Готовый перевод The Reluctant Bride / Вторая попытка: Супруг для опального принца: Глава 15

Сяо Юньбай в изумлении расширил глаза. От прикосновения Чу И его напряженное сердце в одно мгновение растаяло, и он, ошарашенный, ответил:

— Хорошо...

Канцлер Сяо, едва завидев вышедшего Чу И, тут же в испуге опустился на колени:

— Не ведал, что ван почтит своим визитом, прошу вана о снисхождении!

Чу И бросил взгляд на дрожащего канцлера Сяо, внезапно усмехнулся и произнес со скрытым смыслом:

— Ха! Какова спесь у господина Канцлера! Этот ван здесь уже столько времени, а господин Канцлер лишь сейчас соизволил узнать?

Канцлер Сяо замер, а затем поспешно принялся объяснять:

— Ван, прошу, не гневайтесь! Я поистине не знал, что вы прибудете. К тому же, из-за неотложных дел в Министерстве финансов я задержался. Умоляю, не вините меня!

— Не знал, что этот ван прибудет? Неужели господин Канцлер не знал, что сегодня день, когда княгиня навещает родной дом? Этот ван хотел бы спросить: это вы не ставите в грош княгиню или же не ставите в грош этого вана? — Чу И, помрачнев, задал вопрос холодным тоном.

Похоже, в этом Поместье канцлера все уверились, что он ненавидит Сяо Юньбая, вот и осмелились так пренебрежительно к нему относиться, дойдя даже до таких жестоких расправ над наложницей Чжоу! Стоило Чу И подумать об этом, как ему нестерпимо захотелось, чтобы эти люди сами отведали вкус ударов кнутом.

Услышав вопрос, канцлер Сяо в изумлении поднял голову. Разве не говорили, что ван Цинь категорически против этого брака? Почему же он вдруг озаботился вопросом посещения родного дома?

— Ван, не гневайтесь! Я ни в коем случае не смел проявить небрежность к вам, поистине — государственные дела так затянули, что я забыл об этом!

Чу И слегка прищурил глаза, его взгляд проскользил по присутствующим и остановился на Жене канцлера:

— Если у господина Канцлера много дел, это еще можно понять. А как же Жена канцлера? Неужели у нее было слишком много домашних хлопот, поэтому она тоже забыла?

Стоило увидеть эту злобную женщину, как Чу И вспомнил ту злую старуху. Он до боли сжал кулаки, поклявшись, что те, кто обижал Сяо Юньбая, поплатятся за это!

Жена канцлера, внезапно став мишенью, побледнела, и вся ее привычная спесь мгновенно испарилась:

— Ван, пощадите! Служанка ваша, служанка...

— Если канцлер Сяо не может навести порядок даже в собственном доме, как он может служить императорскому двору? — Чу И нахмурился, не желая слушать оправдания, и перевел взгляд на канцлера Сяо, глядя на него свысока.

Слова еще не успели затихнуть, как канцлер Сяо вздрогнул. Он перевел взгляд с остолбеневшей от страха жены на Чу И и тут же все понял:

— Ван прав. Я непременно строго накажу виновных, клянусь, что не разочарую вана!

Чу И удовлетворенно кивнул и с легкой усмешкой произнес:

— Тогда начинайте.

Он хотел, чтобы Юнь Бай воочию увидел, как понесут наказание те, кто его обижал.

В это же время в комнате Сяо Юньбай, не мигая, смотрел в окно. Казалось, будто кто-то наложил на него заклятие оцепенения — он стоял не шелохнувшись. Чу И снова заступается за него? Сегодня, во время визита домой, он все время помогал ему. Он сказал, что будет хорошо относиться к нему... неужели это все правда? Возможно, он может позволить себе ждать от него чего-то большего?

— Ван, это... — Канцлер Сяо не мог поверить своим ушам. Где это видано, чтобы ван вмешивался во внутренние дела семьи вельможи? К тому же, он уже пообещал строго наказать виновных, разве этого мало?

— Терпение этого вана не безгранично! — Чу И внезапно помрачнел и произнес с явным недовольством.

Канцлер Сяо содрогнулся и, больше не смея медлить, рявкнул на управляющего:

— Эй, кто-нибудь! Подготовить домашние инструменты наказания!

Лицо Жены канцлера изменилось, она запричитала:

— Господин! Я же главная госпожа дома! Разве можно при всех пороть меня палками?

Управляющий тоже застыл в растерянности. Канцлер Сяо сверкнул глазами и гаркнул на него:

— Чего стоишь, остолоп!

— Погодите, — внезапно подал голос Чу И.

Все замерли. Неужели он передумал? Жена канцлера в душе обрадовалась, но не успела она произнести слова благодарности, как следующие слова Чу И повергли ее в ужас.

— Кто сказал, что нужны палки? Этот ван помнит, что наложница Чжоу пострадала от кнута, — не спеша и тихо произнес Чу И.

— Ван! Это не... — Канцлер Сяо хотел было возразить, но Чу И раздраженно перебил его:

— Господину Канцлеру ее жаль? — Чу И с нетерпением посмотрел на него.

Канцлера Сяо прошиб холодный пот, и он, стиснув зубы, смирился:

— Люди! Несите кнут!

...

— А! Ван, пощадите! А! Госпожа ваша, а!

Во дворе тут же раздались пронзительные крики и мольбы Жены канцлера. Канцлер Сяо не посмел смотреть и отвел глаза. В комнате наложница Чжоу остолбенела, слушая происходящее снаружи, она не могла поверить, что это происходит на самом деле. Столько лет терпеть издевательства, неужели теперь она может увидеть такую картину?

Взгляд Сяо Юньбая был неотрывно прикован к фигуре Чу И. Сейчас в его глазах был только он один, да и сердце было полностью заполнено Чу И. Его взгляд был затуманен, голова шла кругом, он совершенно утратил способность рассуждать. Он понимал: он вновь попал в сети чувств.

В карете, направлявшейся в Княжескую резиденцию, Сяо Юньбай все так же сидел с отсутствующим видом, чем немало напугал Чу И.

— Юнь Бай? Что с тобой? — Чу И протянул руку и коснулся лба Сяо Юньбая, проверяя, не поднялся ли у него жар.

Сяо Юньбай, почувствовав прикосновение Чу И, вздрогнул. Он медленно поднял голову и, глядя на Чу И глазами, подернутыми влажной дымкой, прошептал:

— Ван... Ван...

Такие прикосновения были ему так приятны, ему хотелось, чтобы их было еще больше! Голос Сяо Юньбая звучал так нежно и мягко, что мгновенно отозвался в сердце Чу И. Тот почувствовал, как в жилах закипает кровь, и, невольно сглотнув, охрипшим голосом произнес:

— Юнь Бай, впредь не зови меня ваном, называй по имени.

Сяо Юньбай опешил, решив, что ослышался. Он хотел спросить, но не посмел. Его алые губы приоткрылись, а затем он плотно сжал их, пребывая в мучительном смятении. Наконец, он набрался храбрости и, едва начав:

— Ван, м-м...

Сяо Юньбай застыл. Чу И поцеловал его? Осознав, что произошло, он тут же вспыхнул от стыда. Он попытался оттолкнуть Чу И, как вдруг его слуха коснулся полный магнетизма голос.

http://bllate.org/book/37621/4698119