Глава 21
Юй Дэн на самом деле преследовал весьма простую цель: он хотел, чтобы эти скверные псы не только лезли к нему с поцелуями, но и не забывали помогать с прохождением миссии.
Стоило ему озвучить свои мысли, как Чэн Чаолинь и Чэн Сяо, словно повинуясь некоему тайному сигналу, одновременно пришли в движение.
Перед тем как сойтись в схватке, они заключили молчаливое соглашение: клубящийся черный туман спрессовался, соткав подобие кресла, парящего в двух метрах над землей. Юй Дэна бережно подхватило облако и усадило на самый верх.
Мир вокруг резко ушел вниз.
«Ой? Зачем они меня так высоко подняли?»
Тем временем Чэн Сяо смахнул настырный лоскут черного тумана, пытавшийся прильнуть к Юй Дэну, снял свою куртку и набросил ее на плечи юноши.
Плотная ткань, хранившая живое тепло и свежий аромат, укутала его.
— Я выиграю. Я найду способ... — Чэн Сяо сглотнул недосказанные слова и быстро, мимолетно коснулся губ Юй Дэна поцелуем.
Он найдет способ вытащить Юй Дэна из этого кошмара.
Юй Дэн лишь приподнял лицо, недоуменно глядя на пасынка. О каком еще способе тот говорит?
Окутанная серым маревом пустошь дышала призрачной угрозой. Юй Дэн, устроившись в своем безопасном гнезде, казался единственным ярким пятном среди уныния — прекрасным духом, рожденным посреди праха и способным пленить любую душу.
Чэн Сяо завороженно смотрел на него.
Этот прелестный, наивный юный вдовец обладал поистине гибельной притягательностью для всякого, кто смел на него взглянуть.
Легкая ирония и наглый флирт, с которых началось их знакомство, за какие-то пару дней переросли в глухую, непреодолимую одержимость.
Каждая улыбка Юй Дэна, его слезы и даже сердитые упреки заставляли сердце Чэн Сяо заходиться в бешеном восторге.
Свирепый пес был усмирен, на его шею лег невидимый поводок. И мысль о том, что он может навсегда потерять своего хозяина, казалась невыносимой.
А значит, для начала нужно устранить эту помеху — покойного «отца».
Заметив, как пасынок легко спрыгнул на землю и приготовился к бою, Юй Дэн испуганно потянулся вслед за ним, пытаясь удержать, но пальцы схватили лишь воздух.
— Чэн Сяо!
Наблюдавший за этой сценой Чэн Чаолинь раздраженно цыкнул. В его глазах полыхнула неприкрытая жажда крови.
Черный туман под ним вытянулся, плотнее обвивая Юй Дэна, а смахнутый ранее завиток упрямо вернулся и скользнул под подол его одежды, ластясь к телу.
— М-м...
От ледяного прикосновения Юй Дэн вздрогнул и попытался отпрянуть, но забыл, что само его сиденье соткано из этого черного тумана. Попытка отстраниться привела лишь к тому, что он еще глубже погрузился в призрачные объятия.
Туман, впитавший волю Чэн Чаолиня, довольно заколыхался, оплетая юношу. Коварные кольца попытались стянуть с него чужую куртку, а заодно и другие вещи.
Юй Дэн поспешно перехватил щупальца черного тумана:
— Не трогай, мне холодно будет.
Черный туман послушно замер, свернувшись клубочком у его ладони, словно ласковый домашний зверек.
Но если рядом с Юй Дэном тварь притворялась ручной, то против Чэн Сяо она обернулась смертоносным оружием.
Сражение началось без лишних слов.
Удары рассекали воздух со свистом.
Дзынь! Дзынь!
Острое лезвие сталкивалось с уплотненным черным туманом, выбивая чистый металлический звон.
Оба дрались насмерть. Один ведом разрушительной природой злобного призрака, другой — холодным расчетом игрока, жаждущего награды за убийство босса.
Но главным призом, разделившим их непреодолимой пропастью, была возможность единолично владеть капризным и прекрасным юным вдовцом. Их интересы столкнулись лоб в лоб.
Кинжал, который Чэн Сяо раздобыл в усадьбе, сидел в его руке как влитой.
В пылу схватки напряглись рельефные мышцы на его крепких руках — юных, но налитых силой. И хотя парень немного уступал призраку, он держался стойко, умело парируя выпады противника.
Юй Дэн не успел и глазом моргнуть, как его покойный муж и пасынок обменялись десятком стремительных ударов.
— Обалдеть, а Чэн Сяо хорош! Разве у новичков бывает такой уровень?
— Похоже, он еще до прихода в Бесконечный мир профессионально занимался боевыми искусствами. Да и за эти пару дней заметно прибавил в силе.
— Босс просто жуткий, мне даже через экран страшно смотреть ему в глаза.
— А наш Дэнъдэн сидит в самом безопасном месте и наблюдает... Словно маленькая принцесса, ждущая, кто из рыцарей завоюет ее руку.
— Кто-нибудь еще помнит, что один из них — дерзкий бунтарь, а второй — кровожадный монстр? Сейчас они ведут себя как самцы в брачный период, распустившие хвосты перед самкой.
— Обожаю смотреть, как дикие звери дерутся за нашего Малыша!
Юй Дэн, которого против воли усадили на импровизированную трибуну, растерянно переводил взгляд с одного дерущегося на другого. Осознание реальности происходящего наконец вытеснило ступор, сменившись паникой.
«Постойте, они ведь угробят друг друга!»
«Тунтун, они из-за меня сцепились? Я опять ляпнул что-то не то?»
[Это не твоя вина.]
Что бы ни сказал хозяин, или даже если бы он хранил молчание, эти двое все равно сошлись бы в смертельной схватке.
Слова системы немного успокоили Юй Дэна, но смотреть, как его близкие калечат друг друга, он не мог.
Видя, что удары становятся все более беспощадными, юноша вцепился пальцами в подол куртки, набрал в грудь воздуха и крикнул изо всех сил:
— Перестаньте! Хватит драться!
Мужчины замерли. Повернувшись на звук его голоса, они увидели разгневанное личико Юй Дэна. Схватка мгновенно прекратилась. Они молча разошлись и шагнули к его парящему креслу.
На предплечьях Чэн Сяо виднелись свежие порезы, а ворот рубашки Чэн Чаолиня был разорван, обнажая бледную кожу с проступившими алыми полосами.
Юй Дэн сердито шлепнул по черному туману. Тот нехотя зашевелился, плавно опуская юношу на землю.
Посмотрев сначала на одного, затем на другого, Юй Дэн нахмурился:
— Ну зачем вы так? Пожалуйста, не надо.
Ему было не по себе. Он совершенно не умел улаживать конфликты, а все его уговоры звучали слабо и по-детски.
Чэн Чаолинь и Чэн Сяо встали по обе стороны от него, виновато опустив глаза.
Разъяренные псы, только что готовые перегрызть друг другу глотки, после окрика хозяина мигом растеряли весь свой пыл и понуро прижали уши.
Юй Дэн поднял на них взгляд и негромко, просительно произнес:
— Будьте дружелюбнее, ну пожалуйста.
Соперники переглянулись, и их лица одновременно исказила гримаса глубокого отвращения.
Кто бы стал уживаться с этим паршивцем!
— К тому же это больно, — Юй Дэн захлопал ресницами и осторожно коснулся пальцами порезов на руке Чэн Сяо, а затем перевел ладонь на шею Чэн Чаолиня, мягко очерчивая рану. — Выглядит жутко... Вам совсем не больно?
В его нежном голосе звучала неподдельная тревога, словно он искренне сопереживал обоим.
Эта забота подействовала на мужчин как умиротворяющий бальзам. Всего за полминуты ярость и раздражение от присутствия соперника улеглись.
В этот момент они пришли к новому, негласному соглашению: в следующий раз выяснять отношения нужно так, чтобы Юй Дэн ничего не заметил.
[...]
Чэн Сяо сориентировался первым. Смиренно опустив голову, он заговорил тихим, покаянным тоном:
— Раз тебе это не нравится, я больше пальцем его не трону.
Чистейшей воды притворство — выставил себя послушным домашним щенком.
Чэн Чаолинь одарил пасынка презрительным взглядом, перехватил ладонь Юй Дэна и плотно прижал ее к своей ране на груди.
— Жжет невыносимо, — негромко пожаловался он. — Может, моя дорогая супруга облегчит боль и подует на нее?
Ладонь юноши оказалась прямо под разорванным воротником мертвеца.
Кожа Чэн Чаолиня была мертвенно-бледной и ледяной на ощупь, но под пальцами ощущался крепкий, рельефный разворот плеч.
Взрослый мужчина держался с безупречным изяществом. Его миндалевидные глаза были полуприкрыты, словно он нисколько не замечал, как соблазнительно выглядит в этот момент.
Чэн Сяо скрипнул зубами.
«Решил пустить в ход дешевое обольщение? Ну и гад».
Зрители в чате буквально заходились от восторга:
— За какие заслуги мне показывают эту драму в эфире хоррор-игры? Это же шедевр!
— Да! Больше ревности, больше соперничества! Этим псам и так несказанно повезло прикоснуться к нашему ангелу, пусть теперь заслуживают его благосклонность!
Юй Дэн поразмыслил немного и, решив, что Чэн Чаолиню действительно больно, послушно наклонился вперед. Слегка приоткрыв алые губы, он нежно подул на бледную кожу.
— Так лучше?
Какое же послушное дитя...
Теплое дыхание коснулось груди призрака, принеся с собой едва уловимый сладкий аромат, исходящий от кожи юноши. На руках Чэн Чаолиня вздулись вены — ему стоило огромных усилий сдержать порыв и не напугать своего хрупкого супруга.
Он благоговейно прижался губами к кончикам пальцев Юй Дэна:
— Спасибо, любовь моя.
Юй Дэн что-то невнятно буркнул и медленно отстранился. Внутри росло смутное сомнение: почему все опять повернулось именно так?
Тем временем Чэн Сяо с хрустом сжал кулаки, лихорадочно соображая, как половчее проучить этого бесстыжего мертвеца.
Чэн Чаолинь победно вскинул брови, бросив на пасынка ледяной взгляд.
Оба были готовы продолжить эту немую войну за внимание юноши, но их прервал резкий синтетический голос Главной Системы, зазвучавший прямо в воздухе.
[Внимание. Зафиксировано прохождение половины сюжетного времени. Число погибших ключевых персонажей превысило три человека. Сценарий переходит в аномальный режим.]
[Производится перерасчет параметров... Идет перестройка игрового пространства...]
[Внимание. До завершения испытания «Усадьба семейства Чэн» осталось два дня. Объявляется переход ко второму этапу. Игрокам надлежит приготовиться.]
Выжившие участники замерли в недоумении.
Юй Дэн почувствовал, как у него темнеет в глазах.
«Что? Какой еще второй этап?!»
Все находившиеся в игре люди затаили дыхание, вслушиваясь в системные оповещения.
[Внимание. В связи с реорганизацией игрового процесса через пятнадцать минут начнется досрочное определение убийцы. Игрокам необходимо указать убийцу.]
Определение убийцы как раз входило в их главную задачу.
Юй Дэн растерянно моргнул и инстинктивно повернулся к Чэн Сяо.
Парень мгновенно оценил ситуацию, отложив соперничество на второй план — впрочем, не забыв о нем окончательно.
Он обратился к Юй Дэну:
— Дэнъдэн, мне нужно срочно вернуться в усадьбу и обсудить это с остальными гостями. Пойдешь со мной?
Юноша с готовностью кивнул. Ему и самому не хотелось оставаться здесь.
Чэн Чаолинь, лишенный возможности слышать системные уведомления, видел лишь одно: его прелестная супруга обменялась парой слов с этим наглецом и собралась уходить.
И его при этом просто... бросили.
— А как же я? — призрак коснулся пальцами виска Юй Дэна, заставив того вздрогнуть. — Неужели моя дорогая жена совсем позабыла обо мне?
Юй Дэн замер на месте, виновато отведя взгляд.
Его мысли были так заняты внезапными изменениями в правилах игры, что он действительно напрочь забыл о муже.
Прочитав ответ на его лице, Чэн Чаолинь сдержанно скрипнул зубами. Клубы черного дыма мгновенно втянулись в его тень, а разорванная одежда приняла первоначальный, безупречный вид.
Теперь перед ними снова стоял благородный, изысканный молодой господин, а не безжалостная тварь из преисподней.
Он ровным, бархатным голосом произнес:
— О чем же вам нужно поговорить? Пожалуй, я составлю вам компанию.
***
Благодаря присутствию столь могущественного покровителя, по дороге назад никакая нечисть не посмела к ним приблизиться. Уже через десять минут они беспрепятственно добрались до ворот усадьбы.
Выжившие игроки вновь собрались в просторном холле. На их лицах читалась явная тревога.
Заметив вошедшего Чэн Сяо, кто-то хотел было окликнуть его, но осекся на полуслове, уставившись на шедшего следом Юй Дэна — чья красота каждый раз лишала дара речи, — и на сопровождавшего его незнакомого статного мужчину.
«Это еще кто? Почему все персонажи в этой игре такие красивые?»
Кэ Ци отчаянно замигал Чэн Сяо, требуя объяснений. Но тот лишь едва заметно покачал головой, мысленно усмехаясь.
Он пока не знал, представляет ли этот призрак угрозу для жизни участников, но в одном был уверен твердо: тот костьми ляжет, но попытается отобрать у него Юй Дэна.
В гостиной воцарилась гнетущая тишина. Все ждали истечения последних минут до начала голосования.
Юй Дэн лихорадочно соображал, сопоставляя имя, которое назвал ему Чэн Сяо, со всеми зацепками, собранными за прошедшие дни.
«Вроде бы... все сходится?»
Вскоре двери распахнулись, и дворецкий ввел под руку старую госпожу Чэн. За ними следовали остальные обитатели дома.
Просторное помещение мгновенно показалось тесным.
Лица домочадцев выражали самые разные эмоции, но стоило им заметить стоявшего подле Юй Дэна Чэн Чаолиня, как они мертвенно побледнели.
Их глаза округлились от неописуемого ужаса, кожа приобрела оттенок мокрой известки. Однако ни один крик не сорвался с их губ — страх будто тисками сжал им горло, лишив дара речи.
Чэн Чаолинь, лениво перебиравший тонкие пальцы Юй Дэна, соизволил поднять взгляд на вошедших и одарил их вежливой, но леденящей душу улыбкой.
Старая госпожа Чэн, чье лицо было изрезано глубокими морщинами, долго и пристально смотрела на своего безвременно погибшего сына, восставшего из могилы. Наконец она заставила себя отвернуться и обратилась к присутствующим:
— Уважаемый дворецкий сообщил мне, что наши гости уже пришли к определенным выводам. Это так?
— Да, — подтвердила Чжан Цзыюнь.
— В таком случае, поделитесь же со мной: кто посмел лишить жизни моего супруга?
Раздался резкий сигнал Главной Системы:
[Внимание. Игрокам дается одна минута, чтобы указать имя убийцы старого господина Чэна.]
Подстегиваемые неумолимым таймером, игроки начали один за другим отправлять свои ответы.
Юй Дэн полностью положился на выбор Чэн Сяо и послушно указал на мисс Линь. Двое вчерашних студентов тоже последовали их примеру. Плешивый мужчина, который только-только пришел в себя после обморока, просто примкнул к большинству, не имея собственного мнения.
Офисный раб и девушка-дизайнер двигались как заведенные куклы — их шеи неестественно дергались, а взгляды метались между членами семьи Чэн. В итоге они тоже выбрали Линь Чжиюэ, но их выпученные глаза продолжали безумно вращаться, напоминая рыбьи зрачки.
Глядя на них, Юй Дэн почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок.
«Тунтун, они какие-то странные...»
Система отозвалась:
[Существует высокая вероятность того, что они подверглись мутации.]
Из-за помех последнее слово прозвучало неразборчиво.
«А? Чему подверглись?» — мысленно переспросил юноша, но ответа не получил.
Сама Линь Чжиюэ, на которую указала большая часть присутствующих, оставалась абсолютно спокойной. Лишь когда ее взгляд пересекался с Чэн Чаолинем, в нем вспыхивали почтение и признательность.
К этому моменту не проголосовали только двое опытных игроков.
Когда на таймере оставались считанные секунды, один из ветеранов наконец нарушил молчание:
— Все они ошибаются. Настоящий убийца — старшая барышня, Чэн Чжаося!
Остальные участники ошеломленно замерли.
Высокий и поджарый ветеран уверенно ткнул пальцем в сторону испуганной женщины:
— Мне неизвестно, как погибли остальные обитатели дома, но твоя служанка оказалась разговорчивой. Она призналась, что в день убийства тайно следовала за тобой и видела все своими глазами! Именно ты вонзила шпильку в сердце старого господина!
Благородная дама лет сорока, кутавшаяся в элегантное европейское пальто, некоторое время молча смотрела на обвинителя, а затем вдруг спокойно кивнула:
— Да, это правда. В тот день я действительно вонзила в него шпильку. Этот старый хрыч никогда не считался со мной, видел во мне лишь выгодную разменную монету для брака и до последнего отказывался делиться властью в семье.
Лица ветеранов озарились триумфальными улыбками.
«Сработало! Предмет-детектор лжи не подвел! Теперь, когда новички провалят задание и погибнут, все ценные трофеи этого мира достанутся нам двум!»
Только сейчас до остальных дошел весь смысл происходящего. Они с ненавистью уставились на опытных игроков.
Значит, все эти россказни о том, что нужно беспрекословно подчиняться старшим ради общего спасения, были ложью? Ветераны просто использовали их как пушечное мясо для сбора зацепок, скрыв ключевую улику!
— Вы просто твари! — не выдержал кто-то из толпы.
Сестра Тун снисходительно усмехнулась, одарив их презрительным взглядом:
— Глупцы. Мы в Бесконечном мире. Здесь каждый сам за себя. Скрывать важную информацию от конкурентов — обычное дело. Вините лишь собственную наивность.
Юй Дэн во все глаза смотрел на сознавшуюся Чэн Чжаося. В голове у него царил полнейший сумбур, а сердце ушло в пятки.
«Неужели это конец? Моя миссия провалена?»
Должно быть, его испуг был слишком заметен. Чэн Сяо крепко сжал его ладонь и негромко, но уверенно произнес:
— Доверься мне.
Чэн Чаолинь недовольно прищурился. Он бесшумно шагнул ближе и по-хозяйски приобнял юношу за плечи, притягивая к себе.
Тем временем Чэн Чжаося окончательно сбросила маску благопристойности. Выплеснув накопившуюся злобу в череде проклятий, она вдруг заливисто расхохоталась:
— Но знаете, что самое забавное? Я и подумать не могла, скольким людям он успел насолить. Когда я пришла к нему со шпилькой, этот старик уже был мертв! Я зря дрожала от страха столько дней — его убила вовсе не я!
Она разочарованно вздохнула — то ли от того, что не успела нанести смертельный удар лично, то ли изжалев незадачливых гостей, сделавших неверную ставку.
Торжество на лицах ветеранов мгновенно сменилось мертвенной бледностью.
— Как это... мертв? Неужели эти сосунки угадали?!
Словно подтверждая ее слова, в воздухе снова загремел голос Системы:
[Внимание. Голосование завершено. Зафиксировано неверное определение убийцы со стороны двух участников. Начинается процедура ликвидации.]
Не успело затихнуть эхо последних слов, как тела недавних триумфаторов беззвучно разорвались, обратившись в мелкую алую взвесь. Короткий, полный первобытного ужаса вопль оборвался на полуслове, оставив после себя лишь звенящую тишину.
Опытные игроки, строившие коварные планы за счет новичков, перед лицом безжалостных законов этого мира оказались не более чем беззащитными насекомыми.
Юй Дэн тихо вскрикнул. Его лицо сделалось белым как полотно, к горлу подступила тошнота.
Чэн Чаолинь нахмурился и послал мягкую волну тумана, чтобы укутать и успокоить дрожащего юношу. Сама природа этой безликой карающей силы вызывала у призрака ярость и желание развоплотить ее источник.
Но игра не дала выжившим опомниться.
[Поздравляем. Истинный виновный определен верным образом. Основная миссия частично выполнена. Сценарий переходит ко второму этапу.]
[На данном этапе участникам предоставляется возможность глубокого погружения в историю для раскрытия полной картины произошедшего. Любое взаимодействие с ключевыми объектами активирует сюжетные события. Внимание: неигровые персонажи могут проявлять враждебность. Желаем приятной игры.]
— Да что это за бред?! — в отчаянии выкрикнул кто-то из новичков.
В чате трансляции тут же развернулось обсуждение:
— Все логично. Те, кто ошибся, отсеялись на первом же шаге. А выжившие теперь должны пройти через интерактивное расследование, чтобы узнать предысторию.
— Но на втором этапе их наверняка ждет куча смертельных ловушек. Раскрытие тайн всегда дается дорогой ценой.
— Нас буквально заставляют лезть в самое пекло без права выбора.
— Вам не кажется, что Система в последнее время стала намного жестче?
Только теперь до участников дошла вся глубина коварства этого места.
Если бы это испытание сводилось к обычному детективному квесту, разгадать его не составило бы труда. Достаточно было сопоставить несколько улик, и личность преступника стала бы очевидной.
Но дьявол кроился в деталях: сюжет постоянно развивался, подкидывая новые трупы и запутывая следствие ложными зацепками.
Каждая новая смерть незаметно поднимала планку сложности. И чем ближе они подбирались к разгадке, тем глубже увязали в смертельной опасности.
Осознание этого факта вызывало у выживших лишь липкий страх и глухое отвращение к правилам игры.
Кэ Ци помрачнел:
— Мы несколько дней рисковали шкурой ради этих зацепок, а теперь нас насильно пихают в какую-то иллюзию на растерзание монстрам! Проклятье!
— Те покойные ублюдки хоть и были гнидами, но в одном они не врали: эта чертова игра делает все, чтобы сжить нас со свету!
Юй Дэн был с ним абсолютно согласен.
Пространство вокруг начало искажаться, возвещая о начале второго этапа. Юноша испуганно заозирался, ища глазами двух единственных людей, которым мог доверять.
Чэн Сяо крепко, до боли перехватил его запястье.
В то же время Чэн Чаолинь почувствовал, как невидимая сила пытается вытолкнуть его из этой реальности. Окружающий мир стремительно менял свои физические свойства.
Не желая отпускать своего супруга, мертвец прижался к его шее и резко прикусил нежную кожу острым клыком, оставив отчетливую алую метку.
В следующее мгновение декорации вокруг осыпались прахом.
Роскошное убранство усадьбы бесследно растаяло, уступив место оживленной городской улице начала прошлого века.
Над головой раскинулось тусклое серое небо. Мимо спешили прохожие в традиционных длинных халатах и европейских рубашках, у обочин зазывали покупателей уличные торговцы, а по мостовой то и дело проносились рикши и редкие заграничные автомобили.
Зрители в чате не скрывали удивления:
— Погодите, это что, довоенный Китай? Реконструкция прошлого? С каких пор подобные механики встречаются в миссиях для новичков?!
— Не забывай, это же изменяющийся сценарий.
— Теперь понятно, почему вначале все шло так гладко. Система просто усыпляла их бдительность перед тем, как нанести главный удар!
— Похоже, это не чистое перемещение во времени, а скорее детализированная иллюзия, созданная на основе чужих воспоминаний.
Шумная улица жила своей жизнью.
Юй Дэн, еще не оправившийся от шока после гибели ветеранов, растерянно огляделся по сторонам.
Новоиспеченные защитники бесследно исчезли.
Произошедшее напоминало сбой на сервере многопользовательской игры, когда принудительная перезагрузка раскидывает персонажей по случайным точкам карты.
Оказавшись в незнакомом окружении в полном одиночестве, юноша брел куда глаза глядят, тщетно пытаясь собраться с мыслями.
Он даже не замечал, сколько прохожих оборачивалось ему вслед, завороженных его хрупкой красотой.
«Тунтун, я хочу отправить жалобу на этот мир и саму Главную Систему», — уныло пожаловался он.
Ну разве это честно? Обращаться с игроками как с подопытными крысами.
[Как только испытание завершится, я помогу вам составить и отправить официальное обращение.]
В глазах Юй Дэна блеснули слезы. Чтобы хоть немного отвлечься от гнетущего одиночества, он вывел на экран окно чата трансляции.
— О, наш Малыш наконец-то вспомнил про нас, стоило его кавалерам испариться!
— Я уж думал, мы так и просидим весь эфир без единого слова от стримера. Какая трогательная встреча!
Юй Дэн предпочел тактично проигнорировать шутливые упреки зрителей и смущенно пробормотал:
— Ну вас же так много... Когда вы рядом, мне становится не так страшно.
— О боже, наш ангелочек ищет у нас защиты! Это так мило, я сейчас расплачусь от счастья!
Улица жила своей суетной жизнью. Лица прохожих казались слегка размытыми, словно на старой фотографии, но их разговоры доносились отчетливо.
— Слыхали? Семейство Чэн вовсю крутит дела с иностранцами! Настоящие хозяева города, ничего не скажешь.
— И что за дела? Заводы строить будут? Моей хозяйке как раз нужна какая-нибудь подработка.
— Тс-с, тише ты... Дело там темное. Но если решите наниматься, идите сразу к старшему молодому господину, не ошибетесь.
Шум толпы то и дело перекрывали звонкие крики мальчишки-газетчика.
— Эй, малыш.
Юй Дэн покрутился на месте и решил попытать счастья у местных жителей. Он преградил дорогу маленькому разносчику прессы лет восьми на вид:
— Скажи, пожалуйста, о чем сейчас все толкуют?
— А вы не знаете? Тогда купите свежий выпуск, там обо всем написано! Стоит совсем сущие пустяки, всего... — малец бойко начал тараторить, и в его приоткрытом рту уже начали было проступать острые черные клыки нежити, но стоило ему поднять глаза на Юй Дэна, как он мгновенно лишился дара речи.
Разве могут земные люди быть настолько прекрасными? Этот юноша точно сошел со страниц древних легенд о небожителях.
Юй Дэн застенчиво улыбнулся и чистосердечно признался:
— Вот только у меня нет с собой денег.
— Да пустяки, я вам так подарю! — великодушно воскликнул мальчик, мгновенно позабыв о своей монструозной натуре. — А говорят все про дела господ Чэн. В наших краях нет никого влиятельнее этой семьи.
Юй Дэн принял протянутый лист бумаги и поблагодарил ребенка. Краем глаза он заметил неподалеку солидное здание с вывеской учебного заведения. Пока разносчик не убежал, юноша поспешил спросить:
— Подскажи, а та школа — чья она?
Мальчик, совершенно очарованный его видом, ответил без малейшего колебания:
— Семьи Чжао!
Чжао... Покойная четвертая наложница ведь носила эту фамилию. Значит, это заведение принадлежит ее родне?
Попрощавшись с маленьким помощником, Юй Дэн осторожно подошел к массивным воротам академии и постучал по кованым прутьям.
Однако двери были заперты наглухо, а у входа не оказалось ни привратников, ни охраны.
Юй Дэн ненадолго задумался, пытаясь расшевелить свои не слишком привыкшие к детективам извилины.
«Внутри наверняка спрятана важная сюжетная разгадка. Мне обязательно нужно как-то пробраться туда».
Зрители в чате тут же принялись наперебой давать советы:
— Малыш, лезь через забор!
Юноша счел это предложение вполне разумным.
Обойдя здание, он отыскал глухой, скрытый от лишних глаз участок ограды. С легким отвращением ухватившись за покрытый вековой пылью кирпич, он неуклюже попытался подтянуться.
Увы, высота забора оказалась для него непреодолимым препятствием. Он не просто не сумел взобраться наверх, но и неловко сорвался, приземлившись обратно на мостовую. Нежная кожа ладоней и щека покрылись грязными разводами от извести, отчего его аккуратное личико стало выглядеть донельзя забавным.
Обиженный собственной неудачей, Юй Дэн в сердцах пнул злосчастную стену носком туфли. И хотя удар вышел совсем слабым, пальцы на ноге тут же отозвались резкой болью.
«Ай...» — мысленно захныкал он.
Юноша понуро опустил голову, напоминая брошенного под дождем котенка.
В чате тут же поднялась волна умиления:
— О боже, какой он очаровательный! Дайте мне платочек, я сам вытру ему щечки!
— Отойдите все, я лучше слижу эту грязь с его лица! У меня большой опыт в этом!
— Мой милый глупыш... Так и хочется затискать его. Иди ко мне на ручки!
Постояв так немного, Юй Дэн уже готов был признать поражение и уйти ни с чем.
Но все его неуклюжие попытки штурмовать забор уже успел заметить спешивший к нему пасынок.
Чэн Сяо сперва мысленно позлорадствовал над тем, что его призрачный папаша снова оказался медлительнее, а затем едва не лишился рассудка от того, насколько трогательно выглядел Юй Дэн в этот момент.
— Малыш, ты просто чудо.
Слова сорвались с его губ прежде, чем он успел подумать.
Парень сам удивился собственной вольности, но тут же решил, что это обращение подходит юноше куда больше, чем официальное «мачеха» или простое имя.
Такое хрупкое и капризное создание заслуживало называться только так.
— А? — Юй Дэн даже не подумал возмущаться по поводу такого панибратства. — Как ты меня отыскал? И кстати, нам обязательно нужно попасть внутрь этой школы, но ворота закрыты.
— Значит, проберемся в обход, — пасынок осторожно стер известь с его щеки рукавом. — А насчет того, как я тебя нашел... Разве можно потерять из виду такое сокровище? Ты сияешь так ярко, что тебя видно из любого угла этого серого города.
Юноша смущенно отвел взгляд. Надо же, какой краснобай.
— Я не могу перелезть через эту стену, — Юй Дэн упрямо вздернул подбородок и просительно протянул: — Помоги мне, а?
Стоило ему озвучить просьбу, как рослый юноша без лишних слов опустился на одно колено, подставляя свои крепкие плечи в качестве опоры и совершенно не заботясь о том, что испачкает дорогую одежду.
Кое-как взобравшись наверх с его помощью, они вдвоем уселись на широком кирпичном карнизе.
Отсюда двор школы просматривался как на ладони, но внутри пока царило затишье.
— Ну что, спускаемся?
Трехметровая высота ничуть не пугала Чэн Сяо. Он легко, с кошачьей грацией спрыгнул на землю.
Юй Дэн же мертвой хваткой вцепился в кирпичи, не решаясь сделать и шага.
«Мамочки, как же высоко...»
Он замер на стене, боясь шевельнуться. Его светлые глаза в лучах солнца казались прозрачными и чистыми, а во взгляде читалась искренняя детская растерянность.
Смотря на него снизу вверх, Чэн Сяо невольно вспомнил глупых маленьких котят, которые с перепугу забираются на самую верхушку дерева, а потом жалобно мяукают, не в силах спуститься самостоятельно.
Парень не удержался от подначки:
— Ну что же ты застрял, Малыш? Спрыгивай.
— Тут высоко...
Вот ведь невыносимый тип! Сначала помог залезть, а теперь издевается!
Юй Дэн сердито зыркнул на него:
— Негодяй.
Чэн Сяо лишь шире улыбнулся и раскинул руки:
— Не бойся, я тебя поймаю.
Юй Дэн долго колебался, зажмурился и наконец решился, подавшись вперед и падая со стены.
Сердце на мгновение ушло в пятки от чувства свободного падения, перехватив дыхание.
Но жесткого удара о землю не последовало. Его бережно подхватили сильные, надежные руки, прижав к горячей груди.
Повинуясь инерции, Юй Дэн инстинктивно обвил шею юноши руками, пряча лицо у него на плече.
— Ну вот, я же обещал, что не уроню своего Малыша.
Ощущая в своих объятиях это хрупкое, благоухающее создание, Чэн Сяо не выдержал. Он склонился ниже и требовательно припал к его мягким губам.
Они целовались в глухом, затененном углу двора, и тихий влажный шепот их губ полностью тонул в доносившемся с улицы шуме.
Пока пасынок упивался сладостью поцелуя, пространство у самой стены едва заметно дрогнуло, и наружу с трудом протиснулся крохотный завиток черного тумана.
Едва до него дошло, что Чэн Сяо без зазрения совести целует его драгоценного супруга, как пушистый темный комок мгновенно ощетинился десятками острых, яростных игл.
Чэн Сяо заметил краем глаза эту взбесившуюся сущность, но вместо того чтобы отступить, лишь крепче прижал к себе Юй Дэна и углубил поцелуй, целуя его еще неистовее и жаднее.
Он отстранился лишь тогда, когда юноша начал задыхаться, жалобно поскуливая и пытаясь оттолкнуть его.
Уголки глаз Юй Дэна влажно заалели, взгляд подернулся дымкой, а на длинных ресницах выступили крохотные слезинки.
Он обиженно пробормотал:
— Опять ты так грубо...
— Моя вина, в следующий раз буду нежнее.
Молодой пасынок продолжал крепко держать его на руках, оставляя легкие, ласковые поцелуи на его лице, прежде чем негромко выдохнуть ему в самые губы.
В его словах сквозило откровенное торжество пополам с искренним обожанием:
— Малыш... У тебя такой сладкий язычок.
http://bllate.org/book/36931/4833502
Готово:
