Готовый перевод Rainbow Paradise / Радужный рай: Укрощение бунтаря: Глава 13

Но делать нечего, события зашли слишком далеко, и он не стал хранить молчание:

— Просто в последнее время я немного устал.

— О? — Му Фань решил допытаться: — Ты устаешь обычно или именно после выступлений?

— После выступлений, — ответил Чи Ин и, лениво откинувшись назад, положил одну руку с полотенцем в сторону, а другую — себе на живот.

Му Фань всё понял. Вероятно, дело не в физической усталости, а в душевной?

Впрочем, это логично. Чи Ину всего двадцать лет, самый расцвет сил, конечно, это не может быть просто физическое утомление — ответ лежал на поверхности.

А вот почему устала душа?

Му Фань осмелился предположить, не зная, попал ли в точку, и с серьезным видом спросил:

— Как у тебя в последнее время с желанием творить?

Вопрос прозвучал так, словно его задал врач на приеме.

Чи Ин, похоже, уловил суть и вдруг усмехнулся:

— Пойдет.

Затем добавил более серьезно:

— Средне.

Значит, дела плохи. Му Фань за короткий срок изучил массу информации о Чи Ине и интуитивно почувствовал: творческий кризис наступил потому, что…

Ого, ответ тянет на сенсацию.

Он испугался, что, озвучив его, обидит Чи Ина или кого-то еще.

Но плевать. Он всегда отличался смелостью.

— Слушай, дружище, я тебя понимаю.

— О? — Чи Ин отнесся к этому скептически. Что там Му Фань может понимать, если он сам в себе разобраться не в силах?

— Ты вдруг осознал, что та свобода, которую ты сейчас имеешь, — вовсе не та, к которой ты стремился, верно? — произвел Му Фань.

— … — Чи Ин перевел взгляд и в упор посмотрел на Му Фаня. В его глазах на мгновение мелькнула растерянность, но вскоре взгляд снова стал ясным. — Рассказывай.

Увидев, что тот не спорит, Му Фань улыбнулся:

— Тогда начну с самого начала.

Он пересел в более удобную позу и непринужденным тоном продолжил:

— Ты говорил, что ушел из дома и бросил учебу во втором семестре первого курса. Это было серьезное и весьма бунтарское решение.

Он сделал акцент на паре слов:

— Мне кажется, дело было вовсе не в желании играть в группе. Скорее, группа стала для тебя тем самым мостом к свободе, который подвернулся под руку.

— Но тебе уже не восемнадцать. Двух лет хватило, чтобы ты пришел к следующему этапу и новому состоянию души. Ты уже… больше не нуждаешься в этом мосте-группе.

Он помолчал и посмотрел на Чи Ина:

— Твое желание творить всё это время питалось лишь старыми эмоциями, вот почему сейчас у тебя нет вдохновения.

— Хм… — Чи Ин не стал отрицать.

Разрыв с семьей и жажда вырваться на свободу подпитывали его целых два года.

Но тот восемнадцатилетний юноша уже повзрослел.

Срок годности бунтарских настроений постепенно истекал. По ночам, в тишине, он начал размышлять: чего же он хочет на самом деле?

Внешне Чи Ин оставался спокойным, но внутри него бушевала буря. Он не хотел признавать того, что открыл в нем Му Фань, — он боялся взглянуть правде в глаза: он всерьез хотел бросить группу и своих товарищей.

Потому что ему больше не нужно всё то, что есть сейчас.

— Новая цель еще не появилась, а старая модель поведения тебя измотала. Чи Ин, ты сейчас проходишь через период краха.

Голос Му Фаня звучал мягко, в глазах светились понимание и поддержка — казалось, он чувствует всё то же самое, что и Чи Ин.

— Тебе не кажется, что я слишком капризен?

— Нет, — Му Фань покачал головой. — Я понимаю тебя. Твоим изначальным порывом было желание творить, самовыражаться и жить без навязанных правил, верно? Но по мере того как группа становилась популярнее, появлялось всё больше фанатов и внимания — и это стало новыми оковами.

Он коснулся своей груди:

— Это не дает тебе жить так, как хочется, быть полностью собой.

Долгое время царило молчание. Чи Ин кивнул и неожиданно спросил:

— На кого ты учился? На психолога?

— Почему ты так решил? — Му Фань моргнул, на его губах заиграла улыбка. — Разве я не могу просто понимать тебя и чувствовать наше родство душ?

Чи Ин осекся. Ладно, пускай будет родство душ…

— Ну… — он заложил руки за голову и лениво спросил своего фаната, который так хорошо его понимает: — Раз у нас такое родство, как ты думаешь, что мне делать?

Му Фань призадумался:

— Знать, чего ты не хочешь, — это уже хорошо. Придет время — поймешь, что нужно делать.

— А я… я твой преданный фанат. — Он с улыбкой поднял руку. — Буду всегда поддерживать тебя, следовать за тобой, а лучше — останусь твоим помощником.

Чи Ин хотел сказать, что ему не нужны никакие последователи, но слова застряли в горле и превратились в другое:

— Боюсь, если я перестану быть айдолом, то не смогу тебя содержать.

Му Фань сделал удивленное лицо:

— Да ладно? Даже трех тысяч не будет?

— Три тысячи? — Чи Ин на полном серьезе съязвил: — Этого даже на твои наряды не хватит.

— … — Му Фань лишился дара речи.

Немного смутившись, он почесал щеку:

— Ладно, остальное добавлю из своих. Кто же виноват, что я тебя люблю?

Чи Ин пристально посмотрел на него, но ничего не ответил.

— Я серьезно. Я поддержу любое твое решение, каким бы оно ни было, — Му Фань отбросил шутливый тон и сказал это со всей серьезностью.

— Понял, — Чи Ин задумался, приподнял подбородок и тихо произнес: — Дождемся конца этого лета.

Этим летом по всему миру проходит множество музыкальных фестивалей, будет очень оживленно.

Почему-то ему захотелось прожить с Му Фанем это полноценное лето группы. Взять это за новую цель — и кажется, к нему начало возвращаться давно забытое желание творить.

Пальцы даже зачесались — хотелось прямо сейчас коснуться клавиш и сочинить новую мелодию.

— Уже поздно, ты не идешь домой? — опомнившись, спросил Чи Ин.

Он и не подозревал, что Му Фань тоже витает в облаках — из-за его слов про «конец лета».

— М? Да, пойду. — Му Фань встал со стула. — Пойду приму душ. Ты тоже отдыхай, если что — пиши.

Он потряс телефоном:

— По любому поводу.

Чи Ин кивнул:

— Спокойной ночи, выключи свет, пожалуйста.

— Спокойной ночи, — Му Фань выключил свет и вышел.

В коридоре он не удержался и отправил сообщение Цзян Цзиню: «Цзян Цзинь, Чи Ин когда-нибудь сам желал тебе спокойной ночи?»

Цзян Цзинь: «Он желал мне сдохнуть».

Затем разозлился: «Хватит возиться друг с другом, не надо использовать меня в своих играх, ясно?»

Он и без того завидовал.

Му Фань потер лоб: «Ты…»

Сил нет, прямолинейные парни совершенно не знают меры.

Впрочем, задавать такие вопросы Цзян Цзиню — тоже было верхом глупости.

На следующее утро Му Фань проснулся сам, без будильника. Он привык готовить завтрак самостоятельно и больше не просил помощи у домработницы.

Поев, он поспешил обработать и опубликовать материалы вчерашнего выступления.

Выступление прошло действительно ярко, несколько видео с фанатских камер набрали отличные просмотры.

Му Фань воспользовался этим ажиотажем, выложил более качественные видео и стал ждать реакции.

Заодно он заглянул в фанатские чаты и на Вэйбо: поклонники бурно обсуждали вчерашний концерт, особенно хвалили образ Чи Ина.

— Группа C наконец-то не поскупилась на стилиста?

— Пожалуйста, придерживайтесь этого стандарта и в будущем!

— Может, и прическу поменяем? Этот полувечный стиль Чи Ина я наблюдаю уже больше года.

— Полувечный… — Му Фань прыснул со смеху. Какое точное определение.

Раздался стук в дверь. Он встал, открыл её и тут же столкнулся с тем самым полувечным стилем Чи Ина. Му Фань рассмеялся как ненормальный.

— Чего смеешься? — Чи Ин ничего не понял.

— Да так, увидел, как фанаты подкалывают тебя… — Му Фань не мог остановиться, указывая пальцем: — Полувечная прическа.

Чи Ин: «…»

Его лицо мгновенно помрачнело.

— Я просто считаю, что сидеть часами в парикмахерской, не шевелясь, — это удел идиотов.

Му Фань тут же закрыл рот. Понятно, Чи Ин сейчас обзывает его и Цзян Цзиня идиотами.

— Кхм, зачем ты приходил? — Мудрый не лезет на рожон, Му Фань поспешил сменить тему.

Чи Ин вспомнил:

— Иди в музыкальную комнату, подыграешь мне, будем писать новую песню.

— Идет.

Му Фань даже не стал спрашивать, почему новая песня требует именно его присутствия. Вчера вечером он сказал Чи Ину, что готов помочь в чем угодно, лишь бы тот захотел.

Глава 11

Му Фань впервые зашел в музыкальную комнату на третьем этаже — в основном потому, что сам Чи Ин в последние дни туда почти не заглядывал.

Возможно, пианино даже покрылось пылью.

И в самом деле, в комнате стоял инструмент, который сразу приковывал внимание. Кроме того, там были гитара, бас-гитара и даже скрипка.

Му Фань с удивлением огляделся, поглядывая то на один инструмент, то на другой:

— Не говори мне… ты на всем этом умеешь?

— Угу. — Чи Ин сел перед пианино и открыл крышку. — Уметь и быть мастером — это разные вещи, тут нечему удивляться.

— Не могу согласиться. — Му Фань покачал головой. Разве это не удивительно? — От твоих слов я чувствую себя полным нулем.

Он присел на другой конец скамьи.

— А если я признаю, что я очень крут, ты станешь чувствовать себя менее никчемным? — Чи Ин непринужденно ударил по клавишам. Звук получился легким, будто он пытался поймать какое-то ускользающее чувство.

Он несколько раз повторил попытку, а когда повернул голову, заметил, что Му Фань смотрит на него с обидой.

— Ладно. — Чи Ин усмехнулся. — Признаю, я очень крут. Теперь ты чувствуешь себя лучше?

— Черт. — Му Фань разозлился, но рассмеялся, протянул руку и взъерошил волосы Чи Ина, выражая недовольство.

Чи Ин лишь отклонился в сторону, ничего не сказав. На его лице даже играла легкая улыбка, а руки продолжали порхать над клавишами.

Му Фань прислушался:

— Это мелодия новой песни?

Чи Ин кивнул, его голос звучал неуверенно:

— Пока лишь наброски, что-то очень призрачное. И это не похоже на то, что я писал раньше, не могу гарантировать качество.

— Какая тема? — Му Фань завел светскую беседу, надеясь, что диалог поможет Чи Ину найти вдохновение.

— … — Чи Ин помолчал. — Любовь?

— Пф… — Му Фань рассмеялся. Не зная почему, он просто не смог сдержаться, услышав ответ, и посмотрел на Чи Ина: — Неудивительно, что ты сомневаешься. Ты хоть раз любил, чтобы писать о любви?

Чи Ин хмыкнул и с силой нажал на клавиши:

— Значит, напишу о той, которой не было. О любви из моего воображения.

http://bllate.org/book/37714/4715021