– Но ты ведь раньше была с ней не знакома, верно?
– А я и с тобой раньше не была знакома, – Юй Суйань посмотрела на Сюй Иань своими чистыми, ясными глазами. – Сестричка Сиси вовсе не чужой человек, она твоя хорошая подруга. У неё в телефоне даже есть ваша общая фотография.
Сюй Иань, оказавшаяся не в курсе дела:…
В этот момент Юй Суйань увидела вошедшую Чу Хуайси, вмиг приподнялась на кровати, и затаившаяся в её глазах обида тут же превратилась в слёзы:
– Сестричка, я думала, ты сегодня не придёшь.
Чу Хуайси торопливо подошла к постели и обняла её:
– Прости, Аньань, у сестрички были дела, поэтому она опоздала, больше такого не повторится.
Чу Хуайси бросила мимолетный взгляд на Доктора Сюй, по лицу которой невозможно было понять, рада она или сердита. После того случая с симуляцией болезни они не разговаривали уже очень долго.
Она прикусила изнутри мягкую ткань щеки, села на кровать и, как обычно, принялась рассказывать Аньань сказку. Сюй Иань с хмурым видом посмотрела на Чу Хуайси, которая, казалось, никого вокруг не замечала и вовсю возилась с Аньань, после чего вышла из палаты.
Спустя долгое время, когда Юй Суйань, наконец крепко уснув, сжала в кулачках две игрушки, Чу Хуайси осторожно вытянула прядь волос, прилипшую к её подушке.
В конце коридора электронные часы у поста медсестёр показывали 19:00. Чу Хуайси, неспешно покачивая сумочкой на цепочке, вошла в лифт и столкнулась с Сюй Иань, которая как раз закончила смену.
В лифте царила на редкость давящая атмосфера. Чу Хуайси закусила губу и первая заговорила:
– Доктор Сюй…
Сюй Иань откликнулась.
– Только со смены? – через силу поддержала ни к чему не обязывающий разговор Чу Хуайси.
Сюй Иань произнесла неопределённое «угу».
Двери лифта открылись, и обе вышли вместе.
Сюй Иань резко остановилась, повернулась к Чу Хуайси — её лицо было холодным и суровым, а в голосе не чувствовалось ни капли тепла:
– Чу Хуайси, с какой целью ты сближаешься с Юй Суйань?
Чу Хуайси замерла, и в груди заныло:
– Какая у меня может быть цель? Я просто хочу побыть с ней рядом.
– Просто? – ледяным тоном переспросила Сюй Иань. – Вы ей никто, так с чего вдруг такая забота? Кто поверит, что у тебя нет задней мысли? Она всего лишь больной ребёнок, а не какой-нибудь NPC в твоей распутной жизни, и ей не вынести капризов такой избалованной барышни, как ты, Чу.
Слёзы застряли в глазах, и голос Чу Хуайси дрогнул от подступивших рыданий:
– Я правда просто люблю Аньань, мне жалко, что она одна в больнице, я хотела подарить ей немного тепла…
Сюй Иань осталась непреклонна и прервала её:
– Чу Хуайси, мне плевать на твои цели, в общем, держись от Юй Суйань подальше. Ей нужно спокойно лечиться, а не твоя бестолковая и странная забота.
Из глаз Чу Хуайси брызнули слёзы, покатившись по щекам:
– Доктор Сюй, в твоих глазах я настолько ничтожна?
Сюй Иань нахмурилась, и её острый, словно скальпель, холодный взгляд вонзился в Чу Хуайси:
– Я не хочу, чтобы мои пациенты пострадали хоть от чего-нибудь. Больше не приходи сюда. На этом всё.
Сумерки вытянули тень Сюй Иань в очертания острого клинка. Чу Хуайси смотрела на эту удаляющуюся фигуру, словно рассечённую надвое светом и тенью, а в горле стояла ржавая горечь.
Неужели в твоих глазах я не заслуживаю даже жалости?
Ей ответил лишь запах дезинфицирующего средства, разбившийся на блеклые звездные крошки.
Бар «Цзюэсэ».
Чу Хуайси направилась прямо к барной стойке, выхватила из рук Ли Ло стакан с только что смешанным виски, который та собиралась отнести клиенту, и сделала большой глоток прямо из горлышка.
Обжигающая жидкость покатилась по горлу, и жжение мгновенно разлилось по всему телу, но оно не могло заглушить горечь на самом дне души.
– Ещё один «Зомби», – она толкнула пустой бокал обратно на стойку, и её ногти с акрилом с противным скрежетом полоснули по стеклу.
– Хозяйка, что с тобой? – Ли Ло с беспокойством смотрела на её покрасневшие глаза и всё в слезах лицо.
– Меньше болтай, давай выпивку!
Ли Ло молча подвинула бутылку.
В баре стук льда смешивался с отчётливым цоканьем каблуков, а виски в неоновом свете отсвечивал янтарными слезами.
Чу Хуайси схватила ведёрко со льдом и принялась сыпать его в бокал на высокой ножке; звон ледяных кубиков потонул в низком гуле бас-гитары.
– Хозяйка… – Ли Ло прижала рукой край бокала, но отступила, испугавшись пронзительного взгляда, в котором плескался хмельной туман.
Мелкий лёд вперемешку с алкоголем скользнул в горло, а в носу отчётливо встал тот самый аромат сосновой хвои, присущий лишь кабинету Сюй Иань, который остался на кончиках волос Юй Суйань, когда та жалась к ней.
Она вдруг горько усмехнулась.
Эта женщина добра со всеми, и лишь ко мне она так жестока.
Чу Хуайси пила виски стакан за стаканом. Изысканный макияж давно размазался от слёз, волосы растрёпанными прядями падали на лицо. Окружающие бросали на неё странные взгляды, но ей было совершенно всё равно.
– Почему ты мне совсем не доверяешь? – Чу Хуайси оставила отпечаток помады на ободке бокала, бормоча про себя, точно увядающая роза.
В памяти всплывали все те мелочи, что связывали её с маленькой Аньань, но теплившиеся в сердце мгновения теперь кололи её душу тысячью игл. – Я просто хотела сделать Аньань лучше, просто хотела подарить ей немного тепла, что я сделала не так…
Неон на дне бокала с виски разбился в кровавую галактику, пальцы Чу Хуайси упирались в стеклянную стенку, но ледяной холод не мог унять жгучий жар у глаз.
Она запрокинула голову и осушила последние капли янтарной жидкости, а терпкое жжение в горле заставило зрачки задрожать от ряби.
Шумная музыка в баре и смех людей не могли заглушить её скорбь. Вдруг изящная рука протянула ей салфетку; белые, словно нефрит, пальцы двигались легко и плавно.
Чу Хуайси невольно подняла голову — перед ней предстало лицо, чем-то неуловимо похожее на Сюй Иань, в тонкой золотой оправе очков, облачённое в безупречный строгий костюм.
Впрочем, не такое уж и похожее. В уголках её губ играла едва заметная улыбка.
– Вытри слёзы, а то если будешь так реветь и дальше, глаза станут как два грецких ореха, – Янь Сюй легко похлопала застывшую Чу Хуайси по плечу.
От незнакомой женщины веяло прохладным парфюмом из нот жасмина и жимолости.
Когда эта гладкая, словно нефрит, рука коснулась её слегка дрожащего плеча, Чу Хуайси на мгновение померещился профиль Сюй Иань, держащей скальпель. Но эта рука была тёплой, совсем не такой, как вечно обдающие холодом больничного антисептика руки той женщины.
Чу Хуайси взяла салфетку и кое-как стёрла с лица слёзы и сопли, а её голос приобрёл сильный назальный оттенок:
– Спасибо…
Янь Сюй отодвинула стул, села рядом на высокий табурет и мягко спросила:
– Не хочешь рассказать, что стряслось?
Сделав паузу, добавила:
– Может, станет полегче, когда выговоришься.
Чу Хуайси покачала головой:
– Прости, не хочу говорить.
– Понимаю.
– Хочешь выпить со мной? – Чу Хуайси полуприслонилась к мраморной стойке, и кружевная бретелька соскользнула с плеча. – Или… – она провела пальцем, от которого разило алкоголем, по золотой оправе очков собеседницы, – побудешь моим болеутоляющим?
Взгляд Янь Сюй за линзами на секунду вспыхнул. Глядя на покрасневшие глаза Чу Хуайси, она взяла свой бокал, легко чокнулась с ней и сделала маленький глоток.
Чу Хуайси пила рюмку за рюмкой, её взгляд постепенно затуманивался, а губы бормотали:
– Пьём, пьём дальше, пока не напьемся…
Янь Сюй молча сидела рядом, изредка советуя пить помедленнее. Тусклый свет ламп освещал их: одну пьяную, другую трезвую.
После нескольких кружек сознание Чу Хуайси окончательно помутилось, тело перестало слушаться и зашаталось, и она рухнула прямо на барную стойку.
Заметив это, Янь Сюй отставила бокал, придержала Чу Хуайси и ласково спросила:
– Ты в порядке? Больше нельзя пить.
Чу Хуайси невнятно промычала что-то бессвязное.
– Где ты живешь?
Чу Хуайси с трудом подняла руку и указала на лестницу:
– Наверху.
Янь Сюй бросила косой взгляд на лестничный пролёт, затем перевела глаза на Ли Ло, протиравшую стаканы у стойки, и вежливо поинтересовалась:
– Простите, вы не могли бы проводить её наверх отдохнуть?
Чу Хуайси тут же яростно затрясла головой:
– Не надо, чтобы она меня провожала.
Ли Ло уже давно привыкла к тому, что её начальница кадрит людей подшофе, и лишь лениво покачнула шейкер:
– Мне отсюда не уйти, так что проводите её наверх вы, пожалуйста. Спасибо.
Янь Сюй пару секунд постояла в растерянности, поправила очки, после чего с усилием приподняла Чу Хуайси, закинув её руку себе на плечо, и с трудом зашагала в сторону лестницы на второй этаж.
Ноги Чу Хуайси заплетались, она почти всем весом висела на женщине и время от времени бормотала всякую чушь.
– Почему ты мне не веришь… я к Аньань со всей душой… – каждое слово сочилось обидой и горечью, эхом разносившись по тихой лестничной клетке.
Винтовая лестница закручивала пьяный дурман в воронку.
Чу Хуайси упала в объятия незнакомки, и подол её кружевного платья задел складки брюк Янь Сюй, словно чёрный лебедь, скользнувший над замёрзшим озером.
Шагнув за поворот, она сквозь пелену воображения увидела Сюй Иань, стоящую под тенью платана — лунный свет придавал её силуэту очертания ледяной скульптуры.
– Сюй Иань… – она самодовольно усмехнулась и уткнулась лицом в изгиб шеи незнакомки. – От тебя пахнет… так же холодно, как от скальпеля…
Янь Сюй крепче сжала её горячее запястье и спросила:
– О ком ты думаешь сейчас?
– Угадай, – горячее дыхание Чу Хуайси обдало её ухо. – Она вечно твердит, что я легкомысленная… Как по-твоему, похожа я на плохую девчонку?
– Нисколько, – не задумываясь, ответила Янь Сюй.
Чу Хуайси громко рассмеялась:
– С виду ты такая вся из себя правильная, а жаль, глазёнки ни к черту. Совсем людей не умеешь различать! Точно так же, как и я.
Янь Сюй:…
Кое-как добравшись до комнаты отдыха, Янь Сюй бережно уложила Чу Хуайси на кровать и укрыла одеялом. Чу Хуайси морщилась от боли, лицо её выражало страдание, а губы продолжали что-то шептать.
Янь Сюй тяжело вздохнула, принесла таз с тёплой водой и принялась осторожно промокать полотенцем слёзы в уголках её глаз.
Глядя на неё в таком виде, Янь Сюй не удержалась от утешения:
– Спи, выспись, и завтра всё наладится…
– Наладится ли? – пробормотала с закрытыми глазами Чу Хуайси.
Янь Сюй утвердительно хмыкнула:
– Обязательно.
Услышав столь привычные слова, Чу Хуайси медленно приоткрыла глаза, посмотрела на интеллигентную красавицу перед собой и выдала ошеломляющую фразу:
– Ты что, хочешь меня уложить в постель?
Янь Сюй остолбенела:
– С чего ты взяла?
– Да потому что ты весь вечер пялилась на меня. К тому же у тебя аллергия на алкоголь, а ты всё равно пила со мной, – прищурившись, Чу Хуайси расплылась в обольстительной улыбке. – И самое главное — я чертовски хороша собой, разве нет?
Янь Сюй помолчала с полминуты и кивнула:
– Пожалуй, ты и правда пробуждаешь во мне интерес.
На губах Чу Хуайси заиграла самодовольная, но бесконечно одинокая улыбка:
– Ничего удивительного, от желающих затащить меня в постель отбоя нет. Вот только она меня не хочет.
http://bllate.org/book/37431/4666419
Готово: