Если уж начистоту, Ван Фэйюэ был парнем нормальным и явной неприязни не вызывал — если заблокировать его бесконечную трескотню. В слоупстайл он перевелся из хафпайпа, имел за плечами великолепную техническую базу и превосходную физику, благодаря чему выбился в лидеры сборной Б. На тренировках Ван Фэйюэ охотно подсказывал товарищам и наставлял их, помогая исправлять огрехи.
Какая чушь вылетает из его рта в обычные дни, Ци Ую не волновало, однако выносить хоть одно дурное слово в адрес Сюй Хуая он категорически отказывался.
Скрывать эмоции Ци Ую отродясь не умел, да и не считал нужным, так что его отвращение к этой теме сразу отпечаталось на лице. Ван Фэйюэ, далеко не глупец, быстро срисовал реакцию. Получив в ответ парочку колкостей — будто Ую с утра объелся пороха, — он смутно догадался, в чем причина, и замял разговор.
Впрочем, про себя Фэйюэ всё же недоумевал. Прежде за Ци Ую не замечалось никакого фанатизма по отношению к иностранным специалистам. С чего вдруг такая мелочность? И пошутить уже нельзя! Неужели он тайный фанат Райана?
***
Вечером, расправившись со всеми тренировочными нагрузками, Ци Ую вернулся в комнату. Он уже принял душ и собирался укладываться спать, когда случайно мельком глянул на экран телефона. Там висело сообщение от Ван Фэйюэ, присланное с полчаса назад.
«Сяо Ван не паникует»: Ую, спишь?
«qiwuyo»: 1
Тот будто дежурил у экрана — ответ прилетел мгновенно:
«Сяо Ван не паникует»: Я к тебе!
Вскоре раздался короткий стук. Ци Ую поднялся с кровати и отпер дверь.
В отличие от остальных, он жил в одноместном номере. Молодёжь, оторванная от семей и родных гнезд ради бесконечных сборов, остро переживала одиночество. Подростки панически боялись остаться в стороне, прослыть бирюками и отбиться от коллектива. К тому же сноубординг сам по себе подразумевает компанию, да и в их возрасте тянет к новым знакомствам. Поэтому по прибытии, едва зашла речь про одиночные комнаты, все притихли в страхе: никто не хотел стать тем бедолагой, которого выселят отдельно. Но Ци Ую, напротив, всей душой стремился к уединению, так что отдельная комната стала для него настоящим подарком.
На пороге стоял Ван Фэйюэ с расплывшейся до ушей, угождающей улыбкой:
— Ую, мы тут доставку заказали, будешь?
Тот явно пришел загладить вину, поэтому Ци Ую неохотно бросил ему спасательный круг, отрезав с холодной вежливостью:
— Спасибо, на ночь не ем.
Отказ прозвучал сухо и совершенно бескомпромиссно.
Ван Фэйюэ въедливо вглядывался в его лицо. Заметив, что парень выглядит не таким взвинченным, как днем на фуникулере, он немного перевел дух.
— Что-то еще? — голос Ци Ую оставался ледяным, будто Фэйюэ задолжал ему миллион.
— Э-э… — Фэйюэ смущенно замялся. — Слушай, Ую, я только сейчас узнал, что вы с Райаном знакомы. Днем я ляпнул не думая, без всякого злого умысла… Ты не бери в голову, ладно?
Ци Ую сдвинул брови. Он засомневался, не навредит ли Сюй Хуаю разглашение их знакомства, быстро прикинул риски и отрезанно заявил:
— Мы не знакомы.
— Заходи, — проговорил он и, резко цапнув Ван Фэйюэ за рукав, втянул его внутрь.
— Да я же просто упомянул Райана… — скривился Фэйюэ, растирая затекшее запястье, сжатое железной хваткой Ую. — Откуда я мог знать, что вы контачите? Чего лютовать-то сразу, пришиб бы меня на месте, и дело с концом!
Ци Ую привалился к столу с непробиваемым видом:
— Я его не знаю.
— Да хорош заливать! Мне Цянь Цзе все уши прожужжал. Говорит, своими глазами видел, как вы вместе катались в Юньдине.
Фэйюэ искренне не понимал этой конспирации. Окажись он сам на короткой ноге с Райаном, уже раструбил бы обо всем на весь горнолыжный курорт, чтобы каждая собака знала!
— Кто? — с угрозой переспросил Ци Ую.
Его мрачный, пронзительный взгляд не предвещал ничего хорошего, и Ван Фэйюэ поневоле поежился от накатившего холодка.
— Цянь Цзе! — Фэйюэ постарался сберечь беззаботную мину. — Ну, бывший номер один у парней в хафпайпе. Не знаешь его, что ли?
«Номер один?»
— Без понятия, — хмыкнул Ци Ую.
Мужская и женская сборные тренировались бок о бок, и девчат-фавориток он отлично знал в лицо и по именам. Что же касалось мужского хафпайпа, ему был известен только Тань Лянь, давным-давно ушедший из большой жизни.
Хотя имя «Цянь Цзе» всё-таки отзывалось смутным эхом. Пошарив в памяти и связав его с Тань Лянем, Ую ухватил нить. Перед глазами всплыли картинки из прошлого, когда он числился в сборной по параллельному гигантскому слалому: перешептывания ребятни, сплетни в раздевалках… Мозаика сложилась, и он наконец вспомнил, что это за фрукт.
В той сборной тоже были выходцы из хафпайпа. Помнится, за чаем они охотно перемывали косточки Тань Ляню, клеймя его неблагодарным предателем. Мол, сборная вложила в него тонну ресурсов, возила на зарубежные сборы и соревнования, а он, закончив карьеру, просто ручкой всем махнул и свалил.
Ходили слухи, будто тот возомнил о себе неизвестно что и заломил руководству нереальные подъемные, из-за чего разгорелся скандал, и отношения испортились в хлам. На вопрос, откуда такие инсайды, парень утверждал, что это сведения из первых рук — напрямую от Цянь Цзе.
Цянь Цзе попал в национальную команду еще четырнадцатилетним подростком и к двадцати пяти годам набрал внушительный багаж. Призер национальных турниров, участник этапов Кубка мира — пусть громких побед на фоне женской сборной за ним не числилось, он считался калачом тертым и ветераном спорта. Сам он величал себя учеником Тань Ляня: рассказывал, как тот с юных лет таскал его за собой по склонам, поэтому и знавал изнанку его жизни лучше других…
Где люди — там и слухи. Народу в сборной вроде немного, но байки разлетались со скоростью эпидемии. Доходило до смешного: тренируясь в слаломе, Ци Ую знал подноготную спортсменов из смежных дисциплин и даже успел наслушаться пикантных историй про фигуристов и конькобежцев. Желание копошиться в чужом белье заложено в человеческой природе. В суровых буднях спортсменов пересуды оставались едва ли не единственным развлечением. Кто из тренеров грызется за влияние, кто кому пакостит за спиной, какие атлеты из мужской и женской сборных крутят тайный роман… Вся эта пустая суета обычно вылетала у Ую из головы через секунду после услышанного.
***
— Из всех иностранных специалистов мне больше всего нравится тренер Сюй! Счастьем было бы попасть к нему в сборную А, — раздался мечтательный девичий голос.
Шел перерыв между тренировками. Спортсмены сгрудились в комнате отдыха: жевали протеиновые батончики, восстанавливали силы изотониками и трепались о всякой всячине, чтобы перевести дух.
— В сборную А? Мечтай больше, ага, — лениво усмехнулся один из парней. — Ты сначала хотя бы девятьсот градусов скрутить научись!
— Отвали! — остро отрезала бойкая девица с короткой стрижкой. — Сам-то у нас мастер спорта, да? Всё так же в очереди за талончиком в сборную А паришься!
Комната зашлась смехом. Ребята были давно знакомы, шутили без пиетета и подкалывали друг друга при каждом удобном случае.
Первое девчоночье личико затуманилось нерешительностью:
—…Слушайте, а у тренера Сюя есть девушка? Кто-нибудь в курсе?
— Про девушку не знаю, но романов у него точно пруд пруд, — отхлебнула из бутылки короткостриженая. — Такой красавчик себе кого угодно найдет. Сразу видно: умеет заговорить зубы любой девчонке.
— Вы бы шире мыслили, подруги, — таинственно выгнул бровь парень. — Почему сразу «девушка»? Может, парень!
— Ой, да ну тебя! — испуганно всплеснула руками девчонка. — Не неси ахинею!
— Чего ты так взвилась? Только не говори, что ты из этических ханжей! Какая ахинея, в Инстаграме про него сливы висели! За бугром народ вообще без комплексов.
— Какие еще сливы?
— В поиске вбей, ха-ха-ха!
— Не томи! — Девчонка закатила глаза и ткнула локтем подругу, понижая голос до шепота: — Слушай… Как думаешь, а с китайцами он стал бы встречаться?
Парнишка все равно уловил шепоток и загоготал:
— Ого, ну у тебя и аппетиты! Уже такие замки на песке строишь?
— Связи между тренерами и спортсменами вообще не редкость. Он вырос за границей, взгляды у него продвинутые, на предрассудки побоку, — короткостриженая с улыбкой похлопала подругу по плечу. — Хочешь приклеиться — дерзай! Решишься подкатить, я буду твоим личным купидоном.
— Да ну, куда мне… Так, языком почесала, — моментально сдулась та и, уткнувшись подруге в плечо, наигранно захныкала: — На таких богов можно только издали молиться.
— Девчата, вы бы держались подальше от этих заграничных красавчиков. Народ толкует, что с моралью у них там совсем беда… — подал голос еще один спортсмен.
Договорить он не успел. Раздался оглушительный глухой стук — металлическая банка со спреем-заморозкой со всей дури врезалась в деревянный стол. Все невольно вздрогнули и повернулись.
В углу поднимался Ци Ую, до этого молча бинтовавший лодыжку. Лицо его напоминало застывшую маску. Швырнув пустой баллон с обезболивающим, он развернулся и с грохотом вылетел за дверь.
Оставшиеся в комнате переглянулись.
— Это что с ним? Кто его укусил?
— А бес его знает, опять приступ…
— Эй, ну зачем ты так?
— А ты не видишь? Парень вечно корчит из себя хрен пойми кого, чисто понторез неадекватный.
http://bllate.org/book/36775/4980991
Готово:
