного сердца — пожалуй, этого будет вполне достаточно.
На пульте управления цветочная лоза, изогнутая изящной тонкой талией, радостно кивнула и ласково потерелась о кончик пальца юноши.
Сумерки сгущались, и Инь Фэн, жаривший овощи на лесной поляне, поднял голову.
Остальные люди в черных одеждах на полугоре тоже синхронно последовали его движению, дружно устремив взгляды в сторону того бетонного здания, напоминая участников какой-то странной немой пьесы.
В золотистых глазах Инь Фэна промелькнуло растерянное и задумчивое выражение, но мгновение спустя он наконец расслабился и озарился яркой улыбкой.
Замечательно, юноша вовсе не выглядит уставшим или больным, кажется, он даже очень доволен.
Сегодня на ужин главным блюдом будет жареная баранина, а что лучше приготовить завтра? Чуть позже надо будет снова полистать кулинарную книгу.
Над островом.
Под покровом ночи одинокая чайка летела низко над землей, то и дело кренясь то вправо, то влево, словно пытаясь отчаянно угадать направление, куда улетели ее сородичи.
Внезапно она словно врезалась в какой-то невидимый барьер, резко потеряла высоту и, испытывая головокружение, начала кружить на месте.
По серо-белым перьям от самых их корней тихо поползли блеклые разноцветные переливы.
Краски исказились, и этот неестественно прекрасный оттенок стал медленно пожирать белоснежное оперение, из-за чего одно ее крыло раздулось, став похожим на костяное крыло свирепого дракона.
Чайка издала пронзительный крик и исчезла высоко в облаках.
День четвертый на острове.
Цяо Чиюй сделал запись в журнале дежурств:
[XX месяца, F-го числа.
Погода пасмурная, на море умеренное волнение, судоходство не рекомендуется.
Однако в помещении можно согреться у печи, план работы на сегодня — отладка оборудования для наблюдения за загрязнениями, надеюсь, в течение этой недели удастся предварительно завершить все испытания.]
Толкнув дверь хижины, Цяо Чиюй с легкой треккинговой палкой в руках, берегущей травмированную лодыжку, вышел навстречу утру.
Он уже услышал стук в дверь и отозвался на него, к тому же прекрасно расслышал и голос, и того, кто стоял снаружи.
У входа в хижину гость с золотистыми зрачками, набросивший на плечи теплое пальто из плотной ткани, мягко шагнул навстречу юноше:
— Доброе утро.
Цяо Чиюй с смущенным видом ухватился за треккинговую палку, которую этот человек отрегулировал для него накануне, и запинка прозвучала в его голосе:
— Доброе утро… Я как раз писал журнал, извини, вышел немного позже.
Гость с золотистыми зрачками покачал головой, тихо рассмеялся и произнес:
— Мы же не договаривались о конкретном времени, к чему извинения? Я просто хотел подождать тебя, чтобы позавтракать вместе.
При виде этой улыбки щеки Цяо Чиюя вновь невольно окрасились легким румянцем. Рядом с этим человеком он неизменно был не в силах сдержать естественную реакцию своего тела.
Инь Фэн забрал у юноши легкий рюкзак, склонил голову набок и с задумчивым видом перевел взгляд на прячущийся за длинными ресницами серо-стальной взгляд и румянец на щеках.
Юноша быстро-быстро хлопал ресницами, роняя на лицо две легкие тени.
Это напомнило ему тот жуткий романтический фильм, где влюбленные, не способные выразить свою истинную страсть словами, касались друг друга лишь переплетением тел.
Но если все обстоит иначе, если ситуация не зашла так далеко…
Неужели именно это способно принести юноше радость?
В пустой груди Инь Фэна забрезжило смутное, едва уловимое ощущение, будто он ухватил какой-то ответ.
Он моргнул золотистыми зрачками, внимательно глядя на все сильнее красшеющего и смущенного юношу, и серьезно спросил:
— Хочешь обменяться со мной поцелуем на утреннее приветствие?
Глава 15
В голове у Цяо Чиюя образовалась абсолютная пустота, мысли вмиг унеслись куда-то далеко, покинув тело и забрел невесть куда.
Он даже сам не осознал, как в какой-то момент чуть кивнул и расслабил плечи.
Треккинговая палка упала у порога хижины, а он сам прижался спиной к кирпичной стене и, найдя в этой опоре поддержку, обвил руками шею того человека, оказавшись полностью заключенным в этом тесном пространстве.
Тонкий, прохладный цветочный аромат поднимался от места их соприкосновения, растворяясь во влажном утреннем воздухе.
Юноша чуть приподнялся на носочках, пальцы его судорожно сжались, а запястья слегка дрожали.
Инь Фэн бережно обхватил ладонями горячее лицо человека, но едва закончив поцелуй, не смел больше прикасаться к нему, опасаясь, что от избытка ласки это хрупкое создание сломается.
Юноша в его объятиях то и дело отводил взгляд, а во время легкого поцелуя и вовсе зажмурился, не смея глядеть напротив.
Но сейчас он растерянно распахнул серо-стальные глаза и, не произнося ни слова, наотрез отказывался размыкать руки.
Цветочная лоза, обвивавшая запястье юноши, радостно подпрыгнула и защебетала на разные лады:
— Еще! Хочу весь день быть прижатым друг к другу, поцелуев мало.
Инь Фэн слегка растерялся и, помедлив, наконец вновь заговорил, осторожно зондируя почву:
— Поцеловаться подольше… Что ты об этом думаешь?
Щеки Цяо Чиюя вмиг вспыхнули, сердце затрепетало от тревоги и страха — ему показалось, что он случайно произнес вслух то, о чем думал, и Инь Фэн расслышал его сокровенные желания.
Раз уж они только что прорвали эту преграду, побыть немного липкими и ласковыми… наверное, в этом нет ничего страшного… да?
Ему казалось, что он словно разморен в теплой воде, в голове царил полный туман, и вместо того, чтобы опомниться, он хотел еще большего. Чуть кивнув, он совсем тихо произнес:
— М-м, тогда давай… давай попробуем еще раз.
С глухим стуком треккинговая палка упала на каменные ступени.
Когда они добрались до травянистой поляны, большинство других помощников — мужчин и женщин в черном — уже покончили с завтраком и принялись за подготовку к предстоящим заданиям.
Вчерашнее восхождение хоть и было лишь первичной разведкой местности, но принесло немало пользы.
Однако для обеспечения едой, жильем и всем необходимым столь многочисленной группы требовалось немало припасов и продуктов, и в ближайшие дни должен был приземлиться еще один вертолет — чтобы сменить часть людей и доставить новые грузы.
Инь Фэн еще вчера решил, что устроит свидание прямо на этом необитаемом острове: хотя здешние пейзажи и обладали определенным очарованием, в долгосрочной перспективе они неизбежно покажутся скучными и однообразными.
По крайней мере, он надеялся возвести здесь домашний кинотеатр с проекционной системой и построить побольше курортных объектов на побережье.
Дело предстояло долгое и трудное.
И все же, как бы тщательно ни планировалось время, во второй половине дня у Цяо Чиюя оставались рабочие обязанности, которые требовалось выполнить.
Теоретически Инь Фэн как посторонний не должен был вмешиваться в отладку оборудования и приборов внутри станции во избежание возникновения угроз безопасности.
Но эти ограничения давно превратились в пустой звук — особенно учитывая, что исследовательский институт за столько лет забросил эту островную базу и никогда не отправлял сюда персонал для обслуживания.
В конце концов Цяо Чиюй принял благосклонность помощников в черном, позволив им помочь с уборкой того железобетонного здания.
Прошло несколько дней, и все вокруг быстро привыкли к отношениям юноши и Инь Фэна, почти перестанув обращать внимание на то, как неотступно они льнут друг к другу.
День седьмой на острове, закат.
Бело-синий прогулочный катер доставил заказанные в городских магазинах продукты и припасы, после чего отчалил от островного причала.
Разобрав и пересчитав все вещи, Цяо Чиюй толкнул массивную дверь железобетонного здания станции, готовясь к сегодняшнему плановому сеансу связи с главным штабом.
За столько дней он уже практически привык к тому, что по ту сторону спутниковой связи неизменно оказывался незнакомый оператор штаба в черной оглавленной оправе и с его монотонной, заученной манерой речи, похожей на чтение стихов по бумажке.
Обычная плановая связь требовала лишь краткого отчета о проделанной за день работе и о том, не происходило ли каких-либо нештатных ситуаций.
На этом острове уже столько времени не было ни души, и казалось совершенно невозможным, чтобы именно сейчас здесь вдруг случились какие-то аномалии.
Если не считать того раза, когда оператор внезапно сменился, а на филиале затеяли срочную наладку и ремонт…
По сей день Цяо Чиюй так и не смог узнать, каково же истинное положение дел на филиале.
Оператор из штаба не собирался ничего рассказывать, и каждая беседа сводилась к предельно скупому набору фраз.
Цяо Чиюй достал ключ, открыл панель управления и по специальному кодовому каналу ввел нужную комбинацию символов.
Одна секунда, две, три.
На сером дисплее зажглись квадратные символы, и индикатор выполнения показал отправку сигнала.
Четыре секунды, пять, шесть.
Однако в тот самый момент, когда шкала загрузки должна была заполниться и на экране должно было вспыхнуть окошко спутниковой видеосвязи, внезапно выскочила незнакомая строка текста:
[Из-за неизвестного сбоя сигнал не может быть установлен, пожалуйста, проверьте оборудование и повторите попытку…]
Цяо Чиюй слегка замер, и какое-то странное, словно предчувствуемое с самого начала чувство затрепетало и заволновалось в груди.
Маленькая цветочная лоза на плече юноши завертела головкой и пронзительно завизжала.
Глава 16
За тысячи километров отсюда.
В глубоких континентальных районах, где докуда хватает глаз не видно ни единого намека на морской прибой, простиралась теплая и сухая зона, состоящая из бескрайних степей и пологих холмов.
Свирепый воздушный хищник нацелился на маленького бурого дикого кролика на земле и стремительно ринулся вниз.
Внезапно почудив движение воздуха, зайчонок бросился наутек, но, отпрыгнув всего на два метра, был настигнут на лету и зажат мертвой хваткой без шансов на спасение.
Ни удаляющийся хищник, ни пронзительно пищащий зверек не заметили, что среди этой просторной и безмолвной травы скрывалась шарообразная широкоугольная камера.
http://bllate.org/book/36670/4559839
Готово: