— А у тебя есть какое-нибудь желание?
Жун Си опустил взгляд:
— Я уже очень давно не виделся со своей семьей и не знаю, как там бабушка и матушка.
А Цзя перевел взгляд с одного на другого:
— Ты можешь написать им письмо! Наследный принц часто покидает дворец, и иногда он берет меня с собой. В такое время я смогу передать его для тебя!
— Это… не доставит тебе неприятностей?
— Никаких! Братец-небожитель, пиши, а завтра я приду и заберу!
Когда А Цзя снова исчез, словно растворившись в воздухе, А-Цяо произнес:
— Раз у А Цзя есть возможность выходить из дворца, то и правда, молодой господин, напишите письмо домой, чтобы они не волновались. Господин и госпожа наверняка сильно переживают за вас.
Жун Си кивнул:
— Пожалуй. Я попробую.
Пока Жун Си обдумывал содержание письма, прибежал взволнованный Дэ Си:
— Молодой господин, пришла главная служанка Благородной супруги Мин. Она передала, что Благородная супруга Мин приглашает вас завтра вместе полюбоваться цветами сливы.
— Благородная супруга Мин?
Близился конец года, и вновь повалил густой снег.
Цюй Ми смотрела на кружащиеся в воздухе хлопья и, хмурясь, проговорила:
— Стоит такой холод, а нужно идти любоваться цветами… Как же здоровье молодого господина это вынесет?
— С этим испытанием рано или поздно пришлось бы столкнуться.
Жун Си плотнее запахнул на себе шубу из меха белой лисы и равнодушно добавил:
— Идем.
Снег валил все сильнее, и троим слугам потребовалось почти полчаса, пробираясь через сугробы, чтобы добраться до Сада Цинмэй.
В теплой беседке уже сидели наложницы и Ланцзюни; если взглянуть издалека, они казались даже ярче самих сливовых цветов.
Обувь и носки Жун Си промокли насквозь. Он, сдерживая дрожь от холода и дискомфорт, поклонился присутствующим.
Однако ответа от Благородной супруги Мин, восседавшей на почетном месте, не последовало.
Жун Си долго стоял на коленях на ледяной земле, пока какая-то наложница в розовом не прикрыла рот рукой и не рассмеялась:
— Молодой господин Жун, неужели вы настолько забывчивы, что забыли о приглашении Благородной супруги Мин? Приди вы еще позже, мы бы уже разошлись.
Не успел Жун Си оправдаться, как раздался мягкий голос:
— Дворец Юйцин расположен далеко от внутренней части дворца, а до Сада Цинмэй — еще дальше. У молодого господина Жун слабое здоровье, он наверняка опоздал не по своей воле.
Жун Си поднял взгляд и увидел необычайно красивое лицо, чистое и спокойное, словно бамбук. Этот человек сидел на одном уровне с Благородной супругой Мин, что говорило о его высоком положении.
Благородная супруга Мин лениво произнесла:
— Раз уж Господин Сун заступился за тебя, то вставай.
Господин Сун?
Жун Си невольно снова взглянул на этого мужчину. Ему было трудно поверить, что перед ним тот самый Господин Сун, о котором Ли Фуцюань говорил: из-за потери милости вскрыл вены и отказывается от лечения.
Жун Си слегка склонил голову в знак благодарности. Господин Сун ответил ему мягкой улыбкой, всем своим видом выражая кротость и нежелание участвовать в интригах.
Место Жун Си находилось у самого края беседки. Двери были распахнуты, чтобы гостям было удобнее любоваться цветами, поэтому внутрь постоянно задувал ледяной ветер. Неизвестно, намеренно это было сделано или случайно, но в жаровне рядом с Жун Си не осталось даже искр.
Жун Си понимал, что его намеренно притесняют. Хотя он впервые видел этих людей, вражда, должно быть, зародилась в тот самый момент, когда он ступил во дворец.
Найдя решение, он прикрыл рукавом кашель и, взглянув на Цюй Ми, что-то прошептал ей.
Цюй Ми сразу все поняла и, воспользовавшись тем, что слуги начали расставлять чай и закуски, незаметно ускользнула.
Та самая наложница в розовом снова и снова пыталась перевести тему на Жун Си. Он отвечал лишь легкой улыбкой, но она становилась всё наглее и наконец рассмеялась:
— Если бы я могла родиться снова, я бы тоже хотела быть мужчиной.
Ее спутница поддержала ее:
— Благородная наложница Нин, почему вы так думаете?
Благородная наложница Нин продолжила:
— Мы, женщины, должны следовать трем послушаниям и четырем добродетелям, а с самого детства нам внушают понятия о долге, справедливости и чести. Неужели мужчинам не нужно учить все это?
Та женщина прикрыла рот рукой:
— Вы говорите предвзято. Неважно, мужчина это или женщина — каждый человек должен обладать чувством долга, справедливости и чести.
— Но некоторые мужчины на самом деле лишены всякого стыда, — Благородная наложница Нин сделала вид, что говорит тихо, но каждый присутствующий услышал ее отчетливо: — В народе говорят: добропорядочная женщина не выходит замуж дважды. А некоторые мужчины? Опираясь на свою смазливую внешность, могут прислуживать двум братьям. Это ведь…
Как только эти слова прозвучали, послышались полные иронии смешки.
Жун Си сохранял невозмутимое выражение лица. Сидевшая рядом наложница с круглым лицом взглянула на него и тихо утешила:
— У нее есть причина цепляться к вам. Она прибыла во дворец на полмесяца раньше. До вашего прихода она была в фаворе, а как только вы вошли, Благородная наложница Нин тут же его лишилась. Наверное, в душе у нее накопилось много злости.
Жун Си мягко улыбнулся и поблагодарил:
— Благодарю вас за напоминание, госпожа.
Увидев эту улыбку, наложница с круглым лицом внезапно покраснела, несмотря на холод. Про себя она подумала: немудрено, что Император так очарован им; каждый его жест и каждое движение глаз действительно способны лишить рассудка.
Видя, что Жун Си невозмутим, Благородная наложница Нин пришла в ярость и внезапно добавила:
— Посмотрите, та сливовая ветвь так прекрасно цветет. — Она грациозно поднялась, вышла из беседки и, обернувшись, улыбнулась: — Благородная супруга Мин, жаль, что я невысокого роста, а то мне так хотелось бы сорвать для вас ту ветку, что цветет ярче всех.
Благородная супруга Мин, прервав чаепитие, взглянула туда и рассмеялась:
— И правда, цветет великолепно.
Наложница, сидевшая рядом с Благородной наложницей Нин, усмехнулась:
— Ты невысокая, но ведь есть люди и повыше.
Благородная наложница Нин обвела взглядом присутствующих и остановила взор на Жун Си. Глядя на его бледное, неземной красоты лицо, она почувствовала отвращение и произнесла:
— Молодой господин Жун, вы здесь самый высокий. Не поможете ли мне сорвать ту ветку для Благородной супруги Мин?
Жун Си посмотрел на летящие хлопья снега и толстый слой сугробов. Его взгляд был спокоен, и он тихо произнес:
— Хорошо.
А-Цяо хотел защитить его, но Жун Си мягко остановил его жестом.
Его промокшая обувь вновь погрузилась в снег, и вскоре от ступней потянуло леденящим холодом. В этот момент он услышал вдали тихие шаги, а в следующее мгновение у Жун Си будто подкосились ноги, и он рухнул на землю.
В полузабытьи он почувствовал, что не упал в ожидаемый снег, а оказался в чьих-то холодных, но крепких объятиях, и уловил знакомый, но в то же время чужой легкий запах крови.
Пришедшими были Император Чундэ и Цинь Мэн.
Стоило появиться Императору Чундэ, как наложницы в беседке пришли в замешательство и переполох.
http://bllate.org/book/36980/4600618
Готово:
