Готовый перевод The Sword Named Helplessness / Клинок, что не ведает пощады: Глава 8

Раздался тихий, еле слышный шорох тканей. Двое учеников Секты врачевателей в бледно-лиловых шелковых халатах затеплили поминальные свечи. Изумрудно-зеленое сияние призрачным светом озарило полумрак покойницкой.

— Глава секты Сюй, прошу.

В мире самосовершенствования ордена обычно строго оберегали свои земли, но Му Дочжу, Владыка медицины из Врачей золотой ладьи — одного из великих Трех Владычеств, — действовал иначе. Ссылаясь то на безграничное милосердие, то на желание приумножить казну, он открывал аптечные лавки и загородные поместья по всем поднебесным землям. За стенами покойницкой царил яркий полдень, но здесь, внутри, стоял непроглядный мрак. Лишь четыре ряда изумрудных свечей отбрасывали дрожащие отблески на двадцать восемь гробов разной формы и убранства.

Пользуясь толчеей, Гун Вэй скользнул в темный угол, точь-в-точь ловкий лисенок. Лишь здесь судорожная боль, сжимавшая грудь, немного утихла. Впрочем, укрыться не удалось: кто-то сзади ощутимо похлопал его по плечу:

— Куда протискиваешься?

Гун Вэй обернулся и, разглядев Юйчи Сяо, мгновенно изменился в лице. Схватившись за повязку на груди, он изобразил крайнее страдание:

— Молодой господин, я не нарочно! Пощадите!

Юйчи Сяо замер с поднятой рукой. Уголки его губ нервно дернулись. Едва подавив рвавшийся из груди вздох досады, он процедил сквозь зубы:

— Тебе разве не дали драгоценное снадобье Врачей золотой ладьи?!

— Не помогает... — жалобно всхлипнул Гун Вэй. — Я такой немощный, мне всё равно больно...

Юйчи Сяо едва удержался, чтобы не закатить глаза. Положив ладонь на левое плечо Сян Сяоюаня, он направил внутрь мощный поток духовной энергии. Чистая ци быстро успокоила разорванные каналы, и изнуряющее трепетание сердца, вызванное близостью Непреклонного Меча, наконец прекратилось.

Лицо Гун Вэя озарилось пылкой, глубочайшей признательностью. Он подался вперед, делая вид, что хочет сжать руку спасителя:

— Юный воитель, вы истинно благородный человек! Я...

Юйчи Сяо отшатнулся, на нем едва волоски не встали дыбом:

— Говори нормально и не распускай руки!

В этот момент раздался ровный, чистый голос Сюй Шуанцэ:

— В каком состоянии тела?

Ученик Секты врачевателей ниц склонился перед ним:

— Едва их доставили, мы сразу наполнили тела ртутью. А когда прибыл молодой господин Юйчи, он влил немало духовной силы, чтобы предотвратить гниение. Хотя души погибших от нечестивых чар, по правилам, не откликаются на призыв, мы всё же установили магический круг и предприняли несколько попыток, но безуспешно. Однако глава секты Сюй снизошел до помощи, а ваша бессмертная сила не знает равных — вам наверняка удастся то, перед чем мы бессильны.

— Слышишь, как люди разговаривают? — шепнул Гун Вэй.

— Я могу сделать так, чтобы тебе снова стало больно, — так же тихо отозвался Юйчи Сяо.

Гун Вэй тут же пошел на попятную:

— Молодой господин, я был неправ, только не останавливайтесь.

Сюй Шуанцэ неспешно шел вдоль гробов. За опущенными ресницами невозможно было угадать его мыслей. Наконец он остановился и опустил ладонь на крышку одного из гробов. Из его руки выплеснулась волна призрачного сияния, затопившая всю домовину.

— Обитель Подземного царства не обернется вспять, жизнь и смерть — лишь утро и вечер, — глухо произнес Сюй Шуанцэ. — Восстаньте!

В ту же секунду крышки двадцати восьми гробов одновременно взлетели вверх с оглушительным грохотом. Трупы в пышных убранствах, будто подхваченные невидимыми путами, один за другим поднялись из деревянных лож. В изумрудных отблесках поминальных свечей проступили их мертвенно-бледные, невероятно прекрасные лица. И в то же мгновение двадцать восемь пар помутневших глаз разом распахнулись, въевшись неживыми взглядами в Сюй Шуанцэ!

От этого зрелища у всех присутствующих мороз пробежал по коже. Стоявшие в первом ряду заклинатели невольно отшатнулись.

— Назовите свои имена, — велел Сюй Шуанцэ.

Женщина с багровым странгуляционным следом на шее дернулась — та самая первая куртизанка из дворца князя Линьцзяна, что повесилась в своих покоях. Суставы ее с мерзким, въедающимся в душу скрежетом пришли в движение. Превозмогая тяжесть наполнявшей тело ртути, она марионеточно склонилась:

— Раба Яо Юйцин.

Рядом с ней замерла девушка в свадебном венечном уборе и алом наряде. Ее горло было разорвано, из края гниющей раны капала сукровица:

— Простая дева Юй Сяомэн...

Третий — юноша в белых одеждах заклинателя — согнулся в поклоне, сжимая в руках меч. В его дрожащем голосе звучала глухая скорбь:

— Младший Чэн Юаньлэ...

***

Сюй Шуанцэ скользнул взглядом по остальным погибшим, пока не прозвучало последнее имя, после чего вновь посмотрел на куртизанку:

— На пиру во дворце князя ты отлучилась поправить макияж и смотрелась в зеркало, верно?

— Да! — с дрожью выдохнула та.

Он повернулся к невесте:

— В брачной опочивальне ты долго ждала жениха, сбросила покрывало и смотрелась в зеркало?

— Да!

— Ты — адепт ордена заклинателей. Каждое утро ты встаешь на рассвете для медитации, а перед этим совершаешь омовение. Поправляя прическу, ты смотрелся в зеркало?

— Да!

Всем присутствующим без лишних слов стало ясно: чары требуют строгих условий. Каждый из убитых перед смертью сделал одно и то же — увидел собственное отражение.

Кто-то из заклинателей вспомнил о бронзовом зеркале в своей комнате и от ужаса побледнел:

— Неужели... неужели, если поблизости есть зеркало, эта тварь может...

— Нет, — тихим голосом возразил Гун Вэй. — Нужна именно ртутная амальгама.

Искусство магии зеркал потому и считалось редким, что требовало ртутных зеркал. Обычная бронза не способна уловить движение души, а водная гладь не связывает Инь и Ян. Ртутные же зеркала, дающие четкое отражение, стоят невероятно дорого — простым людским семьям они недоступны. Именно поэтому все двадцать восемь жертв в столице Линьцзян были людьми непростыми, обладавшими богатством или положением. И хотя среди простолюдинов тоже могли найтись красавицы с тяжелой судьбой и темной судьбоносной кармой, они просто не могли стать мишенью для темного заклинателя.

— А ты неплохо осведомлен, — вполголоса заметил Юйчи Сяо.

Гун Вэй косо посмотрел на него, подумав: «Еще бы! Вот пусть Юйчи Жуй скорей заберет меня от этого Сюй Шуанцэ, и я тебе покажу, сколько всего знаю. Да так покажу, что на колени упадешь и дядей назовешь!»

Юйчи Сяо неловко качнул головой:

— Чего ты на меня так смотришь?

Гун Вэй молча перевел взгляд.

Сюй Шуанцэ медленно втянул воздух и закрыл глаза. Все замерли, боясь даже вздохнуть. Лишь мгновение спустя он глубоко выдохнул, словно пересиливая себя, и распахнул глаза. Окинув взглядом двадцать восемь мертвецов, он задал главный вопрос:

— Кто лишил вас жизни?

Души погибших пришли в неистовство, словно пытаясь выкрикнуть тысячи слов разом. Первой выкрикнула куртизанка — тонко, пронзительно:

— Из Соза...

— Из Союза бессмертных...

— Бессмертный Почтенный...

В ту же секунду истеричные крики оборвались, словно всем им пережали горло. Куртизанка в судорогах схватилась за шею, невеста лишь бессильно раззивала рот, издавая хриплое «а-а», а юный заклинатель, не выдержав первым, обхватил голову и зашелся диким, исполненным муки воплем. Тела, удерживаемые духовной силой, начали стремительно увядать и гнить. С глухим стуком они один за другим повалились обратно в гробы.

Ужасная развязка наступила слишком мгновенно. Еще секунду назад говорившие мертвецы превратились в разлагающиеся трупы. Сюй Шуанцэ действовал быстро: опустив ладонь на грудь юноши в белом, он силовым потоком влил в него духовную энергию, приостанавливая расползающиеся трупные пятна. Почерневшие губы юноши задрожали, выталкивая последние слова:

— Он сказал... он... Бессмертный Почтенный... Фахуа...

Шорох ужаса прокатился по рядам заклинателей. Бессмертный Почтенный Фахуа?!

Неужели это действительно Великий глава Института Гун, сгинувший шестнадцать лет назад?!

Дух юноши разлетелся вдребезги. Зеленые свечи вокруг забились на невидимом ветру, вспыхнув ослепительным призрачным светом. Тело под рукой Сюй Шуанцэ рассыпалось на куски и обратилось в прах. С глухим шумом пепел осел на дно гроба, и среди него мелькнула едва заметная алая искра.

Сюй Шуанцэ наклонился и поднял из пепла предмет. Это был нежный, налитый соком лепесток персика.

— Здесь... здесь тоже! — закричал кто-то, указывая на соседний гроб.

— И здесь! У всех у них — цветы персика!

Души усопших истаяли одновременно, точно неведомая темная сила вырвала их из плоти и уволокла в Желтые источники. И каждый гроб отмечен одинаковым персиковым цветом!

— Как такое возможно... — прошептал кто-то. — Почему вдруг...

Да, почему? Гун Вэй хотел знать это больше, чем кто-либо.

Он спросил себя: в прошлой жизни, за исключением Сюй Шуанцэ, он никого не доводил до смертельной вражды. Даже если старейшины великих кланов недолюбливали его, всё ограничивалось ворчанием за спиной. А вражда с северными родами была лишь делом политики и влияния, к нему лично не имевшим отношения. С его смертью все счеты были закрыты.

Кто же шестнадцать лет спустя творит бесчинства под его именем?

Кто-то попытался разглядеть выражение лица Сюй Шуанцэ, но тут же отвел взгляд, объятый ужасом.

— Вон, — ровно и холодно произнес глава секты Сюй.

Заклинатели переглянулись, не смея шелохнуться.

— Вон отсюда! — гаркнул Сюй Шуанцэ так, что задрожали стены.

Толпу пробрал колотун. Не смея издавать ни звука, заклинатели в панике устремились к выходу, едва не сбивая друг друга с ног. Юйчи Сяо прошел пару шагов и, заметив, что Сян Сяоюань замер как вкопанный, схватил его за рукав:

— Ты чего застыл?! Пошли скорее!

Сян Сяоюань точно очнулся от тяжелого сна. Бледнея, он тихо выдохнул и покорно поплелся вслед за всеми.

Юйчи Сяо, не привыкший к такой кротости маленького демона чар, невольно спросил:

— Рана всё еще болит? Может, попросить лекарей осмотреть тебя?

Гун Вэй мгновенно схватил его за руку, щеки его вспыхнули румянцем:

— Юный воитель, я так и знал, что вы добрейшей души человек! Я...

У Юйчи Сяо волоски встали дыбом. Вырвав руку, он, не разбирая дороги, бросился прочь из покойницкой, ни разу не обернувшись.

Гун Вэй нарочно выждал, пока тот ударится в бегство, и замедлил шаг. Когда все толпились у высокого порога, никто не заметил, как его фигура метнулась в тень за дверной створкой. Он замер у стены, словно бестелесный дух.

Великие мастера уровня Сюй Шуанцэ ощущают окружающий мир не глазами, а по движению духовной энергии Инь и Ян. Сян Сяоюань обладал от природы чистейшей судьбой Инь, отчего его аура идеально сливалась с густым трупным духом покойницкой. Даже если бы сам великий небожитель сошел с небес, он бы его не заметил.

Гун Вэй всматривался из непроглядного угла: Сюй Шуанцэ стоял среди двадцати восьми гробов. Его высокий, сухой силуэт выглядел невероятно грозно, а суровый профиль тонул в полумраке. Лишь в глазах мерцал холодный отблеск, но выражения лица разглядеть было нельзя.

Снялась с петель и тихо захлопнулась тяжелая дверь.

Плечи Сюй Шуанцэ окаменели.

—... Гун Вэй... — прошел по комнате шепот, вырвавшийся будто из самой глубины его груди.

Гун Вэй бесстрастно прищурился.

— Гун... Вэй!

Опоенный яростью хриплый клик сотряс стены. Сюй Шуанцэ сокрушительным движением обнажил меч. Мощнейший порыв духовной силы рассек пространство, рухнув вниз!

— Грохот!!

Небывалый гул сотряс глубины земли. Непреклонный Меч разрезал саму ткань мироздания, разверзая в пространственной трещине путь к Желтым источникам!

Ледяной подземный ветер хлынул в разлом. Адское пламя водопадом обрушилось с небес, и из языков огня восстали врата Обители Подземного царства — величественные, высотой в девять чжанов, покрытые алым лаком. По их створкам тянулись девять рядов черепов вместо медных гвоздей, а рукояти в виде драконьих голов держали бронзовые кольца. Тысячи обезглавленных скелетов цеплялись за косяки, заливаясь жутким воем.

Лицо Сюй Шуанцэ оставалось каменным. Он нанес второй удар.

Девятичжановые врата разлетелись в щебень! Огромные валуны посыпались градом, и даже остов врат обратился в труху.

Ледяная струйка ужаса скользнула по сердцу Гун Вэя. Его догадка оказалась верна: Сюй Шуанцэ отослал всех прочь лишь затем, чтобы насильно открыть путь между жизнью и смертью — в Подземное царство!

Покойницкая исчезла. На ее месте зиял провал у входа в Желтые источники. Из разрушенных врат хлестал пламенный вихрь, развевая одежды и волосы Сюй Шуанцэ. Тот с глухим звоном вонзил Непреклонный Меч у своих ног.

Из тумана с воплями высыпали сотни призрачных воинов. Вооруженные трезубцами и топорами, они окружили его со всех сторон:

— Дерзкий смертный!

— Кто ты такой?!

— Живым нет пути в Желтые источники! Кто смеет вторгаться в усыпальницу усопших?!

Лес копий и мечей отбрасывал зеленые блики на лицо Сюй Шуанцэ. Но тот лишь холодно изогнул губы в презрительной усмешке:

— С дороги. Позовите главного.

Послушные приказу, стражи расступились. Из глубины тумана показалась повозка, которую на своих плечах несли восемьдесят восемь скелетов. На ней восседал Судья Подземного царства — тучный, как гора, в алой мантии с изображениями питонов и в шлеме из черного железа. Из-под его одежд вместо ног рвалась и стенала клубящаяся масса обреченных душ.

— О-о, да это сам бессмертный Сюй! Сколько лет, сколько зим!

Лицо Судьи расплылось в широкой милосердной улыбке, но голосом он обладал настолько могучим, что от его слов закладывало уши. Скелеты с треском опустились на колени, и Судья, оглядев царивший вокруг разгром, сокрушенно вздохнул:

— Бессмертный, а вы нынче куда сдержаннее! Шестнадцать лет назад, когда вы прорубили путь сквозь Желтые источники, истребили тысячи призраков и разнесли Двенадцать обителей, вы были куда горячее! Счастье-то какое, счастье!

Гун Вэй, затаившийся за обломками камней, изумленно моргнул.

Сюй Шуанцэ шестнадцать лет назад разгромил все Двенадцать обителей Подземного царства?

Зачем?..

Сюй Шуанцэ стоял, опираясь на меч, без тени смущения:

— Подай Книгу Жизни и Смерти. Я ищу душу.

Улыбка на лице Судьи мгновенно погасла, сменившись печальной миной. Он тяжело вздохнул:

— Бессмертный Сюй... Шестнадцать лет назад мы ведь уже всё вам объяснили. Души, которую вы ищете, нет в Подземном царстве. Ваше небесное оружие — Непреклонный Меч — обладает столь страшной силой, что тот человек не мог уйти на перерождение. Его дух давно развеялся без следа!

http://bllate.org/book/37021/4689756