Глава 25
[Да что вообще происходит?]
[Ха-ха, фанаты Жэнь Янчжоу — у кумира имидж рухнул, а поклонники ещё и добавляют забот. Не зря говорят, одна семья.]
Началось всё с того, что один пользователь потянул за ниточку и раскопал: тот, кто выложил видео, оставлял записи в супертопике Жэнь Янчжоу.
Публикация в супертопике отличается от публикации на личной странице. Там можно отметить пост как «только для супертопика» — и тогда на главной странице Weibo он попросту не отображается.
Жэнь Янчжоу — известный актёр, и постов фанатов в его супертопике было не меньше, чем в настоящем океане: найти среди них нужного человека было всё равно что искать иголку в стоге сена.
Когда этого человека всё же вычислили, пользователи сети оказались в полном шоке.
[Вот это да, современные зеваки реально крутые.]
[Что за особый талант выискивать чужие драмы?!]
Талант и правда был впечатляющий — переполох поднялся такой, что даже соня-ленивец взбодрился бы, что уж говорить про Жэнь Янчжоу, вмиг оказавшегося в самом центре бури.
Чэн Лэ, решив, что ничего интересного не происходит, отправился спать и понятия не имел, что творилось дальше.
Лишь утром, во время гримировки, он узнал от Лю Цина: Жэнь Янчжоу среди ночи поднялся и лично исключил ту фанатку из своего фанклуба.
Дословно он написал следующее:
[Как публичная личность, я всегда помнил: молчание — золото, ведь никогда не знаешь, как твои слова отзовутся на других, тем более если речь о злонамеренных слухах. Прежде чем быть человеком, нужно взращивать добродетель. Я не хочу, чтобы среди моих фанатов были те, кто безнравственно бросается пустыми словами. Одумайтесь.]
Пользователи откликнулись:
[Действовал решительно — плюс к репутации.]
[Перевод: я тут ни при чём, отвалите от меня.]
Хотя прошлый инцидент изрядно подпортил ему репутацию, на этот раз он высказался быстро и разобрался с ситуацией решительно, чем снова расположил к себе немало случайных зрителей — впрочем, большая часть нейтральной публики уже успела охладеть к Жэнь Янчжоу и никаких особых чувств к нему больше не питала.
Та фанатка из «Океана», после того как кумир лично исключил её из фанклуба, устроила настоящий скандал на своей странице.
[Я, чёрт возьми, семь лет за тебя голосовала, смотрела, как тебя обижают, специально приехала на съёмки шоу с Чэн Лэ, чтобы помочь тебе выбраться наверх — а ты как мог оказаться таким никчёмным?!]
[Не хочешь таких фанатов, как я? Но без фанатов ты — никто!]
Дальше шёл сплошной поток ругани.
Устроенный ею скандал лишь вызвал у публики обратную реакцию.
[Да прекрати уже.]
[Это не оправдание для того, чтобы вредить другим.]
[Извинилась перед Чэн Лэ? Пока не извинишься — так и буду ругать тебя каждый день, готовься, паршивка.]
Впрочем, самого Чэн Лэ это уже почти не касалось.
***
Улучив драгоценные минуты во время гримировки, Чэн Лэ выкроил время посмотреть спецвыпуск про закат.
Он всё никак не мог забыть ту ночь, когда Ли Юйан нёс его на спине, — и как перед камерой безвозвратно улетучилось всё его мужское достоинство.
Хотя, если подумать, его там и не было изначально.
В спецвыпуске про закат никто уже не пытался придраться, к тому же сменился монтажёр, так что тон вышел куда мягче и спокойнее, чем в выпуске про рассвет.
Поначалу фанаты были разочарованы: Чэн Лэ и Ли Юйан вели себя настолько спокойно, будто старая супружеская пара, — ни малейшего всплеска эмоций.
Пока не дошло до сцены со стульчиком.
В кадре мелькал наполовину скрытый ассистент Лю Цин — виден был лишь смазанный профиль. По правилам закадровый персонал полагалось вырезать из эфира, но монтажёр, судя по всему, счёл этот момент слишком удачным материалом и оставил почти без купюр.
Когда Ли Юйан, не долго думая, подсел к Чэн Лэ, комментарии взорвались.
[А-а-а, не зря я VIP-подписку покупала!]
[Брат Ян приревновал, да? Ассистент просто немного позаботился о Лэлэ, а он уже недоволен?]
[Вот это ревность, мне нравится!]
Чэн Лэ искренне восхищался их способностью раздуть целую драму буквально из ничего.
Однако, приглядевшись повнимательнее, он и сам почувствовал: что-то тут не так.
В той ситуации — почему, стоило ему предложить Ли Юйану сесть, тот сразу сел? И ладно бы просто сел, так ещё и рядом, на тот же складной стульчик?
Но, глядя на лицо Ли Юйана, никакой странности заметить не удавалось.
Где-то в глубине души Чэн Лэ смутно почувствовал, как прорастает что-то новое.
Дальше кадр переключился на других участников, и Чэн Лэ, включив двойную скорость, пролистал вперёд — прямо к моменту, где Ли Юйан нёс его вниз с горы.
Здесь, вопреки обыкновению, комментарии вдруг притихли.
Потому что зрительницы уже попросту задыхались от эмоций.
[Один вопрос: когда объявите об отношениях?]
[Хотя однополые браки теперь и легализованы, актёров-мужчин, открыто выходящих из тени, не так уж много — если вы не готовы объявить об отношениях, мы вас поймём.]
[Смотрю на эту сцену под такую нежную музыку — и почему-то хочется плакать.]
[Сестрёнка, у меня то же самое: брат Янцзы вроде совсем не нежный человек, а я прямо-таки разглядела на его лице слово «нежность».]
[Пусть в глубине души я и понимаю, что это всё раскрутка пейринга, но всё равно не могу не растрогаться в этот момент — моя парочка навсегда самая сладкая!]
...они, оказывается, и правда прониклись настоящими чувствами.
Дневной эфир — и атмосфера в трансляции тоже стояла на удивление мирная.
[Лэлэ-детка сегодня такой послушный!]
[Смотреть каждый день, как они просыпаются, — моё главное удовольствие в последнее время, особенно наблюдать за Ли Юйаном: с утра пораньше явно не в восторге, но всё равно вынужден подыгрывать съёмке, ха-ха-ха.]
Гости, все как один без особого энтузиазма, как обычно расселись завтракать.
По утрам обычно вели один общий эфир, куда стекались фанаты всех участников.
Поэтому мир продержался от силы минут десять, прежде чем фанаты «Грушевых апельсинов» и «Океана» снова сцепились.
Поводом стало то, что Чэн Лэ попросил Ли Юйана подать миску: тот поднялся с совершенно бесстрастным лицом. Фанаты «Грушевых апельсинов» сочли это невероятно трогательным, но тут же нашлись те, кто заявил, что их пара — насквозь фальшивая.
Неприязнь фанатов «Океана» к Чэн Лэ давно накопилась — даже в самом шоу Чэн Лэ и Жэнь Янчжоу почти не разговаривали друг с другом.
Раз уж даже сами кумиры держались так, отношения между их фанатами и подавно были — как огонь и вода.
А ссорились они вот о чём —
«Океан»: [Вы фальшивая пара.]
«Грушевые апельсины»: [Сами вы фальшивая пара.]
«Океан»: [Вы вообще не милые.]
«Грушевые апельсины»: [Ты чё, ослепла?]
Режиссёр, в реальном времени следивший за всем происходящим: «...»
Перебранки, как известно, делятся на высококлассные и низкопробные: та, где чувствуется пороховой запах, но не звучит ни единого грубого слова, зато полно подтекста, — вот это высший класс. Нынешняя же ситуация явно не радовала режиссёра.
Как только утренняя трансляция в тот день закончилась, режиссёр со сценарием в руках примчался на съёмочную площадку.
Участники ещё не успели разойтись.
Мешки под глазами режиссёра от постоянных недосыпов свисали чуть ли не до щёк, но сам он выглядел бодрым и полным сил. Взмахнув рукой, он объявил:
— У меня новая идея!
Услышав это, гости собрались вокруг него.
Чэн Лэ и Ли Юйан стояли плечом к плечу — одновременно переглянулись и одновременно отвели взгляд.
В глазах друг друга оба прочли одну и ту же мысль — ну вот, опять!
— Наша съёмочная группа решила не жалеть денег и устроить всем настоящий медовый месяц! — с воодушевлением объявил режиссёр, уткнувшись в сценарий.
Все: «...»
Медового месяца уже было более чем достаточно — что ещё за «настоящий»?
— Всего у нас тридцать дней эфира, осталось чуть больше десяти — то есть половина уже позади, — вспомнив о рейтингах, режиссёр расплылся в ещё более широкой улыбке. — Вы все отлично справляетесь, и я надеюсь, что в оставшиеся дни мы продолжим стараться.
Услышав это, Ань Хэчан, всё это время остававшийся в тени, закатил глаза.
На данный момент он был самым непопулярным артистом во всём шоу: раньше он ещё держался на втором-третьем месте с конца, но после того как Чэн Лэ совершил рывок, а Чжоу Хуэйань его обогнал, единственным, кто оставался позади него, был Чжан Чэнпин.
Он считал себя редким неудачником и мечтал поскорее — хоть сию минуту — закончить съёмки этого шоу.
Разумеется, угрозу, брошенную Ли Юйаном в своё время — что после окончания съёмок у него не останется никаких проектов, — он в грош не ставил.
Все они тут были мелкой сошкой — кто кому вообще мог угрожать?
Режиссёр продолжил объяснять:
— Прошло больше десяти дней, пора освежить впечатления зрителей. Собирайте вещи — мы все вместе переезжаем на Люйа!
Услышав это, все разом вытянулись по струнке.
Ассистенты артистов один за другим скисли лицом: вся эта морока ведь ляжет на них!
***
Люйа также называли Островом медового месяца.
Это был удивительный остров: почти всю его экономику держали на себе развлекательные заведения. Здесь были живописные виды, море и всё, что только можно придумать для отдыха.
Здесь находился один из трёх лучших домов с привидениями страны и один из трёх красивейших пейзажей.
Даже закусочные на побережье острова пользовались широкой известностью.
Сорок-пятьдесят процентов молодожёнов со всего мира приезжали проводить медовый месяц именно сюда, так что стоило туристу выйти на улицу, как со всех сторон попадались одни только влюблённые пары.
Хватало и фотографов, приезжавших сюда за красивыми кадрами.
Слова съёмочной группы о том, что «денег не пожалеют», оказались отнюдь не шуткой.
Они арендовали целую пристань.
— пусть и не самую большую.
Утром, во время эфира, они ещё преспокойно сидели на вилле, а уже к обеду примчались на побережье.
Пока остальные собирали вещи, Чэн Лэ, у которого багажа было немного, справился без помощи Лю Цина — быстро закончил сборы.
Выйдя за дверь, он вспомнил слова режиссёра о том, что это «путешествие в честь медового месяца».
Почему на медовом месяце всё равно приходится работать — оставалось загадкой.
Смена декораций и правда подарила новые ощущения: Чэн Лэ ещё никогда не оказывался так близко к морю и то и дело поглядывал в его сторону.
Ли Юйан уже успел научить его плавать...
На лице Чэн Лэ отчётливо читалось нетерпение.
Стоявший рядом Ань Хэчан прекрасно всё разглядел, хмыкнул про себя, а затем отвернулся, оглядываясь по сторонам.
Убедившись, что никто не смотрит, он подошёл к Чэн Лэ и как бы невзначай спросил:
— Что, хочется искупаться?
— Хотелось — минуту назад, — Чэн Лэ покосился на него. — А теперь, после твоего вопроса, расхотелось.
Ань Хэчан: «...»
Едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза, он произнёс с притворной заботой:
— Я вообще-то хотел предложить составить тебе компанию, раз уж ты не против прогуляться к морю. Но раз ты настолько недружелюбен — забудь, что я говорил.
— Чтобы ты со мной пошёл? — недоумённо переспросил Чэн Лэ. — Это либо я сошёл с ума, либо ты.
Ань Хэчан, скрипнув зубами: «...»
Он изначально задумывал небольшую подначку, но, увы, Чэн Лэ оказался не из тех, кем легко манипулировать, — и не собирался снижать бдительность лишь оттого, что кто-то проявил дружелюбие.
Даже несмотря на то что всё это время между ними не возникало никаких конфликтов и внешне царило полное спокойствие.
В итоге Чэн Лэ позвал с собой Ли Юйана.
Услышав оклик, Ли Юйан на миг замер, прервав сборы вещей, а затем, не задав ни единого вопроса, вышел следом.
Глядя на море, Чэн Лэ чувствовал, как на душе становится легко и свободно.
Вдалеке ветер гнал волны, одна за другой набегавшие на песок; полуденное солнце палило ярко и жарко. Чэн Лэ ступил на песок и обернулся под взглядом Ли Юйана.
— Братец, я впервые в жизни на море!
Договорив, он взволнованно развернулся, будто вот-вот пустится в пляс прямо на песке.
И именно в этот момент — нога его скользнула!
На глазах у Ли Юйана, под палящим полуденным солнцем, он рухнул навзничь прямиком в холодную морскую воду.
Ли Юйан: «...»
Чэн Лэ: «...»
С таким уровнем мастерства ему даже подставлять никого не требовалось — сам себе устроил крах.
http://bllate.org/book/37168/4932611
Готово:
