— А вы? — Лянь Жуйтин слегка коснулся пальцем края стола. — Тоже по делам?
Цэнь Ши затаил дыхание, задержавшись на секунду, а затем первым поднялся и жестом пригласил его следовать за собой:
— Для меня это будет честью.
— Слишком уж высокопарно звучит, — Лянь Жуйтин поднялся и, направившись к выходу, бросил через плечо: — Чем вы занимаетесь, господин Цэнь?
Цэнь Ши смотрел на его лицо вполоборота, поджав губы:
— Стройматериалы. Небольшое дело, вы вряд ли о нем слышали.
— Небольшое дело, говорите? И вы смогли попасть на этот корабль? — Лянь Жуйтин обернулся и бросил на него быстрый взгляд.
— А как же вы, господин Лянь? — Цэнь Ши уклонился от ответа.
Лянь Жуйтин замедлил шаг, поравнялся с ним и с усмешкой покосился в его сторону:
— Боюсь, если я скажу, вы будете чувствовать себя неловко в моем обществе. Я пробрался сюда, воспользовавшись личностью своего двоюродного брата.
— Неужели вы чиновник?
Лянь Жуйтин лишь рассмеялся в ответ и, протянув руку, по-свойски приобнял его за плечо:
— Лучше подумайте, что мы будем покупать. Что вас интересует, господин Цэнь?
Тело Цэнь Ши напряглось. Все его внимание сосредоточилось на руке, лежавшей на плече, и на аромате, который внезапно окутал его, — тонкий, едва уловимый запах парфюма, исходивший от Лянь Жуйтина, заставил его разум опустеть.
— Ч-что?
— Я спрашиваю, что вас интересует, — Лянь Жуйтин выглядел озадаченным.
Цэнь Ши изо всех сил постарался взять себя в руки:
— Не знаю. Посмотрим на месте.
Они расположились в отдельной VIP-ложе на верхнем этаже. Коды для ставок уже были готовы: один жетон приравнивался к миллиону, и в каждой корзине лежало по пятьсот жетонов.
Лянь Жуйтин выбрал с чайного столика пирожное со вкусом клубники и принялся слушать пояснения распорядителя: следующим лотом был замок одной из европейских королевских семей.
Цэнь Ши не обращал внимания на лоты, его взгляд был прикован к слегка округлившейся щеке Лянь Жуйтина.
Сменилось несколько лотов, но ни один из них не вызвал у них интереса, они лишь обменивались парой ленивых замечаний. Однако, когда на аукционе появился тридцатикаратный рубин цвета голубиной крови, Цэнь Ши указал на свою корзину, и стоявший позади распорядитель вышел вперед и ударил в колокольчик.
Лянь Жуйтин приподнял бровь и посмотрел на Цэнь Ши:
— А вы решительны, господин Цэнь. Неужели так сильно хотите этот рубин?
Цэнь Ши указал на его грудь:
— Вам как раз не хватает броши.
Лянь Жуйтин опешил:
— Вы хотите подарить его мне?
— Да.
— Почему?
Выражение лица Цэнь Ши вдруг стало мягким, словно он вспомнил нечто необычайно прекрасное:
— У господина Лянь есть дар влюблять в себя с первого взгляда.
Лянь Жуйтин издал странный звук и, опустив голову, тихо рассмеялся:
— Впервые вижу, чтобы на меня тратили такие деньги. В этот раз должна быть моя очередь говорить, что для меня это честь.
— Вы того стоите, господин Лянь.
Лянь Жуйтин перестал улыбаться и многозначительно произронил:
— Похоже, ваш маленький бизнес не такой уж и маленький, раз вы столь щедры.
Сердце Цэнь Ши сжалось. Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели, но внешне остался невозмутим:
— Я часто занимаюсь инвестициями, так что кое-какие средства имеются.
— Вот как. — Лянь Жуйтин кивнул и перевел взгляд на аукционный зал. Торги за рубин уже закончились, и, ожидаемо, камень перешел к Цэнь Ши.
Когда распорядитель с корзиной вышел, чтобы оформить передачу лота, в комнату ворвался грубый мужской голос:
— Десятый, это и правда вы! Мэнцзы сказал, что видел кого-то знакомого, а я не поверил. Специально пришел проверить, не думал, что этот засранец наконец-то сделает что-то толковое.
Лицо Цэнь Ши переменилось в одно мгновение, взгляд стал таким тяжелым, будто он был готов убить. Выругавшись про себя, он лихорадочно искал слова, но боковым зрением заметил, что Лянь Жуйтин уже поднялся.
— О, еще и с кавалером, любопытно. — Мужчина, покрытый щетиной, с уродливым шрамом под глазом, косил на них, разглядывая с такой наглостью, словно готов был раздеть взглядом. — Ц-ц-ц, у Десятого всегда был специфический вкус. Где ты его откопал? Я тоже как-нибудь загляну… у-уп, Дес-, Дес-…
Последнее слово застряло у него в горле. Цэнь Ши, неизвестно когда оказавшийся перед ним, намертво вцепился ему в горло. Его лицо исказила пугающая тень:
— Если ты еще хоть раз откроешь свой рот или позволишь взгляду блуждать, где не следует, я не побрезгую научить тебя, как правильно ими пользоваться.
— Ладно-ладно, я понял, я виноват, кха-кха-кха! — Мужчина схватился за шею, судорожно хватая воздух. Он хотел что-то сказать, но, встретившись с ледяным взглядом Цэнь Ши, сразу поджал хвост: — Ванс на пятом этаже, хочет тебя видеть.
Цэнь Ши сверлил его взглядом, от которого, казалось, исходил холод, хотя внутри у него все дрожало. Он не смел обернуться, не хотел даже представлять, какое выражение сейчас на лице у Лянь Жуйтина. В голове билась лишь одна мысль: он убьет этого несносного идиота.
Лянь Жуйтин засунул руки в карманы, в глазах его застыло равнодушие. Он выдавил из себя слабую улыбку и подошел к Цэнь Ши:
— Похоже, господин Цэнь, вы сегодня заняты. Не буду мешать.
— Постойте! — Цэнь Ши машинально окликнул его, судорожно сглотнул и, притворившись спокойным, добавил: — Я ведь еще не взял ваши контакты. Как мне передать вам рубин, когда закончите дела?
Лянь Жуйтин улыбнулся:
— Все равно планов на вечер нет. Подожду вас на палубе. Рубин слишком ценный, мне было бы неловко его принять.
— Хорошо, я скоро буду. — Цэнь Ши выдохнул.
Лянь Жуйтин слегка кивнул, бросил быстрый взгляд на мужчину и, отвернувшись, тут же надел маску ледяного безразличия.
На залитой лунным светом палубе никого не было. Он неспешно подошел к перилам и вгляделся в мерцающую морскую гладь. Морской бриз рябил отражение луны и трепал его волосы.
Минуту спустя за его спиной появился Сюэ Сань и, обняв за талию, положил подбородок на плечо.
— Кто такой Ванс? — спросил Лянь Жуйтин.
— Поставщик сырья из-за границы. Семьдесят процентов всех запрещенных препаратов на черном рынке приходят через него. Хань Мо говорит, что с ним невозможно договориться, остается только ограничивать поставки с нашей стороны.
Лянь Жуйтин скривился и развернулся, опираясь спиной о перила:
— Ты выяснил, есть ли у меня с ним какие-то дела?
Сюэ Сань покачал головой, нежно клюнул его в губы и насмешливо заметил:
— Ты слишком многих провоцируешь. Если я буду проверять каждого, у меня уйдет на это целая вечность.
Лянь Жуйтин ущипнул его за щеку:
— Ты в последнее время стал слишком дерзким. Быстро верни мне того послушного Сань-эра.
Сюэ Сань не удержался от смеха и, прильнув к нему, прикусил губу Лянь Жуйтина:
— Малыш такой милый.
— Товарищ Сань, хоть мы и в нейтральных водах, давай все же оставаться цивилизованными людьми. — Лянь Жуйтин говорил это, но не останавливал руку Сюэ Саня, забравшуюся под одежду, а маленькая родинка в уголке его глаза лишь добавила облику соблазнительного очарования.
Он прищурился, наслаждаясь лаской, но нарочно проворчал:
— Если он придет и увидит, как ты меня домогаешься, то выбьет тебе все зубы.
— А если я его прикончу, это будет считаться заслугой? — Сюэ Сань целуя его, подыграл шутке.
— Нет, это будет считаться преступлением. И я стану свидетелем обвинения.
— Какой же ты жестокий.
— Ага.
Сюэ Сань прикусил губу Лянь Жуйтина посильнее, затем слизал крошечную капельку крови, недолго поиграл с ним языком, отстранился, поправил на нем одежду и рассмеялся:
— Если я сяду, ты останешься вдовой.
— Пф-ф! — Лянь Жуйтин рассмеялся так, что не мог остановиться, уткнувшись лбом в его плечо. Лишь спустя долгое время он поднял голову: — Разве ты сможешь меня оставить?
В его глазах читалась уверенность в том, что он знает своего партнера до кончиков пальцев, и требование явного, ничем не прикрытого предпочтения — словно избалованный ребенок, пользующийся своей властью над чужим сердцем.
Сюэ Сань обхватил его лицо ладонями и потерся носом о его нос:
— Не смогу, маленькая вдова. Возвращайся скорее, не простудись на ветру.
— Хорошо.
Когда Цэнь Ши пришел на палубу, Лянь Жуйтин сидел на перилах, запрокинув голову и любуясь луной, а его длинные ноги легко покачивались в воздухе.
В памяти Цэнь Ши внезапно всплыл шестнадцатилетний подросток, который сидел на ветке дерева и пытался о чем-то договориться с цикадой.
Судьба — это замкнутый круг. Он снова вернулся к своей луне.
Цэнь Ши шаг за шагом приближался к Лянь Жуйтину. Морской ветер доносил обрывки напеваемой им мелодии, звук ударял по барабанным перепонкам, словно связующее звено, соединяя прошлое и настоящее. Он начал терять связь с реальностью.
Услышав шаги, Лянь Жуйтин обернулся и спрыгнул вниз:
— Освободился?
— Да, прошу прощения за ожидание, — хрипло произнес Цэнь Ши.
Лянь Жуйтин с улыбкой ответил:
— Ничего страшного. Благодаря этому я случайно насладился прекрасным лунным светом. — Он небрежно окинул его взглядом и, будто невзначай, спросил: — Разве вы не занимаетесь стройматериалами? Тот человек совсем не похож на порядочного бизнесмена.
На лбу Цэнь Ши на мгновение пролегла складка, но он тут же мягко улыбнулся:
— Иногда приходится иметь дело и с такими местными авторитетами.
Лянь Жуйтин поддразнил его:
— Сейчас ты выглядел как местный авторитет куда больше, чем он.
— Я тебя напугал? — В голосе Цэнь Ши проскользнула тревога.
— Если я скажу «да», разве это не выставит меня слабым?
— Конечно, нет. Просто я… я был слишком взвинчен.
Лянь Жуйтин рассмеялся, подошел к нему вплотную и с самым серьезным выражением лица сказал:
— На самом деле я прокурор. Если этот бандит тебя обидит, можешь сказать мне — я тебя защищу.
Сердце Цэнь Ши пропустило удар. На мгновение ему показалось, что он вот-вот утонет в этом взгляде, но этого не произошло. Он услышал, как произнес:
— Хорошо.
— Возвращаясь к рубину… если я его приму, организация в тот же день пригласит меня на «чашечку чая». Так что вынужден отказаться от твоей доброты, — виновато сказал Лянь Жуйтин.
Цэнь Ши немного помолчал:
— А если я заменю его брошью, можно?
— Ты так хочешь мне что-то подарить?
— Да. — Цэнь Ши улыбнулся. — Очень. Я человек простой, и выражать симпатию умею только так.
Лянь Жуйтин нахмурился, выглядя крайне озадаченным, но через несколько мгновений его глаза внезапно загорелись. Он сделал шаг назад, завел одну руку за спину, а другую протянул вперед, приглашая на танец с безупречной грацией:
— Тогда я могу лишь пригласить тебя на танец в знак благодарности. Не пропадать же такой лунной ночи.
Цэнь Ши посмотрел на протянутую руку, ладонь которой была наполнена серебристым лунным светом, словно дверь в сон. Стоило коснуться её — и он провалился бы в грезу, из которой не захотел бы просыпаться.
Лянь Жуйтин, окутанный лунным сиянием, смотрел на него своими прекрасными глазами. Позади него волны разбивались о лунную дорожку, вздымая пену, похожую на подол белоснежного платья. Принцесса протягивала ему руку — и никто на свете не смог бы ей отказать.
Цэнь Ши вложил свою ладонь в его руку, обнял за талию, и шаг за шагом они начали свой танец, разрывая лунный свет на осколки. Там, где они соприкасались, вспыхивал огонь, мгновенно проникая в самую глубину души. В его груди что-то дрогнуло, поднимая густой туман; он растворялся, плавился, задыхался, а его душа, став лишь облаком пара, покидала бренное тело.
— Так-так… — Шаг за шагом, в такт музыке, растворявшейся в шуме морского ветра и прибоя.
Серебряная луна стала клеем, связавшим их взгляды; в их глазах отражались лица друг друга, высекая печать неизбежного падения.
— Господин Цэнь?
Цэнь Ши очнулся, словно от долгого сна, и увидел, что Лянь Жуйтин смотрит на него со странным выражением. Бросив быстрый взгляд вниз, он обнаружил, что музыка уже давно стихла, а он все еще не отпустил его талию.
http://bllate.org/book/37195/4632384
Готово: