Е Юньчжоу прикрыл лицо ладонями, изо всех сил пытаясь сгладить возникшую неловкость:
— Я же говорил, я самый обычный хилый книжник. Не привык махать мечами да копьями, так что, может, обойдёмся без спарринга?
Му Линьцзян, с удовольствием наблюдая за тем, как меняется выражение его лица, отвернулся, чтобы скрыть ухмылку, и произнёс с весёлым наигрышем в голосе:
— Не хочешь спарринга? Что ж, можешь просто стоять и получать побои.
Юньчжоу без промедления отправился выбирать оружие. В фехтовании он совершенно не разбирался, однако по какой-то неведомой причине с первого взгляда улавливал тончайшие различия в качестве этих клинков — так, будто это умение въелось в саму его плоть и кровь.
Он снял со стоек несколько мечей, въедливо сравнил их, а затем слегка обнажил один и провёл подушечкой пальца по стали — по руке мгновенно скользнул осязаемый ледяной холодок.
— Ну как? — поинтересовался Му Линьцзян, заложив руки за спину. В его тоне проскальзывали нотки гордости за свою коллекцию.
— У этого клинок слишком лёгок, да и баланс смещён к эфесу. Этот — чересчур тяжёл и неповоротлив… А вот этот хоть и закаляли в росе Облачного пика, отчего он обрёл гибкость, но лишился сокрушительной мощи, так что его сила сильно убавилась, — рассудительно оценил Е Юньчжоу.
Му Линьцзян пристально вгляделся в него. Юньчжоу аккуратно вернул один из мечей на место и беспечно развёл руками:
— Ты сам спросил, так что не обессудь, если я скритиковал твои сокровища.
— В ордене Безмолвного Величия обучили? — Му Линьцзян повернулся к нему, недовольно косясь.
Е Юньчжоу посчитал такой вариант маловероятным. Высказав эти суждения чисто интуитивно, он и сам усомнился: казалось, где-то в глубинах его разума скрыта целая библиотека. Однако главный герой оригинала обладал весьма посредственной боевой мощью, и старшему брату-наставнику в ордене Безмолвного Величия приходилось ежедневно подтягивать его по учёбе — откуда бы у него взяться столь тонким познаниям?
Юньчжоу с загадочным видом произнёс:
— Это называется врождённым талантом!
Му Линьцзян лишь презрительно фыркнул. Лёгким прыжком он отскочил назад, увеличивая дистанцию. В его правой руке взвился кнут; резкий, оглушительный свист разорвал тишину тайной комнаты.
Юньчжоу только успел выхватить клинок из ножен, как кончик плети уже устремился к нему. Это гибкое, капризное оружие в руках Владыки дворца слушалось беспрекословно, словно ядовитая змея, выслеживающая добычу и готовящаяся вонзить клыки с самого неожиданного угла.
— Подберешься ко мне — засчитаю победу, — бросил Му Линьцзян, взмахивая кнутом.
Он держался абсолютно непринуждённо, двигаясь легко и уверенно. Зелёные бусины на его ленте для волос тихо побрякивали, а полы халата взмывали в воздухе.
Е Юньчжоу впервые увидел край сапог Му Линьцзяна за пределами его спальни — с изящной золотой вышивкой на носках. В голове Юньчжоу промелькнула мысль о том, насколько же этот человек любит наряжаться, да и в бою, кажется, способен победить одной лишь своей ослепительностью. На мгновение отвлекшись, он тут же поплатился: плеть Му Линьцзяна со свистом сдернула лоскут с его рукава.
***
Вэй И проработал весь день, и топографическая карта наконец-то дала свои плоды. Как выяснилось, Старейшина Трупный Стервятник украл её у таинственного незнакомца, отдавшего ему приказ; старик рассчитывал тщательно изучить схему, чтобы в случае угрозы шантажировать хозяина. В данный же момент над разгадкой карты бился Ин Сюаньян.
Вэй И, окрылённый тем, что наконец-то выполнил поручение и хоть немного вернул себе расположение господина, отправился доложить Е Юньчжоу. Не получив ответа, он связался с Му Линьцзяном и узнал, что оба находятся в хранилище оружия.
Спустившись по лестнице после того, как активировал жетоном потайную дверь, он ещё издали услышал частые хлёсткие удары кнута и тяжёлое дыхание.
— Вставай! Я ещё только вошёл во вкус, — раздался суровый голос Му Линьцзяна.
Е Юньчжоу пару раз закашлялся, словно поперхнулся, выглядя совершенно обессиленным.
Сердце Вэй И замерло. Он вбежал в деревянные двери и с разбега грохнулся на одно колено, молитвенно сложив руки:
— Проступок подчинённого! Я не уберёг господина Е! Владыка дворца, смените гнев на милость!
Му Линьцзян недоуменно замер, но занесенная плеть уже мчалась по инерции. Юньчжоу на звук обернулся к Вэй И, меч в его руке вильнул на пару цуней, и кончик кнута, вскользь задев лезвие, с силой обжёг тыльную сторону его ладони. От резкой боли Е Юньчжоу вздрогнул.
— Это с чего бы ему гневаться? — с укоризной спросил он, убирая клинок в ножны и потирая ужаленную руку.
На полу валялось несколько мечей. Му Линьцзян весь день упражнялся с ним, предлагая выбрать наиболее подходящий клинок. Однако стоило Юньчжоу подступить ближе, как Владыка начинал биться всерьёз. Не желая устраивать кровавое побоище, Юньчжоу отступал, так и не сумев взять верх в этом досадном поединке.
Вэй И осторожно поднял взгляд и с изумлением обнаружил: хотя одежда Е Юньчжоу и превратилась в бахрому из лоскутов, на нём не было ни единой капли крови… если не считать тыльной стороны правой кисти.
— Подчинённый виноват, давая волю дурным мыслям! Я заслуживаю смерти! — с глубоким раскаянием произнёс Вэй И.
— Ну, до смерти дело не дойдёт, поднимайся, — вздохнул Е Юньчжоу.
Му Линьцзян свернул плеть и небрежно бросил её на стойку для оружия.
— Похоже, Вэй И решил, что за самовольный уход из дворца тебя следует наказать, — с усмешкой заметил он.
— Господин Вэй, Владыка дворца — добрейшей души человек. Даже если я натворю ужасных бед, уверен, он и пальцем меня не тронет, — воспользовался случаем Е Юньчжоу, чтобы загладить потенциальную суровость Му Линьцзяна.
— Именно так, — подхватил Му Линьцзян. Юньчжоу уже приготовился растрогаться, как тот ледяным тоном добавил: — Когда моё терпение лопнет, я просто убью тебя. Без телесных наказаний.
— М-да, — тут же свернул своё благоговение Юньчжоу и достал из пространственного мешка кувшин с водой, чтобы промочить горло.
Му Линьцзян подошёл и молча протянул к нему руку.
Не поняв жеста, Е Юньчжоу подал ему меч, который держал в левой руке. Му Линьцзян с разочарованной миной "экий ты непонятливый" без лишних церемоний забрал у него кувшин и сделал пару глотков.
Юньчжоу застыл с вытянутой рукой. Наблюдая, как Му Линьцзян совершенно спокойно пьёт из его сосуда, он замкнулся в нерешительности и накоротко выдавил:
—…Оставь себе. Мне он больше не нужен.
— Опять привычки из ордена Безмолвного Величия? — Му Линьцзян бросил кувшин обратно.
— Перестань приплетать орден Безмолвного Величия к каждому поводу, а? — с досадой ответил Юньчжоу.
Му Линьцзян внезапно уставился ему прямо в глаза:
— Так есть между тобой и орденом Безмолвного Величия связь или нет?
Е Юньчжоу осёкся, но под неожиданным прицельным взглядом быстро взял себя в руки:
— Если ты предложишь мне остаться у вас насовсем, то этой связи вполне может и не быть.
— Хм, — усмехнулся Му Линьцзян. — С топографической картой закончили. Владыка зала Ин ждёт нас.
— Владыка Ин действительно надёжен, — отвесил комплимент Юньчжоу, а затем скосил глаза на оружие: — Мне показалось, что те три меча весьма нехороши.
— Ты что, восьминогий моллюск? — косо посмотрел на него Му Линьцзян.
Юньчжоу наигранно кашлянул:
— Один для коллекции, один для себя, а третий — в запас. Если бы прошлый скверный клинок не переломился, тебе бы и спасать меня не пришлось.
Слова "спасать меня" прозвучали достаточно льстиво, чтобы ублажить самолюбие Владыки, однако тот остался непреклонен:
— Не дам.
— Ну не будь ты таким скупым, — не сдавался Юньчжоу.
— Думаешь, дело в двух лишних мечах?
— А, то есть не жалко? Тогда давай пять!
Му Линьцзян: «…»
В конечном счёте Е Юньчжоу ушёл лишь с одним мечом — простым и изящным. Его ножны были сработаны из темно-бронзового металла и дерева, а на рукояти вырезаны два иероглифа: «Подобный Воде» — с эдаким скрытым наставлением проявлять милосердие. Му Линьцзян одарил его и этот меч открытым, нескрываемым сарказмом.
По пути в Зал Рассветной Ночи уже стемнело. Му Линьцзян бросил Е Юньчжоу свиток и сухо, официальным тоном произнёс:
— Оружие из сокровищницы принадлежит дворцу, и каждое перемещение заносится в реестр. Меч «Подобный Воде» выдан тебе во временное пользование. Вернёшься — заполни эти данные и сдай в Зал Оружия и Доспехов. Износ и ремонт — за твой счёт. В случае утери возместишь полную стоимость.
У Е Юньчжоу аж губы задергались:
— А ты не мог выдать мне что-нибудь из личных запасов?
— У меня нет мечей, — как нечто само собой разумеющееся отозвался Му Линьцзян. — Разве что зонты.
—…Премного благодарен, что хоть платы за аренду не просишь.
Вэй И шёл следом за ними. Е Юньчжоу сменил порванное одеяние на целое верхнее платье, однако Вэй И, наблюдая за прохожими, внезапно осознал, почему взгляды встречных слуг и стражей так долго задерживаются на нём.
Рана на тыльной стороне ладони Е Юньчжоу бросалась в глаза чересчур сильно.
Каждый, кто нёс службу во Дворце Безмолвной Ночи, будь то книжник или простой чиновник, обладал достаточной наблюдательностью, чтобы с первого взгляда распознать в ярко-красном, опухшем и кровоточащем рубце след от удара плетью.
Пока Вэй И мучился вопросом, стоит ли намекнуть господину и как это лучше сделать, они уже переступили порог Зала Рассветной Ночи.
— Мне кажется или они все действительно на меня таращатся? — шепотом спросил Е Юньчжоу.
— А то они раньше на тебя не смотрели, — отозвался Му Линьцзян.
— Нет, тут что-то не так, — нахмурился Юньчжоу, чувствуя, как спину буквально жжёт от чужих взглядов. Он осмотрел свою одежду — всё опрятно, никаких изъянов.
Так и не найдя ответа, он со смешанными чувствами проследовал за Му Линьцзяном к кабинету Ин Сюаньяна.
Му Линьцзян постучал. Ин Сюаньян отозвался коротким «Войдите», но едва дверь распахнулась, как ослепительный сноп света заставил Е Юньчжоу зажмуриться.
Письменный стол в кабинете был сдвинут в сторону, а в самом центре комнаты парил трёхъярусный артефакт. Каждая его часть вращалась, удерживая над собой световое изображение топографической карты. Ин Сюаньян подправлял угол наклона граней, направляя лучи прямо под схему.
— Владыка дворца, Сяо Чжоу, вы приш… — Ин Сюаньян поднял голову. Одетый в синие одежды, он улыбался мягко и утончённо, воплощая образ истинного учёного мужа. Обменявшись короткими кивками с Му Линьцзяном, он перевёл взгляд на Е Юньчжоу, который как раз склонился в приветственном поклоне.
В то же мгновение лицо Ин Сюаньяна изменилось, а слова застряли в горле.
Он в несколько шагов приблизился к Юньчжоу, схватил его за рукав и с тревогой воскликнул:
— Сяо Чжоу! Что с твоей рукой?! Кто это сделал? Сможешь ли ты завтра прийти разгребать архивы?!
«И что тебя заботит больше — я или твои свитки?» — умысленно подумал Е Юньчжоу.
А Ин Сюаньян продолжал причитать:
— Какая жестокость! Ты ведь всего лишь на стадии Заложения Оснований! А если там перелом?! Кто посмел над тобой измываться? Скажи своему брату Ину, я лично призову его к ответу!
Му Линьцзян внезапно вмешался:
— "Брату Ину"? А вы, я гляжу, весьма близки.
Е Юньчжоу мысленно вздохнул: Ин Сюаньяну просто нравилось притворяться молодым. Будучи почтенным старцем с тысячелетним возрастом, он упорно набивался ему в старшие братья. И что тут поделаешь?
Ин Сюаньян перевёл взгляд с молчаливого Юньчжоу на Му Линьцзяна, и догадка дошла до него в одно мгновение:
— Владыка дворца… Неужели твоих рук дело?!
— Ну и что с того? — холодно процедил Му Линьцзян сквозь зубы.
Е Юньчжоу не понимал, с чего вдруг Му Линьцзян разыгрывает эту драму. Он только собрался объяснить, что это был обычный спарринг, как Владыка накрыл его плечо ладонью, властно притянул на шаг назад и, точно обозначая право собственности, свысока бросил:
— Всякий, кто осмелится мне перечить, заплатит свою цену.
— Ты… — Е Юньчжоу почувствовал, как по спине побежали мурашки от неловкости. Он хотел было возразить, но пальцы Му Линьцзяна, лежавшие на его загривке, слегка сжали кожу, давая знак не вмешиваться.
Ин Сюаньян нахмурился, и в его глазах вспыхнул праведный гнев:
— Чем он мог тебе перечить? Какое правило нарушил? Ты должен опираться на факты! Вэй И принес карту — ладно, раз он не под моим началом, я не стану допытываться об её источнике. Но Сяо Чжоу числится в Зале Рассветной Ночи! Я — главенствующий Владыка, и если мой подчинённый получает увечья без причины, я не могу закрыть на это глаза!
Е Юньчжоу и представить не мог, что Ин Сюаньян окажется настолько непреклонен. Лицо Му Линьцзяна покрылось инеем, а в его глазах вспыхнули фиолетовым светом Очи Безмолвной Тьмы, излучая явную угрозу.
Чтобы противостоять давлению техники Очей Безмолвной Тьмы, Ин Сюаньяну пришлось задействовать духовную силу. Полы его синего халата пришли в движение, но он продолжал открыто смотреть на Му Линьцзяна, с горячностью увещевая:
— То, что болтают во Дворце Безмолвной Ночи — лишь сплетни, над которыми можно посмеяться и забыть! Но ты не можешь поступать так на самом деле! Если этот мальчик тебе искренне дорог, относись к нему подобающе… Не верю, что ты способен поднять на него руку просто так. Что у вас произошло?!
Му Линьцзян впился в него взором, и пурпурное сияние в его зеницах становилось всё гуще. Ин Сюаньян отступил на полшага, но взгляда не отвёл.
Видя эту картину, Е Юньчжоу невольно вспомнил сцены из оригинала, где главный герой со слезами на глазах метался между Му Линьцзяном и своим бывшим-абьюзером. Он тихонько отошёл в сторонку, налил себе чашку чая и, почувствовав голод, принялся очищать мандарин.
Встревать в чужую перепалку он не намеревался. В конце концов, не подливать масла в огонь — уже верх благородства. Зачем же мешать такому зрелищу?
Услышав шорох, Ин Сюаньян стремительно повернул голову и опешил:
— Сяо Чжоу?! Я тут за тебя вступаюсь, а ты чем занят?!
— Владыка Ин — поистине благородный человек, я растроган до глубины души, — Е Юньчжоу проглотил дольку мандарина. — Прошу прощения за нескромность, просто я весь день ничего не ел, проголодался.
Ин Сюаньян поднял руку, переводя ошарашенный взгляд с Му Линьцзяна на Юньчжоу и обратно, совершенно не зная, что сказать.
Уголки губ Му Линьцзяна слегка приподнялись, и он сменил тон на более мягкий:
— Это просто шутка, не принимай близко к сердцу. Я случайно задел его во время учебного боя.
Е Юньчжоу тоже кивнул:
— Сегодня мой выходной, и Владыка дворца согласился дать мне пару уроков. Но за заботу вам огромное спасибо, Владыка Ин.
Ин Сюаньян облегчённо вздохнул и утёр невидимый пот со лба:
— Ну вот, а я уж думал… Ты ведь не настолько самодур.
Му Линьцзян хмыкнул:
— В твоих любовных романах я изображён куда хуже. Я лишь решил наглядно продемонстрировать один из сюжетов, а ты уже разгневался.
— Ха-ха, надо же понимать, что это художественное преувеличение! — Ин Сюаньян смущённо перевёл взгляд на карту, вспомнив о приближающемся сроке сдачи рукописи, и поспешно перешёл к делу: — Карта эта — дело нешуточное. Разбирав линии, я понял, что перед нами шифрованное послание. Пересобрав и сопоставив элементы, я получил вот такую область, где скрыто сокровище.
Е Юньчжоу и Му Линьцзян подошли ближе. Хаотичные цветные пятна на парящем изображении исчезли, уступив место чётким ориентирам. Три нити маршрутов расходились в разные стороны, упираясь в красные круги, возле каждого из которых пульсировали древние знаки: «Огонь Долголетия», «Камень Призыва Сумерек» и «Фонарь Вечного Дня».
Лицо Му Линьцзяна мрачнело с каждой секундой.
Ин Сюаньян произнёс со всей серьёзностью:
— В своё время Повелитель Кошмаров перед смертью из последних сил выбросил эти три ключа. Они сгинули без вести, и сколько бы их ни искали последующие поколения, всё было тщетно. Но эта карта способна улавливать колебания духовной энергии ключей и указывать их местонахождение. Кто же хозяин этого чертежа? Битва при Горе Призывающей Гром ещё свежа в памяти, ситуация слишком опасна!
— Что за ключи? — подал голос Е Юньчжоу.
— Ключи, способные воздвигнуть Небесные Столпы, — хмурясь, ответил Му Линьцзян.
Е Юньчжоу молча наблюдал, как Му Линьцзян и Ин Сюаньян договариваются об усилении охраны Зала Рассветной Ночи и Горы Призывающей Гром. Когда обсуждение завершилось и они вышли на улицу, Юньчжоу не удержался от вопроса:
— Ты ведь устроил эту сценку не просто ради шутки?
Му Линьцзян раскрыл зонт и прислонил его ручку к плечу:
— И каково твоё мнение?
— Ты не доверяешь Владыке Ину? — осторожно спросил Е Юньчжоу. — Нападение у горных ворот Рассветные Стражи расследовали втайне. Ты нарочно заявил, будто я тебе перечил, чтобы проверить реакцию Ин Сюаньяна и узнать, известен ли ему истинный положняк дел.
— Даже заклинателю на стадии Великого Просветления трудно сохранить невозмутимость под воздействием Очей Безмолвной Тьмы, — тихо произнёс Му Линьцзян. — Он не лгал… Хм.
Юньчжоу украдкой посмотрел на него. Похоже, Му Линьцзяну действительно не хотелось подозревать близких людей. Постояв мгновение в раздумьях, Юньчжоу потянул его за рукав и с улыбкой предложил:
— Давай отправимся в путь.
— Что? — не понял Му Линьцзян.
— Пойдём искать ключи, — легкомысленно отозвался Е Юньчжоу. — Заодно прогуляемся за счёт казны.
http://bllate.org/book/37014/4743456
Готово:
