— Посмотрим, если не будет занятости, я вернусь.
Едва он договорил, как из трубки послышался громкий возглас:
— Мамочка, брат сказал, что вернется!
Сунь Боцзянь лишь молча поморщился. Разве он такое обещал? Впрочем, пусть будет так.
— Ну, тогда работай усердно, брат. Когда фильм выйдет, я обязательно его посмотрю, еще и родителей с собой позову. Всё, пока-пока!
Сунь Боцзянь проводил взглядом прервавшийся звонок и беспомощно покачал головой. Уж эта его младшая сестра…
Дни на съемочной площадке пролетали быстро, не успел он оглянуться, как прошла неделя. Сунь Боцзянь с покупками подошел к дому и, помедлив секунду, постучал.
Как только дверь отворилась, на него, не дав толком разглядеть встречающего, набросился бордер-колли. Видимо, слишком соскучившись по хозяину, пес был необычайно радостен и всё крутился вокруг него. Сунь Боцзянь протянул руку и похлопал собаку по голове:
— Всё, успокойся.
Колли послушно замер и присел в сторонке. Сунь Боцзянь вошел в дом. Мать Сун никогда не устраивала пышных торжеств по случаю дня рождения, предпочитая тихие семейные ужины в узком кругу.
Сун Минвэй громко позвала вглубь дома:
— Папа, мама, брат вернулся!
Сунь Боцзянь прошел внутрь и вручил матери подарок:
— Мама, с днем рождения.
Отец, сидевший неподалеку, хмыкнул:
— Еще помнишь дорогу домой? А я уж подумал, ты совсем забыл, где живешь.
Мать Сун бросила на мужа быстрый взгляд, и тот замолчал, отвернувшись. Его лицо оставалось суровым, и любой мог заметить недовольство.
Мать Сун произнесла:
— Редко заглядываешь, иди скорее мой руки, скоро будем ужинать.
Сунь Боцзянь отошел, но издалека еще слышал обрывки разговора:
— Ты опять его выгораживаешь! Старший сын семьи Сун, вместо того чтобы работать в компании, подался в какой-то шоу-бизнес! Настоящее безделье! — с каждым словом отец закипал все сильнее.
— Не думай, что я не знаю, как ты перекрывал ему доступ к ресурсам, — холодно ответила Мать Сун. — Хватит уже.
Отец осекся, неестественно кашлянул и жестко бросил:
— Я лишь хотел, чтобы он побыстрее спустился с небес на землю…
Сунь Боцзянь не стал слушать дальше. Сохраняя спокойное выражение лица, он просто развернулся и ушел — об этом он знал уже давно.
Из-за того, что у Матери Сун был день рождения, даже несмотря на недовольство отца, атмосфера за столом оставалась довольно мирной. После ужина Сунь Боцзянь сидел в стороне, беседуя с матерью. Спустя некоторое время она заговорила:
— Боцзянь, твой отец просто упрямится. Не бери в голову, сходи поговори с ним, раз уж вернулся.
— Хорошо, — ответил Сунь Боцзянь.
Вечером он не уехал, оставшись ночевать дома. После ужина он прошел в кабинет отца, и вышел оттуда лишь спустя час.
Сун Минвэй следила за ними с того самого момента, как они вошли в кабинет. Как только брат появился, она тут же подбежала к нему, сгорая от любопытства:
— Ну что? Что сказал папа? Опять заставлял идти в компанию?
Зная характер отца, было вполне вероятно, что он мог потребовать этого в ультимативной форме.
Сунь Боцзянь щелкнул ее по лбу:
— О чем ты только думаешь? Иди отдыхай, мне еще на съемки возвращаться.
Он ушел, а Сун Минвэй так и осталась стоять на месте, придя в себя лишь через какое-то время. Неужели отец согласился?!
***
Тем временем, Лян Цю тоже вызвали домой. В отличие от дома Сунь Боцзяня, здесь атмосфера была ледяной. Лян Цю сидел в стороне, сохраняя безразличное выражение лица.
— Говорите, зачем вызвали? — Лян Цю слегка поднял взгляд и посмотрел на сидящих напротив.
— Как ты разговариваешь со старшими! — мужчина рядом, недовольный его тоном, нахмурился и попытался надавить своим авторитетом.
Лян Цю усмехнулся, уголки его губ дернулись. Он перевел взгляд на мужчину и, казалось бы, миролюбиво спросил:
— Мой тон недостаточно хорош?
Затем он сделал паузу, и его голос похолодел:
— А она разве мне старшая?
Лицо женщины неприятно вытянулось. Лян Чаосион нахмурился:
— Обязательно разговаривать так язвительно?
— Это вы меня вызвали, — напомнил Лян Цю, откидываясь на спинку кресла.
Лян Чаосион не хотел продолжать споры, он перешел к делу:
— Юнцин закончил учебу. Пусть поработает в нашей компании, наберется опыта. Помоги ему втянуться.
Лян Юнцин — младший сын Лян Чаосиона, незаконнорожденный. Долгое время он жил вне дома, и лишь пять лет назад, когда умерла его мать, их обоих привезли в особняк.
Лян Цю призадумался и ответил:
— Раз уж хочет опыта, пусть начинает с низов. Или ты думаешь, что у меня так много свободного времени?
Сказав это, он посмотрел на женщину. Его взгляд стал холодным: она хочет, чтобы ее сынок пришел и отхватил кусок власти? Сначала пусть докажет, что у него вообще есть на это способности!
Лян Чаосион, выслушав Лян Цю, немного поразмыслил и повернулся к женщине:
— Лян Цю прав. Раз только пришел в компанию, пусть Юнцин для начала как следует поработает на низших должностях.
— Но… — женщина хотела было возразить, но, встретившись взглядом с Лян Чаосионом, проглотила слова.
На этом всё и порешили.
Лян Чаосион не был глуп. Как председатель группы, он прекрасно понимал, кто приносит компании прибыль. У Лян Цю были методы и решимость, которых не было у других, поэтому на данный момент он действительно был самым подходящим наследником.
Бизнесмен всегда прежде всего взвешивает выгоду.
Лян Цю прекрасно понимал: отец ценит его не потому, что любит, а потому, что знает — только он справится с этой ролью. Появись однажды кто-то более подходящий, его тут же заменят.
Но этого дня не наступит. Потому что он этого не позволит!
Он не допустит, чтобы незаконнорожденный сын вошел в компанию и осквернил то место, в которое его мать вложила всю душу.
В гостиной остались только Лян Чаосион и Лян Цю. Мужчина, казалось, предался воспоминаниям и начал рассказывать сыну о своей молодости. Он говорил о встрече с матерью Лян Цю, о том, как они вместе боролись за процветание компании, стараясь выглядеть как человек, скорбящий о прошлом.
Лян Цю опустил взгляд, скрывая насмешку в глазах.
http://bllate.org/book/36706/4565578
Готово:
